Искатель боли
Глава 3— Но… зачем ему это?! — Глупо переспросил Астал. — Что ему это даст?
— Ты знаешь, я тоже думал над этим, — признался я. — И мне кажется, что на Мэраке висит долг жизни. Поэтому его род так усердствует в попытках отправить меня в Преисподнюю. Официальным поводом, конечно же, будет наша с Дексамом дуэль, мир его праху. Однако, не все Иматирос согласны со своим главой…
Я коротко пересказал воителю разговор с родителями убитого мной Дексама на тожестве в честь Йеро и поделился мнением, что его смерть внесла неслабый разлад в ряды этого семейства. Так что даже подходящего исполнителя на роль моего убийцы Мэраку найти затруднительно. Да и, будем откровенны, он глава не самого сильного и многочисленного рода. И если даже у тех же Эстуан или Персус в роду есть по паре престарелых Грандмастеров и по полудюжине Магистров, то у Иматирос единственный боец, гарантированно могущий меня прирезать в схватке лицом к лицу, это сам Мэрак.
— Вот поэтому, — подытожил я, — у главы рода нет иного выхода, кроме как брать ситуацию в свои руки, со всеми вытекающими для меня негативными последствиями.
После выложенного расклада Астал примолк и надолго задумался. Мне показалось, что он хочет о чем-то спросить, но не решается. Однако подталкивать или подбадривать я его не стал. Пусть определится сам, действительно ли он хочет задавать свой вопрос.
— Послушай, Данмар, — решился наконец воитель, нервно разминая в пальцах мягкую конфету, которая все никак не лезла ему в рот. — Я все хотел спросить, но не решался… гибель Дивита — это ведь твоя работа?
— Ты ведь и так знаешь ответ, Астал, — осторожно подбирая слова начал я. Щепетильный воин, повернутый на чести и заветах Воргана никак не сможет понять и принять убийства ради золота. А ведь именно поэтому Хоурай и отправился в небесные чертоги.
— Знаю… — выдохнул он пряча взгляд, — и мне больно осознавать, что ты приложил к этому руку…
Ну вот… началось. Неужели великан сейчас примется читать мне нотации, пытаясь направить по истинному пути?
— Нет, я все понимаю, — пошел на попятную Астал, — общество высокородных опасно и жестоко. Они не прощают слабости, и при малейшем ее проявлении разорвут любого. Ты просто вынужден поступать так, как поступаешь…
— Все правильно, мой огромный друг, — тихо поддержал я его, — обстоятельства почти всегда сильнее нас. Чтобы идти к своей цели, мне приходится совершать многое…
— А к какой цели ты идешь?
— Пока что я пытаюсь всего лишь овладеть своей Искрой и выжить, — честно признался я, — а дальше будет видно.
— Выжить… — глухо повторил воитель, словно пытался понять, насколько это веская причина для покрытия себя бесчестием. — А разве путешествие к Дьявольскому Разлому это не полная противоположность этому?
— Оставаться в одном городе с желающим прикончить меня Магистром, — подметил я, — это куда более верный способ отправиться за грань. Я слишком острожно веду себя в Махи, чтоб меня можно было прирезать на улице, но это не значит, что я смогу бегать вечно.
— А ты можешь… кхм… ну, провернуть с Иматирос то же самое, что и с Дивита? Возможно, я бы мог тебе чем-нибудь помочь?
Признаюсь честно, этим своим предложением Астал вверг меня в настоящий ступор. Неужели уши меня не обманывают? Неужто этот болезненно честный воин готов запятнать себя участием в подлом и скрытном убийстве? И на эту жертву он идет только потому что… мне грозит опасность?
— Спасибо Астал… — пробормотал я, опуская глаза в пол.
— За что? — Непонятливо переспросил тот.
— За то, что готов ввязаться в эту безнадежную борьбу ради меня.
— Кха… — смущенно кашлянул здоровяк, сплющивая несчастную конфету в лепешку. — Ерунда… в этом ведь и заключается смысл дружбы…
— Не ерунда, Астал. Совсем не ерунда.
Мы немного помолчали, думая каждый о своем, пока воитель, наконец, не спросил:
— Так, давай еще раз. Ты все-таки твердо решил отправиться в путь?
— Да.
— Ну а как же твое собственное обучение?
— Я надеюсь, что путешествие научит меня гораздо большему, чем тепличные условия Дивинатория.
— Тогда, что ты скажешь, если я замолвлю словечко Кавиму? Что если он составит тебе компанию в этом нелегком странствии?
Здоровяк говорил столь искренне и обеспокоено, что я не смог отказать ему. Пусть и ничья компания в мои планы не входила, но такой сильный соратник как шахирец действительно мог принести мне невероятно много пользы. А там в будущем, как знать, быть может я смогу склонить и его на свою сторону? Люди просты и бесхитростны, они не видят всей картины и додумают ее продолжение исключительно в меру своих желаний.
— Это было бы неплохо, — сдержанно ответил я, где-то в глубине души желая, чтобы Владеющий отказался от предложения своего приятеля. Все-таки жажда испытать свои крылья на огромной дистанции была очень сильной.
— Прекрасно, тогда я пойду поговорю с ним! — Одним движением Астал закинул в рот раздавленную конфету и поспешил покинуть комнату, пребывая явно в приподнятом настроении. Кажется, он в самом деле радовался, что у него появился реальный шанс помочь мне.
***
— Куда мы идем? — Таасим настороженно следовал за рыжеволосой Персус, словно каждый миг ожидал какого-то подвоха. Он никогда не пылал к ней особо теплыми чувствами, и не видел веских причин ей доверять.
— Во второе кольцо, — терпеливо ответила Астра, не спеша тем не менее с дальнейшими пояснениями.
— И какого черта нам там понадобилось, да еще и на ночь глядя? — Проворчал аристократ, немного успокаиваясь. Все-таки, второе кольцо весьма приличный район. Вряд ли ему там может грозить какая-нибудь опасность. Если б Персус сказала, что ведет его куда-нибудь дальше или даже в пригород, то юноша бы молча развернулся и ушел.
— Ты же хочешь поквитаться с маленьким ублюдком, который опозорил и меня, и тебя?! — Несколько резковато бросила его спутница.
— Хочу! — Кулаки Таасима сжались помимо его воли, а челюсть сомкнулась так плотно, захрустели зубы. — Но все еще не понимаю, что нам нужно в другой части города.
— Я нашла человека, — это слово рыжеволосая выплюнула с нескрываемой брезгливостью, — который может выманить гаденыша туда, где ты с ним сможешь разобраться.
— Почему именно я? — Снова чрезвычайно подозрительно осведомился Атерна. — Я думал, ты не меньше моего хочешь прижать этого недоростка.
— Не глупи, Таасим, — с кислой миной ответила Персус. — Как бы мне не было противно это признавать, но он мне не по зубам. Он прикончил моего жениха, если ты не забыл, а он был почти Владеющим! У меня нет ни малейшего шанса…
— Дексам был самонадеянным болваном, а не воином, — жестко припечатал юноша. — Не знаю, какие вас связывали отношения, поэтому прости мне мои слова. Однако Иматирос больше любил покрасоваться перед молодыми Аколитками, нежели учиться.