Ревущая Тьма

– Нам без этого не обойтись.
Острый стальной подбородок Валки дрогнул.
– Лорд Марло! – Это был Брукс, начальник ангара, которого мы встретили перед тем, как отправиться в кубикулу. В его прежде спокойном голосе появилась холодная резкость. – Не знаю, что вы задумали, но придется вам, сынок, сложить оружие.
– Не могу, – ответил я, не высовываясь из-за погрузчика.
– Ваша светлость, капитан будет здесь через минуту. Оба капитана. Сдавайтесь!
– Ханас то же самое говорил! – парировал я, переглядываясь с Паллино. Старик кивнул, наверняка вспоминая бесчисленные бои в Колоссо, где ему приходилось укрываться от противников за колоннами. – Теперь он спит в коридоре!
Уваа! Уваа!
Подав Хлысту сигнал оставаться на месте, я выскочил направо, вызывая на себя огонь станнеров. Брукса я не видел, – вероятно, он сидел наверху в будке смотрителя. Мой щит поглотил пять зарядов. Столько же раз я выстрелил в ответ. Снял троих людей Брукса. Оглянувшись, увидел, как Паллино несется к шаттлу, подталкивая вперед доктора Окойо. Чуть поодаль от них бежала Элара, за ней – Сиран, Бандит и наш норманский провожатый. Четверка растянулась между контейнерами. Неплохое начало.
Шмыгнув за массивный пилон, поддерживавший лихтеры, я принялся отстреливаться от солдат Брукса. Валка, Хлыст и сьельсин по-прежнему оставались за погрузчиком. Мой отвлекающий маневр сделал свое дело, но теперь всем приходилось отсиживаться. Нужно было не думать о конспирации и экипировать всех щитами. Теперь от этой конспирации не было толку.
Уваа! Уваа!
Работники ангара понемногу осваивались в хаосе, и все новые и новые легионеры в черном бросали работу над шаттлами. Я выглянул из-за пилона. Ни у кого из них не было щитов. Это радовало. Численное преимущество – на их стороне. Они могли перехитрить нас, зайти с фланга и перестрелять прятавшихся, если только… если только… Я огляделся в людном ангаре, присматриваясь к составленным друг на друга контейнерам, подъемникам, сложенному багажу и наполовину загруженным шаттлам. К «пустельгам», висящим под потолком подобно летучим мышам.
Не обращая внимания на сирену, я обогнул пилон и подобрался к красной лестнице, спущенной с решетчатой платформы, с которой обслуживались штурмовые лихтеры. Колонна давала скудную защиту от Брукса и его солдат, пряча меня от их взглядов и синих огней станнеров. Убрав оружие в кобуру, я полез наверх.
– Не знаю, что вы задумали, Марло, – по-плебейски протяжно сказал Брукс, – и не сомневаюсь, что вы считаете себя правым, но вам лучше сдаться.
Я не ответил. Легионеры в любой момент могли обойти пилон и понять, куда я подевался. Но этого и не понадобилось – меня выдала дребезжащая платформа. С этим я ничего не мог поделать. Меня принялись обстреливать со всех сторон. Из мастерской справа выскочила удивленная девушка-механик. Она отшатнулась, и я, выругавшись, на бегу свалил ее из станнера.
– Он на сходнях! – услышал я голос какого-то легионера.
– Адриан, спускайтесь, – холодно приказал Брукс. – Вы палатин, и вас не повесят. А вот ваши друзья могут пострадать, если продолжат сопротивление.
Это дало мне передышку, и я сбавил шаг. Он говорил правду. Меня бы не повесили: для палатинов-предателей Индексом Империи предусмотрено раздробление обеих рук с последующим обезглавливанием Белым мечом. Такие вот аристократические привилегии. Насчет прочего он тоже не ошибался. Валка, будучи гражданкой Тавроса и членом их безумного правительства, могла бы выйти сухой из воды, а вот остальных непременно ждала петля. В лучшем случае. Если только я не придумаю какую-нибудь хитрость.
Или глупость.
В «Бальмунге» помещалось двенадцать лихтеров диаметром восемь на восемь метров, каждый из которых по весу был равен трем грунтомобилям. Их удерживали электромагнитные крепления, которые отсоединялись, когда на лихтерах запускались двигатели и репульсоры – или когда кто-нибудь отключал питание.
Именно так этот «кто-нибудь» и поступил.
Не обладая познаниями Валки в области машин, я достал меч Олорина и перерезал кабеленесущий трубопровод ближайшего лихтера. Оптоволокно и топливные трубки с легкостью рассеклись, а с ними и поддерживающий пилон. Электромагниты отключились беззвучно – никакого треска древесины, как на древних верфях, никакого лязга металла. Сила тяготения на «Бальмунге» была велика, и лихтер рухнул вниз то ли якорем, то ли рукой божьей. Я предпочел не думать о судьбе находившихся внизу людей. По пути машина ударилась о платформу и, как огромный дротик, обрушилась на пирамиду контейнеров. Раздался треск алюмостекла и звук, подобный раскату грома. Люди закричали.
– Снимите его! – услышал я призыв Брукса, усиленный громкоговорителем.
Я поспешил к следующему лихтеру, искоса видя, как Бандит и Сиран бегут к шаттлу. Валка подтолкнула вперед Танарана, и они едва успели в новое укрытие, прежде чем солдаты снова открыли стрельбу.
На этом Брукс остановился. Я больше не слышал его призывов и уговоров, попыток мирно погасить конфликт. Между нами была проведена черта – как это всегда бывает – красными чернилами, которые не стереть даже самому дотошному писцу. Я обрушил на землю второй лихтер. Третий и четвертый уже не понадобились. Я рассчитывал просеять группу легионеров Брукса, и мне это удалось. На этот раз я выкрикнул предупреждение, и они разбежались. Я с облегчением услышал крики гнева вместо криков боли. Развернувшись, я осмотрел мутные стекла будки начальника ангара – бронированной смотровой площадки под потолком у дальней стены. Я вообразил – впрочем, это на самом деле было так, – что за мной наблюдает глаз Империи и смотрит на меня с тем же презрением, что погребальные маски, развешанные над дверями под Куполом изящной резьбы. Он видел меня. Он знал меня. И не любил. Подумав так, я деактивировал клинок из высшей материи и убрал рукоять в карман шинели.
– Адриан!
Голос рассек выдуманный мной имперский глаз. За блеющей сиреной он был едва слышен, но в то же время звучал громче ее.
Мир нечасто ставит меня в ситуации столь же драматичные, как в моем воображении.
Нечасто – не значит никогда.
Позади меня на платформе стоял Бассандер Лин, отрезав путь назад к пилону. Не знаю, откуда он появился – то ли с другого конца ангара, то ли из бокового шлюза, ведущего в верхний зал. Но он был здесь. На его черной офицерской форме серебрились знаки отличия. Он шагнул вперед, и по легкому гудению я понял, что на нем энергощит.
– Капитан! – Я убрал фазовый дисраптор в кобуру. Против щита станнер бесполезен.
– Мне стоило догадаться, что вы выкинете нечто подобное.
Внизу Валка помогала прихрамывающему Танарану перемещаться из укрытия в укрытие. Хлыста нигде не было видно.
– Что ж, мы оба здесь. – Я сунул руки в карманы, нащупывая рукоять рыцарского меча. На мгновение забыл о криках снизу. – Вы мне мешаете.
– Вы никуда отсюда не уйдете, – сказал Лин, приближаясь. – Адриан, вам конец. Вас ждет трибунал.