Троецарствие (том 2)
– Мы – жители Цзисяня, – сказали прохожие, – Цзян Вэй сдал город и покорился Чжугэ Ляну, а шуский военачальник Вэй Янь сжег наши дома. Мы вынуждены покинуть родные места и бежать в Шангуй.
– В чьих руках Тяньшуй? – спросил Сяхоу Моу.
– Там сейчас правит Ма Цзунь, – ответили беглецы.
Сяхоу Моу поехал в Тяньшуй. По пути ему опять встретилась толпа мужчин и женщин, и они повторили ему то, что он уже слышал.
Зять императора добрался до Тяньшуя и крикнул, чтобы ему открыли ворота. Воины впустили его в город. Встретившись с Ма Цзунем, Сяхоу Моу передал ему все, что жители Цзисяня рассказывали о Цзян Вэе.
– Не думал я, что Цзян Вэй перейдет на сторону царства Шу! – со вздохом произнес Ма Цзунь.
– Должно быть, он нарочно все это устроил, чтобы спасти Сяхоу Моу, – предположил Лян Сюй.
– Как же нарочно, если он уже действительно сдался? – возразил Сяхоу Моу.
Пока шел этот разговор, наступил вечер, и шуские войска подошли к стенам города. При свете факелов охрана увидела Цзян Вэя, который громко закричал:
– Прошу полководца Сяхоу Моу дать мне ответ!
Сяхоу Моу и Ма Цзунь поднялись на стену. Бряцая оружием и похваляясь своей силой, Цзян Вэй громко выкрикивал:
– Почему полководец Сяхоу Моу изменил своему слову? Ведь я сдался ради его спасения!
– Почему ты покорился врагу и забыл о милостях, на которые так щедр был к тебе вэйский правитель? – закричал в ответ Сяхоу Моу. – О каком слове ты говоришь?
– Ты прислал мне письмо, повелевая сдаться Чжугэ Ляну, – кричал Цзян Вэй, – и еще утверждаешь, что ничего не обещал! Ты хотел спастись сам, а меня погубить! Теперь, когда я сдался Чжугэ Ляну и получил от него высокое звание, мне незачем возвращаться к вам!.. Сдавайтесь! – И он приказал воинам идти на штурм. Но битва была безуспешной, и к рассвету шуские войска отступили.
Все это тоже было устроено по указанию Чжугэ Ляна. Он велел одному из своих воинов, похожему на Цзян Вэя, переодеться и разыграть всю эту историю. Ночью при свете факелов невозможно было различить, действительно ли это был Цзян Вэй, и Сяхоу Моу оказался введенным в заблуждение.
А тем временем Чжугэ Лян повел войско на штурм Цзисяня. В городе не хватало провианта, воины голодали. С городской стены Цзян Вэю хорошо было видно, как в лагерь Вэй Яня все время подвозят на лодках провиант, и он решил напасть на вражеский лагерь и захватить припасы. При появлении Цзян Вэя шуские воины побросали провиант и снаряжение и разбежались. Цзян Вэй захватил богатую добычу и собирался возвращаться в город, но отряд шуских войск под командованием Чжан И преградил ему путь.
Цзян Вэй и Чжан И вступили в поединок. Вскоре на помощь Чжан И подоспел отряд Ван Пина. Цзян Вэй отступил к городу, но на стене его уже развевались шуские знамена – город был занят Вэй Янем.
Тогда Цзян Вэй решил бежать в Тяньшуй. У него оставалось не более десятка воинов. В пути ему пришлось выдержать схватку с Чжан Бао. К Тяньшую Цзян Вэй добрался совсем один. Он закричал, чтоб открыли ворота. Охрана доложила о нем Ма Цзуню, и тот вскричал:
– Цзян Вэй обманом хочет заставить нас открыть ворота! Стреляйте в него!..
В Цзянь Вэя дождем посыпались стрелы. Он оглянулся – вражеских войск поблизости не было, тогда он помчался в Шангуй. Но и Лян Цянь, как только завидел Цзян Вэя, принялся осыпать его бранью.
– Злодей, бунтовщик! – кричал он. – Как ты смеешь морочить нас? Ты сдался врагу!
И здесь тоже в Цзян Вэя полетели стрелы. Он хотел поговорить с Лян Цянем, но это ему не удалось. Тогда он поднял лицо к небу, вздохнул, и из глаз его покатились слезы. Повернув коня, Цзян Вэй взял путь на Чанань. Вскоре он въехал в лес. Вдруг раздались громкие возгласы, и отряд войск во главе с Гуань Сином преградил ему дорогу.
Утомленный Цзян Вэй не мог драться и повернул обратно. Из-за горы навстречу ему выехала коляска, в которой сидел человек в шелковой повязке на голове, в одеянии из пуха аиста и с веером из перьев в руке. Цзян Вэй узнал Чжугэ Ляна.
