Делай что должен
– Потом позубоскалите, – прервала сестру Эйнджела. – Если это так важно – мы можем остаться.
На ней скрестились удивлённые взгляды.
– Нэйв прав, о нас будут знать все в Зеларе и толку от нас не будет, – спокойно пояснила Эйнджела. – Мы не бойцы и больше нигде не нужны. Ничего важного мы не знаем. Посидим спокойно на гауптвахте, если Грэм гарантирует нам безопасность…
Она внимательно посмотрела на контрразведчика, и тот без колебаний кивнул.
– …то это одно из самых безопасных мест на Идиллии. Если Союз победит – мы и так и эдак в плохом положении. Так, по крайней мере, капитан Нэйв остаётся при должности и замолвит за нас словечко. Если Союз проиграет – вы нас освободите. Сейчас важно не терять время на споры и торги.
На лице Свитари было написано недовольство, но она всё же нехотя кивнула, соглашаясь с мнением сестры.
Джун посмотрела на Грэма, затем на сестёр и вздохнула:
– Хорошо. Договорились.
Нэйв украдкой выдохнул.
– Но если ты соврал… – репликант без татуировки подался вперёд, словно перед прыжком, – …я тебя урою.
Глава 5Планета Идиллия. Город Зелар
Нэйв даже не удивился, получив от репликанта собственное оружие. Подсумки с магазинами и гранатами так и остались прицепленными к автоматному ремню, поэтому Грэму понадобилась помощь Ракши, чтобы распихать боекомплект по карманам.
– Ты как собрался одной рукой воевать? – спросила Джун, глядя на все эти манипуляции.
– Управлюсь, – беспечно отозвался Нэйв, засовывая пистолет во внутренний карман куртки.
Азиатка только вздохнула и неодобрительно покачала головой. Но контрразведчику было на это наплевать. Как говорил кто-то из древних: «Делай что должен, и будь что будет» 3.
– Будь осторожен, – тихо сказала Ракша.
Имела она в виду людей Шеридана или репликанта – осталось неизвестным.
– Держите, – Джун протянула Грэму планшет. – Можете наблюдать за обстановкой вокруг фургона и управлять им, ну и Грэг… – она кивнула на идиллийца, – …подключил его к сети службы спасения, так что сразу будете в курсе происходящего.
– Спасибо, – поблагодарил Грэм.
То, что опять предстояло ехать в тесном трёхколёсном таракане, словно в насмешку именуемом «фургоном», несколько напрягло капитана. Планшет – хорошо, но за обстановкой лучше следить своими глазами. Увы, грузовой отсек «фургона» исключал такую возможность.
– Вылетаешь, как заминусуют Шеридана, – вместо прощания напомнил Ракше Нэйв.
Наверное, надо было сказать что-то ещё в духе героев боевиков, но капитан лишь молча поправил автомат на плече и вышел, сопровождаемый репликантом.
Искусственный солдат в своём облачении занял большую часть фургона. Нэйв кое-как примостился на сиденье и протянул сержанту планшет.
– Спасибо, сэр, – репликант отрицательно качнул головой. – Я и так наблюдаю.
И показал на свой шлем. Грэм кивнул и уставился на экран. Как относиться к напарнику, Нэйв ещё не определился: с одной стороны, репликанты оказались куда более человечными, чем он привык думать. С другой – он прекрасно помнил, что собирался устроить на Вулкане напарник сержанта. И устроил бы, не сумей Свитари его отговорить.
Репликант тоже не горел желанием поболтать. Так и ехали молча, пока на планшете Нэйва не появился первый вызов.
– Недалеко, – сверившись с картой, сказал контрразведчик. – Едем.
Сержант молча щёлкнул предохранителем автомата.
Планета Идиллия. Город Зелар
Три дня на отдых – это отлично. Как раз то, что нужно измученным занудной службой на блокпостах в Тмутаракани, есть время как следует кутнуть, опохмелиться и привести себя в порядок перед возвращением на службу.
Но ещё лучше, когда в отдыхе нет никаких препон. Город твой, вытворяй что душе угодно: трахай кого вздумается, бери что хочется, и никто не вправе тебе помешать. Ибо три дня на отдых и грабёж захваченного города – святое право победителя, уходящее корнями аж в докосмическую эпоху Земли. Ну, по крайней мере, так заявил господин полковник Шеридан, а ему виднее – всё же образованный человек, не то что простая солдатня, учившаяся на улицах да тюремных нарах.
Пятеро счастливых победителей шли по улице, прихлёбывая из бутылок и обсуждая, куда бы отправиться для начала отдыха. Им повезло особенно: несколько групп из их батальона вместо расслабона до сих пор гоняли по городу в поисках грёбаного контрика и его девки.
– А ничо так, красиво, – заметил младший капрал Уолт по прозвищу Слик.
– Угу, – отхлебнув из бутылки, согласился Молоток Бонго: здоровенный чернокожий детина с кулаками-кувалдами, за которые, собственно, и получил прозвище.
Остальные трое различными звуками и жестами выразили полную солидарность со «старшим товарищем».
– Может, туда завалимся? – предложил Китаец Джо, указывая рукой с зажатой в кулаке бутылкой на дом, откуда доносились звуки бурного веселья.
Вообще, настоящим именем Джо было Ян, и к Китаю этот чех не имел никакого отношения. «Китайцем» он стал, когда в попытке скрыться от правосудия сделал себе пластическую операцию по коррекции формы глаз и провёл процедуру по изменению цвета кожи, после чего попытался затеряться в муравейнике Гонконга на Земле. Не получилось. Ну а новые хозяева не собирались тратить деньги на возвращение прежнего облика своему расходному материалу. Да и сам Китаец к этому не стремился, привыкнув к новой внешности.
Остальные двое: Алекс «Топор» и «Хатан» Барух, – с интересом обернулись к товарищу.
– А чего туда? – полюбопытствовал Алекс.
– Да гудят прям душевно, – ответил Джо. – Чёт и мне захотелось по-людски оттянуться. Чтоб девка сама на член сиганула. Я уж не помню, когда в последний раз нормально так кувыркался – чтоб не шлюха за бабло и не сучка из мутанток силком. Хочется… – он пощёлкал пальцами, подбирая нужные слова, – …чтоб сама хотела, во.
– А по мне, – не согласился Топор, – веселей, когда скулят. На кой хрен мне их согласие?
А вот Слик задумчиво наморщил лоб. Резон в словах Китайца был: Слику самому хотелось отдохнуть нормально, как, бывало, они с Бонго кутили с корешами в марсианских кабаках до того, как вступили в движение «Чистый геном».
– Айда, – наконец решил он. – Заодно узнаем: взаправду местные такие безотказные, или нам по ушам поездили.
– Если не безотказные – скоро станут, – хохотнул Топор. – Пора мутантам понять, кто теперь тут главный.
Его товарищи одобрительно заулыбались. После унизительных запретов, введённых долбаным Рамом, всем хотелось продемонстрировать собственную значимость.