Троецарствие (том 1)

Перепрыгнув на западный берег, Лю Бэй оглянулся: Цай Мао и его воины были уже у реки.
– Почему вы покинули пир? – донесся до Лю Бэя голос Цай Мао.
– А ты почему хотел меня убить? – крикнул в ответ Лю Бэй. – Ведь я с тобой не враждовал!
– Не слушайте наветов, – отвечал Цай Мао. – У меня даже и в мыслях этого не было!
Однако Лю Бэй увидел, что, перекликаясь с ним через поток, Цай Мао украдкой натягивает лук. Лю Бэй хлестнул коня и во весь опор поскакал на юго-запад.
– И какой это дух помог ему! – воскликнул раздосадованный неудачей Цай Мао. Он уже собирался возвращаться, как вдруг заметил Чжао Юня, мчавшегося из западных ворот во главе своего отряда.
Вот уже поистине:
Он был готов упасть стрелой пронзенный,
Но был спасен прыжком коня-дракона.
О том, какова дальнейшая судьба Цай Мао, вы узнаете из следующей главы.
 
Глава тридцать пятая
из которой можно узнать о том, как Лю Бэй в Наньчжане встретил отшельника, и о том, как Дань Фу в Синье нашел доблестного господина
Оказалось, что во время пира военачальников Чжао Юнь заметил вокруг себя подозрительное оживление и поспешил в ямынь, где он оставил Лю Бэя. Но там его не было, и взволнованный Чжао Юнь бросился на подворье, где узнал, что Цай Мао с воинами зачем-то спешно уехал на запад.
Чжао Юнь схватил копье и помчался к западным воротам. За ним следовало триста воинов.
– Где мой господин? – крикнул он Цай Мао, заметив его еще издали.
– Не знаю! Он поспешно покинул пир и уехал в неизвестном направлении! – ответил Цай Мао.
Чжао Юнь был человеком осторожным и не хотел действовать неосмотрительно. Он проехал к реке. Дороги там не было. Тогда он вернулся и снова окликнул Цай Мао:
– Вы сами приглашали моего господина на этот пир, почему же вы теперь гоняетесь за ним с оружием?
– Здесь собрались чиновники со всего княжества, и мне, как старшему военачальнику, поручено их охранять! – ответил Цай Мао.
– Куда вы угнали моего господина? – не отступал Чжао Юнь.
– Мне сказали, что он выехал из города через западные ворота, и я отправился искать его.
Чжао Юнь колебался. Он снова приблизился к реке. На противоположном берегу виднелись свежие следы конских копыт. «Неужто на коне можно перепрыгнуть через такую реку?» – подумал он про себя.
Чжао Юнь послал своих воинов в разные стороны на поиски, но больше никаких следов обнаружить не удалось.
Когда Чжао Юнь вернулся, Цай Мао уже уехал в город. Чжао Юнь стал расспрашивать стражу у ворот. Все воины единодушно заявили, что видели, как Лю Бэй покинул город в западном направлении.
Возвращаться в Сянъян Чжао Юнь не решился и уехал в Синье.
Между тем Лю Бэй, перепрыгнув через поток, чувствовал себя, как пьяный. «Одним прыжком одолеть такой широкий поток! Разве это не воля самого неба?» – думал он.
Подхлестнув коня, Лю Бэй по извилистой тропинке направился к Наньчжану. Солнце уже садилось. Вдруг он увидел маленького пастушка, ехавшего верхом на быке и игравшего на свирели.
– Эх, как жаль, что я не пастушок! – вздохнул Лю Бэй и, придержав коня, стал наблюдать за мальчиком. Пастушок остановил быка, пристально посмотрел на незнакомого всадника и вдруг воскликнул:
– Вы – полководец Лю Бэй, разгромивший Желтых!
– Откуда ты меня знаешь? – изумился Лю Бэй. – Ты же мальчик из захолустной деревни!
– Я, конечно, не знаю, – промолвил мальчик, – но вот мой хозяин, когда у него собираются гости, очень много говорит о Лю Бэе, герое нашего века. Когда я вас увидел, мне сразу вспомнилось, как хозяин описывал его наружность, и я решил, что это вы и есть.
– А кто твой хозяин? – поинтересовался Лю Бэй.
– Мой хозяин – Сыма Хуэй из Инчуани, – сказал мальчик, – а даосская кличка его – Шуй-цзин, Водяное зеркало.
– С кем же дружит твой хозяин?
– Его самые близкие друзья – Пан Дэ и Пан Тун из Сянъяна.
 
