Троецарствие (том 1)
– Прекрасно! Только поспешите сообщить мне о победе. Не томите меня ожиданием! – подбодрил Цао Цао своего военачальника.
Воодушевленный Сяхоу Дунь попрощался с Цао Цао и во главе своих войск выступил в поход.
Тем временем в Синье происходило следующее. Получив Чжугэ Ляна к себе в советники, Лю Бэй оказывал ему знаки величайшего внимания, чем были крайне недовольны Гуань Юй и Чжан Фэй.
– Что вас заставляет так преклоняться перед Чжугэ Ляном? – недоумевали они. – Пусть он будет сверхучен и талантлив, все равно учтивость ваша по отношению к нему переходит всякую меру! Да к тому же вы еще не видели наглядного подтверждения его опытности и способностям!
– Молчите! И больше никогда не заговаривайте об этом, – раздраженно оборвал братьев Лю Бэй. – Для меня Чжугэ Лян все равно что вода для рыбы!
Братья больше не возражали. Однажды кто-то подарил Лю Бэю воловий хвост, и он привязал его к своей шапке. Это подметил Чжугэ Лян и спокойно сказал:
– Неужели вы отказались от своих великих устремлений и уделяете внимание таким вещам?
Лю Бэй с ожесточением швырнул шапку на землю и в смущении ответил:
– Это я просто развлекаюсь, чтобы рассеять невеселые думы!
– А как вы ставите себя в сравнении с Цао Цао? – спросил его Чжугэ Лян.
– Ниже…
– Ну, а если вдруг Цао Цао нападет на вас? Как вы думаете встретить его со своими несколькими тысячами воинов?
– Вот этим я и обеспокоен, – сознался Лю Бэй. – Плана у меня еще нет…
– Тогда я посоветую вам немедленно приступить к набору воинов из народа, чтобы мы, если понадобится, смогли достойно встретить врага.
Лю Бэй обратился с призывом к населению Синье. Три тысячи человек изъявило готовность служить. Чжугэ Лян с утра до вечера обучал их воинскому делу.
Неожиданно пришла весть, что Цао Цао послал против Синье стотысячную армию под командованием Сяхоу Дуня. Чжан Фэй ехидно заметил Гуань Юю:
– Пусть наш брат пошлет против врага Чжугэ Ляна, и все будет в порядке!
Случилось так, что именно в эту минуту Лю Бэй вызвал к себе братьев и спросил у них, как они думают отразить нападение Сяхоу Дуня.
– А вы бы, старший брат, послали против врага свою «воду»! – не скрывая иронии, посоветовал Чжан Фэй.
– Да, что касается ума, то тут я полностью полагаюсь на Чжугэ Ляна, а вот в храбрости – только на вас! – сказал Лю Бэй. – Неужели вы собираетесь подвести меня?
Гуань Юй и Чжан Фэй молча вышли. Лю Бэй пригласил Чжугэ Ляна.
– Если вы хотите, чтобы войну вел я, вручите мне печать и властодержавный меч, – заявил Чжугэ Лян. – Иначе я боюсь, что братья ваши не захотят мне повиноваться.
Лю Бэй исполнил то, что он требовал, и лишь после этого Чжугэ Лян собрал военачальников.
– Что ж, послушаем! Посмотрим, что он будет делать! – шепнул Чжан Фэй Гуань Юю.
– Слушайте! – сказал Чжугэ Лян. – Слева от Бована есть гора, которая называется горой Сомнений, а справа – лес под названием Спокойный. Гуань Юй с тысячей воинов сядет в засаду у горы Сомнений. Когда подойдет враг, он беспрепятственно пропустит его, но по сигналу огнем с южной стороны, не медля ни минуты, нападет и подожжет провиантский обоз врага. Чжан Фэй с тысячей воинов укроется в долине у леса Спокойного. По тому же сигналу с южной стороны он подойдет к Бовану и сожжет склады с провиантом противника. Гуань Пину и Лю Фыну с пятьюстами воинов заготовить горючее и выжидать за бованским склоном, расположившись по обеим сторонам дороги. Враг должен пройти там ко времени первой стражи.
Чжугэ Лян заранее приказал вызвать из Фаньчэна Чжао Юня и поручил ему командовать головным отрядом. При этом он предупредил Чжао Юня, чтобы тот не стремился к победе, а наоборот – делал вид, что побежден.
– Наш господин, – заключил свои указания Чжугэ Лян, – будет командовать вспомогательными войсками. Всем действовать по плану и не допускать нарушений приказа.
Чжан Фэй не утерпел.
– Любопытно! Мы все пойдем против врага, а что будете делать вы?
– Защищать город!
