Ревущая Тьма

– Придется разбудить сьельсина, – произнесла Валка, делая полшага вперед и слегка расслабляясь.
– Что?! – воскликнула Отавия и заметно побелела.
Я невинно развел руками:
– Так будет быстрее.
Лицо норманского капитана скривилось в ужасе и отвращении.
– Хотите разбудить эту… тварь? И притащить ее ко мне на корабль? – Она едва не подавилась, оглядываясь на Валку в поисках поддержки, но ксенолог молчала. – Да еще и бесплатно?
– Денег обещать не могу. По крайней мере, не сейчас, – ответил я. – Но мне нужна ваша помощь. Умоляю, Отавия.
Она отвернулась, и я живо представил, как в ее глазах перемещаются костяшки старинных счетов.
– Разве мы не друзья? – напомнил я.
Это ее зацепило, было видно по лицу.
– Друзья, Марло, еще какие. Но дружбой «Мистраль» не заправишь.
– Знаю, – ответил я. – Знаю. На совете вы сказали, что от войны прежде всего страдают ваши, норманские планеты. Я по-прежнему верю, что могу остановить войну, но для этого мне нужны тот ксенобит и корабль. Сейчас вы единственная, кто может мне это дать.
Капитан глубоко задумалась, потупив взгляд и барабаня пальцами по консоли. Нужно было надавить.
– Вы сделаете это ради меня? – спросил я.
– Требуете вернуть долг? – прищурилась она.
Мне не нравилось такое определение.
– После смерти Борделона я уже говорил, что вы ничего мне не должны. Я лишь прошу помощи и пойму, если вы откажетесь.
У меня ни на что не было прав. Я уяснил это еще в Боросево. Все, чего мы добиваемся не своими руками, а получаем от других, – подарки. Я избавил капитана Корво от ее бесчеловечного командира и пощадил ее на Фаросе. Если бы я по-прежнему был мальчиком, то считал бы, что она передо мной в долгу. Но милосердие из корысти – вовсе не милосердие, как и дружба из долга и благодарности – не дружба.
Я просто надеялся и гнал из сердца повторяющийся шепот: «Надежда – это дым».
Нет ничего страшного в том, что человеческий разум способен объять лишь малую часть мира, и даже к лучшему то, что мы ограничены нашим жалким восприятием. Если бы Отавия знала, сколько жизней зависит от ее ответа – в самом прямом смысле, – то прикусила бы язык. Если бы я знал, о чем на самом деле прошу, то прикусил бы свой. В крошечной комнате были только мы трое, и Отавия тяжело вздохнула:
– Ладно. Кого хотите взять?
– Отсюда? Сиран, Бандита… Айлекс, если не возражаете.
– Обоих моих лейтенантов?
– Тогда ограничимся первыми двумя. Плюс пилот. И «Мистраль» должен быть готов к отправке, как только наш шаттл пристыкуется. Не думаю, что Бассандер рискнет по нам стрелять, но испытывать его терпение мне не хочется. – Я вытер пот со лба. – Еще нам понадобится медтехник. Я и сам могу справиться с разморозкой, но рисковать не сто́ит. Окойо здесь?
– Нет, – сказала Отавия, прикусывая щеку. – Придется подождать, пока все мои люди окажутся на «Мистрале».
– Мы растеряем преимущество, что дает нам суматоха.
– А меня не волнует, – ответила она. – Я никого не оставлю с этим напыщенным индюком.
Опустив голову, я ответил, что согласен.
– Но мне все равно не нравится пускать на борт этого… пришельца.
– Вы с ним не встречались, – парировал я, но Отавию это не убедило. – А если понадобится запереть его, мы это сделаем.
Она что-то буркнула в знак согласия, и я оставил эту тему.
Все прошло так, как я рассчитывал. Предстояло лишь воплотить план в жизнь. Мы условились о времени и обсудили отдельные детали. Моя группа должна была отправиться с «Мистраля» с последней волной шаттлов, на которых вернутся на свои корабли оставшиеся легионеры и джаддианцы. Затем эти же шаттлы отвезут замороженных норманцев на «Мистраль». Между делом я проберусь в кубикулу и с помощью Окойо разморожу Танарана. Я уже представлял, как в ледяном мраке вытекает фиолетовая жидкость и в бледное существо с черной кровью возвращается жизнь.
– Вы забыли о камерах, – заметила Валка.
Я едва из кожи вон не выпрыгнул. Она так затихла, что я и забыл о ее присутствии.
Заметив мою реакцию, она хищно ухмыльнулась и сказала:
– У вас будет всего несколько минут, прежде чем охрана поймет, что вы задумали.
– Поэтому я и хотел Айлекс, – ответил я. – Но в случае конфликта от Бандита будет больше проку…
Валка заправила волосы за ухо:
– Я с вами.
От этих слов я замер, словно стоп-кадр. Валка была помехой, пятном в человеческой вселенной, искажавшим мои усилия и восприятие так, как звезда искажает свет. Я хочу сказать, что боялся попросить ее, – так боялся, что даже не задумывался о такой возможности.
– Полагаю, у меня получится отключить камеры с шаттла, – сказала она.
– Вы уверены? – спросил я.
Доктор скривилась. Машинальным жестом отдала какую-то команду вмонтированному в основание черепа микрокомпьютеру.
Я, отступив, выставил перед собой ладони:
– Не сомневаюсь в ваших способностях. Просто… мне казалось, вы нас покидаете? – Я обвел рукой комнату, отмечая присутствие Валки на «Мистрале», а не на любом другом корабле нашей маленькой флотилии.
Она села в кресло между мной и Отавией, кровожадно ухмыляясь.
– Что вы там говорили? К черту Империю? К тому же, – она сложила руки на столе, – у меня появится возможность пообщаться со сьельсином. Я с вами.
Я сделал глубокий прерывистый вдох, с каждой каплей воздуха чувствуя себя все сильнее.
– Тогда решено! – воскликнул я, хлопая в ладоши. – Будет весело! – И улыбнулся, гоня из себя безмолвную, вызванную необходимостью крайних мер панику.
Обе женщины помрачнели.
– По-вашему, это весело? – произнесла капитан.
– У Адриана странное представление о веселье, – заметила Валка, и по прищуру ее глаз я решил, что она могла вспомнить мою дуэль в Боросево или то, как помогала мне с Уванари и сьельсинами.
Я выдавил еще одну улыбку:
– Пока нет. Но обязательно будет.
 
Глава 15 
 Первое предательство
Хлыст встретил нас в ангаре, где кипела работа. Наверху под присмотром наряженных в черное бритоголовых легионеров Бассандера готовились к отправке последние три шаттла с норманскими наемниками. На мне была моя длинная шинель, под которой прятался активатор щита.
– Это мои? – спросил я, указывая на ящик и пару мешков у заправочной станции, где разместился лихтер класса «пустельга».
Не дожидаясь ответа, я добавил:
– Мантию нашел?