Троецарствие (том 2)
– А я, изучающий небесные светила, могу добавить, – присоединился Сюй Чжи, – что и знамения неба указывают на конец счастливой судьбы династии Хань. Ваша звезда, государь, потускнела, а созвездие Вэйского царства увенчивает небесный свод. По моему гаданию вышло, что созвездие Гуй связывается с созвездием Вэй, а это означает, что на смену династии Хань приходит династия Вэй. Кроме того, получилось, что восточное созвездие Янь должно соединиться с созвездием У, расположенным в западной части неба. Это еще раз подтверждает, что вам, государь, следует отречься от престола. Ведь если поставить рядом Гуй и Вэй, то получится знак Вэй, обозначающий Вэйскую династию. Янь и У, сведенные вместе, дают знак Сюй, а два солнца, одно сверху, другое внизу, дают знак Чан [ 13]. В целом это значит, что Вэйский ван в Сюйчане должен принять отречение ханьского императора. Подумайте об этом, государь!
– Гадать по созвездиям и предметам вообще пустое и неумное дело, – возразил император. – Неужели вы полагаете, что из-за ваших глупостей мы откажемся от наследия предков?
– Со времен глубокой древности существует закон: всякое возвышение завершается падением, – заметил до сих пор молчавший Ван Лан, – а процветание неизменно переходит в упадок. Разве существовали когда-нибудь такие государства, которые не погибли, и такие семьи, которые никогда не разорялись? Ханьская династия правила более четырехсот лет, но ее судьба свершилась, и вы должны уступить власть. Медлить с этим нельзя, а то могут произойти беспорядки.
Император, рыдая, удалился во внутренние покои. Чиновники, усмехаясь, разошлись.
На другой день они снова собрались в большом зале дворца и приказали евнухам пригласить Сянь-ди. Император, напуганный вчерашним разговором, боялся выйти.
– Чиновники просят у вас приема, – сказала императрица Цао. – Почему вы отказываетесь их выслушать?
– Твой брат хочет захватить трон и велел чиновникам принудить меня к отречению, – со слезами отвечал император. – Мы не желаем выходить к ним!
– Неужели вы думаете, что мой брат способен на такое преступление? – раздраженно заметила императрица.
Но не успела она это произнести, как увидела вооруженных мечами Цао Хуна и Цао Сю, которые пришли за императором.
– Так это вы, злодеи, устраиваете смуту! – набросилась на них императрица. – Вы посягаете на власть Сына неба, вы кознями своими хотите погубить императора! Заслуги моего батюшки известны миру, слава его потрясала Поднебесную, но даже он не осмелился силой захватить священную власть! А брат мой еще не успел вступить в права преемника, как проявляет самовластие! Берегитесь, небо обрушит на него несчастье!
Горько рыдая, императрица бросилась в свои покои. Ее приближенные были сильно взволнованы. Многие плакали.
Цао Хун и Цао Сю потребовали, чтобы император вышел в зал.
– Последуйте моему совету, государь! – сразу же сказал Хуа Синь. – Иначе не миновать беды!
– Всех вас кормила Ханьская династия! – гневно воскликнул император. – Среди вас много сыновей и внуков сановников, верно и преданно служивших династии, а вы так недостойно ведете себя!
– Если вы, государь, не внемлете общему совету, то, боюсь, вас ждут впереди великие бедствия, – угрожающе произнес Хуа Синь. – Я говорю так вовсе не потому, что я изменил вам!
– Кто посмеет нас убить? – воскликнул император.
– Весь народ Поднебесной знает, что на вас нет благословения неба, – резко возразил Хуа Синь. – Это уже привело к смуте! Не будь при дворе Вэйского вана, нашлись бы люди, которые убили бы вас. Вы, государь, не оказываете милостей и не награждаете за добродетели. Неужто вы хотите, чтобы против вас поднялся народ с оружием в руках!
Испуганный император встряхнул рукавами халата и встал. Ван Лан бросил взгляд на Хуа Синя; тот подошел к императору и, бесцеремонно дернув его за рукав вышитого драконами халата, изменившимся голосом спросил:
– Отвечайте немедленно, согласны вы отречься или нет?
Император, дрожа от страха, молчал. Цао Хун и Цао Сю обнажили мечи.
– Где хранитель печати? – закричали они.
– Хранитель печати здесь! – ответил Цзу Би, выходя вперед.