Чжан Фэй громко рассмеялся:
– Ловко! Нам всем идти в кровавый бой, а вы будете сидеть дома и наслаждаться покоем!
– Вот меч и печать! Видите? – строго оборвал его Чжугэ Лян. – Ослушников буду казнить!
– Повинуйтесь, братья мои! – поддержал Чжугэ Ляна Лю Бэй. – Разве вам не известно, что план, составленный в шатре полководца, решает победу за тысячу ли от него?
Чжан Фэй с усмешкой повернулся, чтобы уйти.
– Ладно, посмотрим, что из этого выйдет, – сказал брату Гуань Юй. – Если его расчеты не оправдаются, мы призовем его к ответу.
Братья удалились. Другие военачальники, выслушав указания Чжугэ Ляна и не понимая его замысла, тоже сомневались.
– А теперь вы, господин мой, – обратился Чжугэ Лян к Лю Бэю, – можете расположиться со своим отрядом у подножья горы Бован. Завтра в сумерки, когда подойдет неприятельская армия, вы покинете лагерь и обратитесь в бегство. Но по сигнальному огню поворачивайте обратно и вступайте в бой. Ми Чжу, Ми Фан, вместе со мной и пятьюстами воинов, будут охранять город.
Сунь Цяню и Цзянь Юну Чжугэ Лян велел сделать приготовления к пиру в честь победы и привести в порядок книги для записи подвигов и заслуг. Все было исполнено в точности. Однако Лю Бэй все еще сомневался в успехе.
Между тем Сяхоу Дунь и Юй Цзинь подошли к Бовану. Часть их лучших воинов двигалась впереди, остальные охраняли провиант.
Стояла осень. Бушевал ветер. Люди и кони передвигались с трудом. Вдруг впереди поднялось облако пыли. Сяхоу Дунь отдал войску приказ развернуться и спросил проводника:
– Что это за место перед нами?
– Бованский склон, а позади устье реки Лочуань, – ответил тот.
Сяхоу Дунь приказал Юй Цзиню приостановить построение в боевые порядки, а сам выехал вперед посмотреть на приближающийся отряд врага. Вдруг он безудержно расхохотался.
– Чего это вы смеетесь? – изумились военачальники.
– Я смеюсь тому, что Сюй Шу перед лицом чэн-сяна Цао Цао до небес превозносил Чжугэ Ляна! – сказал Сяхоу Дунь. – Теперь я вижу, что это за полководец! Его отряд напоминает мне стадо баранов, которых выпустили против тигров и барсов! Я пообещал чэн-сяну живьем доставить ему Чжугэ Ляна и Лю Бэя. Теперь я уверен, что так и будет!
Сяхоу Дунь галопом поскакал вперед. Навстречу ему выехал Чжао Юнь.
– Эй, вы! – закричал Сяхоу Дунь. – Чего вы следуете за Лю Бэем, как призраки за покойником!
Охваченный гневом Чжао Юнь бросился на противника, но после нескольких схваток притворился побежденным и отступил. Сяхоу Дунь преследовал его. Более десяти ли бежал Чжао Юнь, но потом повернулся и снова вступил в бой. Опять несколько схваток, опять бегство.
– Чжао Юнь заманивает нас. Впереди возможна засада! – предостерег Сяхоу Дуня военачальник Хань Хао.
– Если все наши враги таковы, чего их бояться! – воскликнул Сяхоу Дунь. – Пусть у них будет хоть десять засад!
Не слушая никаких предостережений Хань Хао, Сяхоу Дунь продолжал преследование до самого бованского склона. Внезапно раздался треск хлопушек – навстречу врагу со своим отрядом вышел из засады Лю Бэй и тут же обратился в бегство.
– Вот вам и засада! – хохотал Сяхоу Дунь, торопя своих воинов вперед. – К вечеру мы дойдем до самого Синье!
Лю Бэй и Чжао Юнь продолжали отступать. Уже начинало темнеть. Черные тучи заволокли небо. Луны не было видно. Поднявшийся днем ветер к ночи еще более усилился. Сяхоу Дунь преследовал врага, невзирая ни на что. Юй Цзинь и Ли Дянь со своими отрядами достигли теснины. По обеим сторонам дороги сплошной стеной стояли заросли сухого тростника.
– А что, если враг предпримет нападение огнем? – закралось сомнение в душу Ли Дяню, и он обратился к Юй Цзиню. – Дорога дальше на юг слишком узка, ее преграждает река и тесно обступают горы, поросшие густым лесом. Надо быть осторожней. Терпит поражение тот, кто с презрением смотрит на врага…
– Вы правы, – согласился Юй Цзинь. – Я догоню Сяхоу Дуня и скажу ему об этом. Остановите пока войско!