– Кто такие эти Пан Дэ и Пан Тун?
– Дядя и племянник, – пояснил мальчик. – Пан Дэ – горец, он старше моего хозяина на десять лет, а Пан Тун на пять лет моложе. Мой хозяин очень любит Пан Туна и называет его младшим братом.
– А где живет твой хозяин?
– Вон там, в лесу, в усадьбе… – указал рукой мальчик.
– Я действительно Лю Бэй… Отведи-ка меня к своему хозяину, я хочу ему поклониться.
Пастушок пошел впереди, указывая путь Лю Бэю. Ехать пришлось около двух ли. Перед домом Лю Бэй соскочил с коня и вошел в ворота. Из дома доносились нежные звуки лютни. Лю Бэй велел мальчику повременить с докладом и стал прислушиваться. Вдруг музыка смолкла, послышался громкий смех, и в дверях показался человек.
– В чистые и нежные звуки лютни вдруг закралась высокая нота – это значит, что поблизости игру слушает знаменитый человек, – сказал он.
– Вот это мой хозяин, господин Сыма Шуй-цзин, – промолвил мальчик.
Человек был высок, как сосна, и худощав, как аист. Осанка его была необычной. Лю Бэй поклонился.
– Вам удалось сегодня избежать огромной опасности! – произнес Шуй-цзин.
Лю Бэй выразил удивление.
– Это господин Лю Бэй. – сказал мальчик Шуй-цзину. Тот пригласил Лю Бэя в дом. Они уселись, как надлежит гостю и хозяину. Лю Бэй огляделся: на полке лежала груда книг и рукописей, за окном виднелись сосны и бамбук, на каменной скамье лежала лютня. Веял легкий ветерок.
– Откуда вы приехали, господин? – спросил гостя Шуй-цзин.
– Случайно проезжал по этим местам, и когда мне мальчик рассказал о вас, я решил зайти поклониться, – объяснил Лю Бэй. – И очень этому рад.
– Таиться не к чему. Говорите прямо – вы бежали от опасности!
Лю Бэй поведал Шуй-цзину историю, случившуюся с ним в Сянъяне.
– Я это сразу понял, как только увидел вашу мокрую одежду, – сказал Шуй-цзин и, помолчав, добавил: – Мне давно приходилось слышать ваше славное имя, но скажите, почему вы до сих пор живете бездомным скитальцем?
– Такая уж, видно, выпала мне доля, – вздохнул Лю Бэй.
– Нет, вовсе не потому, – перебил его Шуй-цзин. – Просто у вас нет мудрого советника.
– Как так? Пусть я сам недостаточно талантлив, зато у меня есть советники Сунь Цянь, Ми Чжу, Цзянь Юн, а по военной части – Гуань Юй, Чжан Фэй, Чжао Юнь. Это мои верные помощники, и я во всем полагаюсь на них.
– Вы меня не поняли… Гуань Юй, Чжан Фэй и Чжао Юнь, конечно, могут одолеть десять тысяч врагов, но вот советника настоящего у вас нет. Сунь Цянь и Ми Чжу – это иссохшие, бледнолицые начетчики, они не способны привести Поднебесную в порядок.
– Я всегда стремился найти такого человека, как вы говорите, среди отшельников, живущих в горах, но мне это не удается, – признался Лю Бэй.
– Вы не встречали таких людей? – удивился Шуй-цзин. – А помните, у Конфуция сказано. – «В каждом селении на десять дворов непременно найдется хоть один преданный и честный человек».
– Я глуп и не просвещен, дайте мне ваш мудрый совет, – попросил Лю Бэй.
– Вы, наверно, слышали, как на улицах Цзинчжоу и Сянъяна ребятишки распевают:
В восьмом году падение начнется,
В тринадцатом – опора упадет.
Спасенье в ком, – то небо указует.
Дракон взлетит до облачных высот.
Песенка эта возникла в первом году периода Цзянь-ань. В восьмом году Лю Бяо лишился первой жены, и в семье пошли раздоры – это и есть начало падения. В тринадцатом году Лю Бяо должен умереть, но среди близких ему людей некого сделать наследником – это и значит, что Цзинчжоу останется без опоры. А две последние строки касаются вас.
– Как так меня? – изумился Лю Бэй.
– Самые мудрые люди Поднебесной живут в здешних местах, – сказал Шуй-цзин, – вы должны их найти.
– Кто же они?
– Во-лун и Фын-чу. Если вы их отыщете, то сразу восстановите в Поднебесной порядок!