У мертвых не спросишь

– Попробуй, – согласился я. – Но не вздумай увиливать от дела.
– Что за извращенный ум! – воскликнул Берни с фальшивым негодованием.
Через полчаса я оплатил счет и поднялся из-за стола.
– И не вляпайся в неприятности, – грозно предупредил я партнера.
– Вот еще! Если кто во что и вляпается, то это она. – Берни не отрывал глаз от рыжеволосой красавицы, на густо накрашенном кукольном личике которой застыло выражение скуки. – Всегда мечтал допросить с пристрастием танцовщицу.
Оставив его в самом лучезарном настроении, я отправился на поиски кабинета управляющего.
Управляющий, невысокий смуглый мужчина, представившийся Элом Вейманом, казалось, был искренне польщен визитом репортера «Криминальных фактов».
– Чем я могу вам помочь, мистер Слейден? – с приветливой улыбкой спросил он, пригласив меня присесть.
– Я пытаюсь выявить какие-нибудь неизвестные факты в деле Фэй Бенсон. Наше издание собирается опубликовать статью об этой истории.
– Надо сказать, вы взялись за непростую задачу. Девушка исчезла четырнадцать месяцев назад.
– Здесь есть определенные трудности, – согласился я, закуривая предложенную сигарету. – Но иногда по прошествии времени удается сделать больше, чем по горячим следам. Допустим, девушку заманили в западню с помощью какого-то грязного трюка. Парень, который это проделал, уже расслабился и считает, что он в полной безопасности. И вот представьте: когда он совсем уже решил, что ему все сошло с рук, приходит известие: расследование возобновили. Наверняка его охватит паника. Он засуетится, начнет делать ошибки, может даже выдать себя. Такое случается сплошь и рядом.
– Возможно, вы правы. И что требуется от меня?
– Нет ли у вас соображений, как девушка в таком экстравагантном наряде могла выйти из клуба незамеченной?
Вейман удрученно покачал головой:
– Я много думал об этом, и эта загадка до сих пор не дает мне покоя. Оба служебных входа охранялись, а в ресторане всегда толчется уйма народу.
– Не помните имена охранников?
– Джо Фармер стоял у входа для персонала, Пит Шульц – у входа в подвальное помещение.
– А у вас не закрадывалось подозрения, что кто-то из них лжет? Тогда у этого таинственного исчезновения очень простая разгадка. Полиция об этом не думала?
– О, это первое, что приходит в голову. Полицейские едва душу из охранников не вытрясли, но оба стояли насмерть: постов не покидали и девушку не видели.
– Так, говорите, оба чисты как стеклышко?
– Насчет Шульца у меня нет никаких сомнений. Да у него и алиби есть: как раз когда исчезла девушка, разгружали грузовик с пивом, и он крутился рядом. Водитель подтвердил, что видел его у входа.
– Значит, остается Фармер. У него свидетели имеются?
– Нет. Он вообще тогда сильно меня беспокоил. К выпивке парень пристрастился. Одно время повадился бегать во время дежурства в бар к Майку, через дорогу. Как-то раз я лично его там застукал. Предупредил: еще раз такое повторится – выгоню взашей.
– В ваших показаниях об этом ни слова, – заметил я.
– Понимаете, – Вейман смущенно улыбнулся, – не захотел впутывать парня в неприятности. Мы с ним поговорили перед приходом полиции, и он Христом Богом поклялся, что ноги его в баре в тот день не было.
– Однажды он уже попался и знал, что на этот раз ему спуску не будет. Да он бы чем угодно поклялся, – заметил я.
– Так прежде я бармена расспросил. Не появлялся Джо в баре. Я уверен, что он не соврал.
– А если соврал, то и загадки никакой нет: девушка покинула здание через служебный вход.
– Далеко бы она все равно не ушла. Кто-нибудь бы ее заметил.
– Совсем не обязательно. Если ее ждала машина, то скрыться ей не составило бы труда. Пожалуй, есть смысл потолковать с Фармером.
– Джо умер.
– Как умер? – Я растерянно уставился на Веймана. – Когда?
– Через два дня после того, как певица исчезла. Машина его сбила. Насмерть. Водителя так и не нашли.
– Что ж, ничего не поделаешь. – Я подавил вздох разочарования. – Эта ниточка оборвана. А мальчишка-посыльный все еще трудится у вас?
 
