Делай что должен
– Связь заблокирована, – вместо ответа сообщила Дана, отстёгивая ремень безопасности, спасший её от внеплановой стыковки с бортом. – Помощи не будет.
– Прям как в старые добрые времена, – мрачно пошутил Нэйв. – Где Лорэй – там и жопа…
Он сверился с такблоком и убедился, что ни он, ни Ракша практически не пострадали – спасли ремни безопасности.
– Разве что они сменили фамилию на Шеридан, – не согласилась Дёмина. – Мразота корпоратская…
Дана попыталась распахнуть левую дверь. Получись это – у них с Грэмом появился бы шанс уйти, прикрывшись от убийц корпусом бронемашины. Но чёртову дверь надёжно прижимал фонарный столб.
А с правой стороны ждали корпораты, и выходить оттуда у Дёминой не было никакого желания.
– Ты стрелять собираешься? – раздражённо поинтересовалась Дана у капитана.
Грэм скосил глаза на такблок. Четверо карателей, растянувшись в цепь, неторопливо шли к машине. Трое других прикрывали их из дома, откуда стрелял гранатомётчик.
Нэйв ухватился за рукоять управления орудийным модулем, но вместо прицельной марки увидел на мониторе надпись «Союзные единицы. Огонь невозможен».
– Что за хрень, – Нэйв моргнул на иконку разблокирования.
Тщетно.
«Уровень допуска недостаточен», – робот словно издевался.
– Ты стрелять разучился? – рыкнула Ракша, глядя на приближающихся убийц.
– Нам всё нахрен заблокировали, – огрызнулся Грэм, вручную вбивая личный код офицера контрразведки. Если и это не получится – придётся рисковать, подставляясь под огонь убийц. Или заживо сгорать в бронемашине.
Когда красную надпись сменило перекрестие прицела, Нэйв едва удержал крик радости. Убийцы уже были совсем рядом, метрах в десяти, идя вразвалочку. Один даже забрало открыл и ухмылялся, словно Чеширский кот из детской сказки.
В него первого Нэйв и выстрелил, успев увидеть, как улыбка на морде карателя уступает место гримасе смертного ужаса. Пятидесятисемимиллиметровый снаряд в буквальном смысле оставил от карателя мокрое место. Трое приятелей убитого ошалело замерли, но Грэм шевельнул рукой и останки корпоратов живописно разлетелись по улице.
– Беги! – крикнул Нэйв Дане, переводя огонь на дом с оставшимися карателями и возвращая контроль над орудийным модулем бортовому компьютеру.
Дана ногой распахнула дверь и вывалилась наружу. Нэйв – следом. Прикрываясь корпусом броневика, они побежали к ближайшему дому. За их спинами хлопнули дымовые гранаты – бронемашина до последнего выполняла свой долг, скрывая беглецов от потенциальных преследователей. Но таковых не было – единственный выживший каратель лежал, вжавшись в пол и шепча молитвы побелевшими губами.
Хлипкую входную дверь Нэйв выбил пинком, и беглецы ввалились внутрь, рухнув на устланный ковром пол. Громкая музыка и чужое веселье, тут же охватившее беглецов, подсказывали, что горожане вовсю празднуют «Золотую ночь». Судя по всему, взрывы и пальбу на улице эти пацифисты приняли за звуки фейерверка. Во всяком случае, ни тревоги, ни страха Грэм не ощущал. Лишь весёлое удивление, очевидно, вызванное их прибытием.
– Мы знакомы? – громко, чтобы перекричать музыку, спросил вышедший навстречу идиллиец.
Пара его подруг весело уставились на незваных гостей и, кажется, намеревались познакомиться поближе с экзотическими пришельцами в броне.
– На пол! – рявкнул на них Грэм, сбивая идиллийца подсечкой, а Ракша двумя выстрелами разнесла осветительные плафоны, погрузив коридор в темноту.
Теперь он освещался лишь отблесками от пылающего броневика. Грэм и Ракша напряжённо уставились в темноту, готовые огрызнуться огнём на любое движение, но, видимо, корпораты сочли, что с них на этот раз хватит и лучше дождаться подкрепления.
Музыка смолкла, а веселье эмпатов сменилось растерянностью.
– Что тут происходит? – в коридор вышли ещё трое местных, одетых в праздничные наряды и полумаски.
– Парад непуганых идиотов! – злобно рявкнул Грэм. – Возьмите номерки и становитесь в конец колонны!
Мысли в голове метались, словно пронумерованные шары в барабане лотереи. Корпораты смогли получить командные коды. Как? Сейчас это неважно. Главное, что теперь броня Ракши и Грэма превратилась в их врага, докладывая шеридановским прихвостням о каждом шаге. Значит, нужно избавиться от шлемов. Как и от всего остального снаряжения – переодевшись в штатское, больше шансов проскочить мимо убийц незамеченными, нежели оставаясь в броне. Да, в случае стрельбы с защитой было бы понадёжнее, но если до этого дойдёт – вряд ли это самое «понадёжнее» поможет выжить. Максимум – немного оттянет неизбежное.
Капитан оглядел идиллийцев. За исключением сбитого на пол парня, все остальные продолжали стоять и недоумённо таращиться на происходящее. Похоже, мысль о том, что одна-единственная автоматная очередь может навсегда прекратить их праздник жизни, счастливо просвистела мимо голов аборигенов.
– Кто хозяин дома? – спросил Грэм.
– Я, – подал голос всё ещё потрясённо лежащий на полу идиллиец.
– Машина есть? – контрразведчик выглянул на улицу как раз вовремя, чтобы увидеть, как крыша башни броневика взлетает в небо, выбитая сдетонировавшими боеприпасами.
Грохнуло так, что задрожали даже стены в доме. Идиллийцы рефлекторно пригнулись, но за происходившим на улице взирали с одинаковым восторгом людей, видевших боевые действия только на голоэкране.
– Кретины… – тихо процедила Ракша, прижимаясь к стене.
– Нет, – несколько обалдело ответил Грэму идиллиец. – Только квадроцикл.
– Мне нужны твоя одежда и квадроцикл – сообщил ему Нэйв. – И быстро. Ты… – он указал автоматом на ближайшую идиллийку. – Раздевайся.
– А он мне нравится, – облизнула губы та, с ног до головы оглядывая Грэма.
Капитан с трудом подавил рвущиеся наружу ругательства.
– Решил уходить в гражданке? – догадалась Ракша. – Рискованно.
– В броне гробанёмся точно, – отозвался Грэм. – Цепляй платье этой куклы.
Сев на задницу, капитан оперся спиной о стену и скомандовал хозяину дома:
– Снимай костюм…
Несколько минут спустя от дома отъехал управляемый автопилотом квадроцикл, увозя в багажнике броню беглецов. А они сами в праздничных нарядах неспешно уходили в другую сторону.
Как ни странно, с перевоплощением помогли идиллийцы. Происходящее казалось им весёлым приключением, и местные с энтузиазмом взялись за маскировку беглецов. Дане на скорую руку соорудили причёску, украсив её заколками-цветами, а пальцы с коротко обрезанными, а кое-где и обломанными ногтями скрыли ажурными перчатками.
Образ несколько портили армейские ботинки, которые Дана наотрез отказалась менять на чужие, явно непригодные к бегу туфли, но платье в пол скрывало этот маленький недостаток. При ярком освещении Дёмина, с её выправкой и хищными движениями, выделялась среди грациозных идиллиек, но в неверном сиянии цветов и праздничных нарядов вполне могла смешаться с толпой.