– Почему вы не хотите сдаваться даже в такой тяжелый для вас момент? – окликнул его Чжугэ Лян.
Цзян Вэй подумал: «Впереди Чжугэ Лян, позади Гуань Син. Выхода у меня нет, придется сдаваться». И он сошел с коня. Чжугэ Лян подошел к нему, взял за руку и сказал:
– С тех пор как я покинул свою хижину в горах, мне не удавалось встретить человека, которому можно было бы доверить свои знания. И только сейчас, когда я встретил вас, желание мое исполнилось.
Цзян Вэй с благодарностью поклонился Чжугэ Ляну. Они вместе отправились в лагерь, где Чжугэ Лян попросил Цзян Вэя посоветовать, как захватить Тяньшуй и Шангуй.
– В Тяньшуе находятся мои лучшие друзья, Инь Шан и Лян Сюй, – сказал Цзян Вэй. – Я каждому напишу письма и на стрелах отправлю их в город. Если эти письма попадут в руки Сяхоу Моу, там начнутся раздоры, и мы легко овладеем городом.
Чжугэ Лян одобрил его предложение. Цзян Вэй сделал так, как сказал. Один из воинов подобрал его письма и передал Ма Цзуню, а тот в свою очередь передал их Сяхоу Моу и при этом сказал:
– Лян Сюй и Инь Шан связались с Цзян Вэем и хотят устроить против нас заговор. Неплохо было бы поскорее разделаться с ними.
– Убить их обоих! – вынес решение Сяхоу Моу.
Слух об этом дошел до Лян Сюя, и он сказал Инь Шану:
– Чем нам самим погибать, так лучше сдать город.
Ночью Сяхоу Моу несколько раз посылал за ними, но они не пришли, а открыли городские ворота и впустили шуское войско. Сяхоу Моу и Ма Цзунь едва успели вскочить на коней и через западные ворота бежали в сторону Цянчжуна.
Лян Сюй и Инь Шан вышли встречать Чжугэ Ляна. Наведя в городе порядок, Чжугэ Лян спросил совета у Лян Сюя и Инь Шана, каким образом можно взять Шангуй.
– Этот город обороняет мой родной брат Лян Цянь, – сказал Лян Сюй. – Если разрешите, я поговорю с ним.
Чжугэ Лян дал свое согласие.
Лян Сюй в тот же день отправился в Шангуй, вызвал Лян Цяня и уговорил его покориться Чжугэ Ляну. Чэн-сян оставил Лян Цяня на должности правителя Шангуя, а Лян Сюя щедро наградил. Затем Чжугэ Лян привел войско в готовность и собрался в дальнейший поход. Военачальники спрашивали у него:
– Почему вы, господин чэн-сян, не схватите Сяхоу Моу?
– Зачем мне ловить эту утку, если я поймал феникса Цзян Вэя? – ответил Чжугэ Лян.
После победы над тремя городами слава Чжугэ Ляна стала быстро возрастать. Все близкие и далекие округа и области без боя покорялись ему.
Чжугэ Лян во главе своего войска направился к горе Цишань. Когда они подошли к реке Вэйшуй, лазутчики сообщили об этом в Лоян.
В это время вэйский правитель Цао Жуй назвал новый период своего правления Тай-хэ [227 г.] – Великое согласие – и устроил торжественный прием чиновникам во дворце. Приближенный сановник подошел к Цао Жую и доложил:
– Государев зять Сяхоу Моу потерял три области и сам бежал к тангутам. Шуские войска направляются к Цишаню, передовые части их уже вышли на западный берег реки Вэйшуй. Просим вас, государь, немедленно выслать против них сильное войско.
– Кто сможет отбить нападение противника? – воскликнул встревоженный и перепуганный Цао Жуй.
– Думаю, что против врага следовало бы послать полководца Цао Чжэня, – произнес сы-ту Ван Лан. – Покойный государь возлагал на него все важные поручения, и Цао Чжэнь всегда выполнял их успешно. Пожалуйте ему звание да-ду-ду и прикажите разгромить неприятеля!
Цао Жуй так и поступил. Он вызвал к себе Цао Чжэня и сказал ему:
– Покойный государь оставил нас на ваше попечение. Так неужели вы можете спокойно смотреть на то, как шуские войска вторглись в Чжунъюань?
– При моих ничтожных способностях смогу ли я что-нибудь против этого сделать? – скромно произнес Цао Чжэнь.
– Вы верноподданный династии и не должны отказываться от выполнения своего долга, – вмешался Ван Лан. – Я человек без талантов, но все же готов, если мне разрешат, сопровождать вас в поход.
– Я не смею отказываться от повеления государя! – запротестовал Цао Чжэнь. – Мне нужен только умелый помощник.