– Спенсер? Да, он по-прежнему у нас. Хотите с ним побеседовать?
– Это ведь он последним видел девушку?
– Он самый. Подождите здесь, мистер Слейден, я вам его пришлю. А у меня, извините, неотложные дела.
– Что вы думаете о Фэй Бенсон? – спросил я, дождавшись, пока управляющий поднимется из-за стола. – Вам не показалось, что она из тех девушек, которые – ну, вы понимаете – вечно притягивают к себе неприятности?
– Я бы так не сказал. Она была очаровательной девочкой, и ее номер имел успех. Она совсем не походила на девушек, с которыми мы обычно имеем дело. Держалась несколько особняком, да. Но всегда была дружелюбной и вела себя как подобает. Нет, она была не из тех, кто ищет неприятности.
– Она не говорила ни о ком из своего окружения – друзьях, близких? Может, упоминала, откуда родом?
– Она никогда о себе ничего не рассказывала. Мне нравились ее выступления. На сцене она определенно не была новичком. Чувствовались несколько лет практики за плечами. Всегда заметно, если артистка имеет опыт, и он у нее был.
– А у вас не закрадывалось мысли, что она от кого-то прячется? Ни друзей, ни переписки, о прошлом – молчок. Очень подозрительно, не находите? Хотя не смею вас больше задерживать. Может, разговор со Спенсером что-то прояснит.
Когда Спенсер, долговязый и тощий парень лет двадцати, ввалился в кабинет, я указал ему на стул. Он примостился на самом краешке и вытаращился на меня с благоговейным ужасом.
– Простите, – с придыханием спросил он, – вы тот самый Чет Слейден, который пишет для «Криминальных фактов»?
– Верно, – кивнул я. – Доводилось читать что-то из моих опусов?
– Доводилось? Разрази меня гром! Я зачитываюсь ими уже бездну лет! Вот что я скажу: они потрясающие!
– Мне и самому пришлось читать их не один год, так что у нас с тобой много общего. – Мои губы невольно растянулись в улыбке. – Слушай, сейчас я занимаюсь делом Фэй Бенсон и мне нужна твоя помощь. Как ты с ней ладил?
– Прекрасно ладил! Славной она была девчонкой, мистер Слейден. Никогда никаких хлопот не доставляла.
– Я задам тебе несколько вопросов, а ты, прежде чем отвечать, хорошенько подумай. Когда ты пришел за ней во второй раз, комната была в порядке? Не было никаких следов борьбы?
– Все было точь-в-точь как раньше, только без Фэй.
– Ты уверен, что перед этим именно она находилась в комнате?
– А то. Я постучал, она тут же откликнулась, ну, я открыл дверь и заглянул к ней. Она у зеркала прихорашивалась, уже в своем костюмчике для выступлений. Сказала, что сейчас выйдет. А, чуть не забыл, еще она сказала, что ждет звонка. Я объяснил, что телефон в вахтерке Джо и в случае чего он ее позовет.
– Ей должны были позвонить?
– Ага, она прямо места себе из-за этого не находила.
– И ей позвонили, ты не знаешь?
– Кажется, нет.
– Могу я осмотреть ее гримерку?
– Ой, только снаружи, мистер Слейден. Там сейчас девочка переодевается.
– Сойдет и снаружи.
Мы спустились по лестнице, прошли по длинному коридору, и Спенсер распахнул передо мной дверь в вестибюль, заваленный всяким хламом – пустыми ящиками, футлярами от музыкальных инструментов, светильниками немыслимых форм.
Дверь гримерки не натолкнула меня на новые мысли. Ничего примечательного не обнаружилось и вокруг, если не считать, что до служебного входа оказалось не больше пятнадцати ярдов, а комната охранника находилась за углом и от гримерки ее видно не было.
– Тебе доподлинно известно, что она не держала в комнате запасной одежды? Чтобы можно было сменить сценический костюм?
 
– Даже не сомневайтесь, мистер Слейден, ничего такого у нее не было. Убирать гримерки – моя обязанность, кому ж и знать, как не мне. Шкаф у нее стоял пустой, а никакого места для одежды, кроме как в шкафу, в гримерке и вовсе нет.
– Чертовщина какая-то.