Цао Хун потребовал у него государственную печать.
– Государственная печать – сокровище, принадлежащее Сыну неба! Как вы смеете прикасаться к ней? – закричал в ответ Цзу Би.
Цао Хун приказал страже вывести его и обезглавить. Цзу Би бранил его до последней минуты свой жизни.
В честь Цзу Би потомки сложили такие стихи:
Погибла династия Хань, и властью владеет злодей,
Взяв Яо и Шуня в пример, украл ее, прав не имея.
И только строптивый Цзу Би – хранитель дворцовой печати –
Пожертвовать жизнью решил, но не признавать Цао Пэя.
Император не переставал дрожать от страха. Вокруг он видел лишь одетых в латы и вооруженных копьями вэйских воинов. Наконец он со слезами сказал:
– Мы согласны отречься от нашей власти в пользу Вэйского вана, но были бы счастливы, если б нам дали дожить до конца лет, предопределенных небом!
– Вэйский ван не станет вас губить, – успокоил его Цзя Сюй. – Только вы, государь, поскорее напишите указ об отречении от престола и успокойте народ.
Император повелел Чэнь Цюню написать указ об отречении. Когда указ был готов, Сын неба отдал его Хуа Синю и приказал вручить Вэйскому вану. Цао Пэй обрадовался и велел приближенному сановнику прочитать отречение вслух:
«Мы двадцать два года пребывали на троне, – говорилось в указе, – и пережили за это время много тревог и волнений. Только благодаря заступничеству духов наших предков остались мы в живых.
Однако ныне процветание нашей династии кончилось и счастье обернулось к роду Цао.
Согласно небесным знамениям и желанию народа, мы принимаем решение отречься от нашего престола в пользу рода Цао. Это предопределение неба, и подтверждается оно также тем, что покойному Вэйскому вану удалось совершить много выдающихся боевых подвигов и тем, что нынешний ван блистает светлыми добродетелями. Предзнаменования ясны – им можно верить. Великая истина заложена в том, что Поднебесная является достоянием общественным.
Танский император Яо не был своекорыстным в отношении своего преемника Шуня, и слава Яо распространилась в вечности. И ныне мы, следуя примеру императора Яо, отрекаемся от престола в пользу Вэйского вана.
Ван, не отказывайтесь!»
Выслушав указ, Цао Пэй хотел его принять, но Сыма И остановил его:
– Погодите! Хотя вы получили указ и печать, но их надлежит вернуть Сыну неба со смиренным отказом, чтобы этим предотвратить злые толки в Поднебесной.
Цао Пэй приказал Ван Лану составить послание на имя императора. В этом послании он называл себя человеком ничтожным и просил вручить власть человеку более мудрому.
Когда это послание прочли императору, он растерялся:
– Вэйский ван отказывается от трона! Что же нам делать?
– Вэйский У-ван Цао Цао трижды отказывался от своего титула прежде чем принять его, – сказал Хуа Синь. – Напишите второй указ, и Вэйский ван вас послушается.
Хуань Цзе по распоряжению императора составил новый указ, и смотритель храма предков Чжан Инь с бунчуком и печатью отправился во дворец Вэйского вана.
Цао Пэй приказал прочитать вслух императорский указ:
«Вновь обращаемся к Вэйскому вану! Вы прислали нам доклад со скромным отказом, и нам приходится вторично просить вас.
Мы давно уже стали ненужной помехой на пути процветания Ханьской династии, но, к счастью, Вэйский У-ван – Цао Цао, обладавший высокими добродетелями, взял судьбу династии в свои руки, проявил свои замечательные полководческие дарования, искоренил злодеяния и мятежи, установил спокойствие в Поднебесной.
Ныне небесные знамения указывают на вас, и мы повелеваем вам принять наше наследие, дабы вы довели свои добродетели до полного блеска, дабы слава ваша и гуманность служили примером всей Поднебесной.
В древности юйский император Шунь совершил много великих деяний, и император Яо уступил ему свое место.
Великий император Юй прорыл каналы и покорил реки, и за это император Шунь отрекся от трона в его пользу.
Поскольку династию Хань постигла точно такая же судьба, как императора Яо, мы обязаны передать власть мудрейшему, а не своему прямому наследнику.
Повинуясь требованию духов и выполняя высокую волю неба, мы повелеваем почтенному мужу Чжан Иню вручить вам императорскую печать и пояс.
Примите их, ван».