Троецарствие (том 1)

– Скажите, вы не бе-цзя Чжан Сун?
– Он самый, – ответил Чжан Сун.
– Чжао Юнь давно ждет вас! – воскликнул военачальник, спрыгивая с коня.
– Так это вы знаменитый Чжао Юнь из Чаншаня? – воскликнул Чжан Сун, сходя с коня.
Они приветствовали друг друга почтительными поклонами.
– Да, это я, – сказал Чжао Юнь. – Мой господин, Лю Бэй, полагая, что вы утомились в долгом и трудном пути, приказал встретить вас и поднести вина.
Чжао Юнь взял у воинов различные яства и с почтением подал их Чжан Суну.
«Теперь я и сам вижу, что недаром люди говорят о великодушии и гуманности Лю Бэя!» – подумал Чжан Сун.
Выпив с Чжао Юнем несколько кубков вина, Чжан Сун сел на своего коня, и они поехали дальше к Цзинчжоу. Вечером они остановились в пути, и Чжао Юнь проводил Чжан Суна на подворье. У ворот слуги ударили в барабаны в честь приезда гостя; навстречу Чжан Суну вышел воин и, поклонившись, сказал:
– Мой старший брат поручил мне встретить вас после далекого путешествия и позаботиться о вашем отдыхе.
Эти слова произнес Гуань Юй. Чжан Сун спешился и в сопровождении Гуань Юя и Чжао Юня вошел в дом. Тотчас же появилось вино, и начался пир, продолжавшийся почти до рассвета. Чжао Юнь и Гуань Юй без устали потчевали гостя.
На следующий день после завтрака они сели на коней и поехали дальше. Вскоре им повстречался отряд – это ехал Лю Бэй в сопровождении Чжугэ Ляна и Пан Туна. Издали заметив Чжан Суна, Лю Бэй соскочил с коня и ожидал его стоя. Чжан Сун тоже сошел с коня и приветствовал Лю Бэя.
– Я давно слышал ваше прославленное имя, которое гремит, как раскаты грома, и досадовал, что облака и тучи разделяют нас и не дают мне возможности слушать ваши наставления! – первым заговорил Лю Бэй. – Как только я узнал, что вы возвращаетесь из столицы, я выехал встречать вас, и если вы не пренебрегаете моим ничтожным округом, заезжайте ко мне отдохнуть и вознаградите меня за мое горячее желание видеть вас! Я был бы десять тысяч раз счастлив!
Чжан Сун был очень обрадован оказанным ему приемом. Он сел на коня и бок о бок с Лю Бэем въехал в город. Лю Бэй проводил гостя к себе во дворец, где тотчас же был устроен пир. Во время пира Лю Бэй вел ничего не значащий разговор и старался избегать сычуаньских дел. Чжан Суну же хотелось поговорить именно об этом, и он всячески старался вызвать Лю Бэя на откровенность.
– Скажите мне, – начал он, – сколько у вас областей, кроме Цзинчжоу?
– Можно сказать – ни одной, – ответил за Лю Бэя Чжугэ Лян. – Да и Цзинчжоу взят временно – Сунь Цюань все время требует его обратно. Однако, поскольку господин мой недавно стал зятем Сунь Цюаня, ему предоставлена возможность иметь здесь на некоторое время пристанище.
– Но неужели Сунь Цюаню недостаточно своих владений? – удивился Чжан Сун. – Ведь шесть богатых областей и восемьдесят один округ не так уж мало!
– А у Лю Бэя, который приходится дядей ханьскому государю, нет ни одной области, в то время как воры и злодеи силой захватывают земли, – вставил Пан Тун. – Но такие дела, как насильственный захват чужих земель, не соответствует деяниям мудрых людей…
– Помолчите-ка вы оба! – прервал Лю Бэй. – Какими добродетелями я обладаю? Чем я заслуживаю большего?
– Вы неправы, – сказал Чжан Сун. – Родственнику ханьского императора, к тому же отличающемуся столь высокой гуманностью и справедливостью, о которых слава идет по всей Поднебесной, по праву полагается владеть не одним округом, а гораздо большим! Можно даже говорить об императорском троне…
– О нет, это слишком! – сказал Лю Бэй, складывая руки в знак благодарности. – Я даже и мечтать об этом не смею!
Больше Чжан Сун не затрагивал сычуаньских дел.
Пропировав три дня, Чжан Сун стал собираться в путь. Провожая его, Лю Бэй устроил пиршество в чантине, в десяти ли от города. Подымая кубок с вином, он говорил Чжан Суну:
– Очень благодарю за посещение и сожалею, что мы расстаемся с вами. Не знаю, придется ли мне еще раз услышать ваши наставления…
Лю Бэй украдкой вытер слезу.
«Как чистосердечен Лю Бэй! И как он ценит ученых! – подумал про себя Чжан Сун. – Могу ли я утаить от него свой план. Пусть уж лучше он возьмет Сычуань».
 
И вслух добавил:
– Я тоже всегда мечтал о встрече с вами, но все не представлялось удобного случая. Я понял, в каком опасном положении вы находитесь: на востоке у вас, как тигр, засел Сунь Цюань, на севере – Цао Цао, и оба они только и мечтают о захвате Цзинчжоу.
– Я давно об этом знаю, – прервал его Лю Бэй, – но мне больше некуда даже ногой ступить.
– И вы никогда не думали об Ичжоу? – спросил Чжан Сун. – Этот край неприступен и богат, плодородные поля его раскинулись на тысячи ли. Тамошние ученые превозносят ваши добродетели, считая их совершенством! Если бы вы со своим войском пошли в поход на запад, вы овладели бы этими землями и возродили славу Ханьской династии.
– Я не посмею это сделать! – запротестовал Лю Бэй. – Не забывайте, что ичжоуский Лю Чжан тоже отпрыск императорского рода и его благодеяния всем известны в княжестве Шу! Возможно ли поколебать его положение?
– Я не продаю своего господина и не гонюсь за славой, – произнес Чжан Сун. – Я только хочу сказать вам откровенно: Лю Чжан, который владеет землями Ичжоу, слабоволен и не прислушивается к мнениям мудрых и способных людей. С севера нам все время угрожает Чжан Лу, и население наше, находящееся в состоянии разброда, только и мечтает о мудром правителе. Об этом мечтаю и я… Я хотел просить Цао Цао, но, против моих ожиданий, он оказался разнузданным и коварным тираном, который держит себя надменно с людьми мудрыми и пренебрегает учеными. Именно поэтому я и приехал к вам! Я думаю, что если бы вы взяли сначала Сычуань, а потом пошли на север против Ханьчжуна и в дальнейшем овладели Срединной равниной, вы смогли бы возродить Ханьскую династию, и имя ваше вошло бы в историю! Разве это не величайший подвиг? Изъявите только желание взять Сычуань, я буду служить вам верно, как служат человеку собака и конь! Можете на меня положиться! Но не знаю, каковы ваши планы…
– Глубоко тронут вашим добрым мнением обо мне, – произнес в ответ Лю Бэй, – но ведь Лю Чжан одного со мной рода! Если я нападу на него, меня осудит вся Поднебесная!
– Доблестный муж должен всеми силами стремиться совершать великие подвиги, исполнить то, что ему положено! – заметил Чжан Сун. – Если вы не возьмете Сычуань, кто-нибудь другой сделает это – сожалениями ему не поможешь!
– Но ведь дороги в Шу труднопроходимы, по ним не проедет повозка, рядом не пройдут два коня, – сказал Лю Бэй, – там неприступные горы и в ущельях катятся бурные реки. Даже если бы я и задумал взять Сычуань, я не знал бы, как это сделать!
Тут Чжан Сун вытащил из рукава карту и протянул ее Лю Бэю.
– Я настолько почитаю вас, – проговорил он, – что осмелюсь предложить вам эту карту. Взгляните на нее, и все дороги Шу станут вам знакомы.
Лю Бэй развернул карту. На ней была начертана местность, нанесены пути, указаны расстояния, длина и ширина дорог, горные перевалы, важнейшие речные броды, обозначены склады и житницы.
– Подумайте хорошо, – продолжал Чжан Сун. – Кроме меня, вам будут помогать мои друзья Фа Чжэн и Мын Да. Они приедут к вам в Цзинчжоу, и вы вместе с ними обсудите план похода.
Лю Бэй почтительно поблагодарил Чжан Суна и сказал ему:
– Как неизменны темные горы, как вечно зелены воды, так я буду помнить вашу услугу. И когда великое дело завершится, щедро вознагражу вас!
– Что вы, что вы! – запротестовал Чжан Сун. – Разве мне нужна награда? Как только я увидел вас, я сразу почувствовал, что должен чистосердечно вам все рассказать.
На этом они расстались. Чжугэ Лян приказал Гуань Юю проводить Чжан Суна.
Вернувшись в Ичжоу, Чжан Сун прежде всего повидался со своим другом Фа Чжэном, сыном знаменитого мудреца Фа Чжэня.
Чжан Сун рассказал Фа Чжэну о том, что Цао Цао пренебрегает людьми мудрыми и учеными и что ничего хорошего нельзя от него ждать.