Ночные тени (СИ)

Анна не переставая лила слёзы: то ей было жалко меня, я ведь столько пережила (как же она была права). То беспокоилась за судьбу моих компаньонок. То за несуществующих убиенных охранников. А Максимилиан — эта наглая бестия лишь удручённо качал головой в такт слезам расстроенной девушки. В этом дурдоме осталась лишь я здравомыслящей.
У графа Андрея тоже начала протекать крыша, он на меня смотрел с неприкрытым восхищением. В его глазах, очевидно, я была героиней рыцарского романа. Ну, или ему нравились красивые безмолвные куклы, кто разберёт предпочтения графов. Дела… А ведь я теперь не говорю, только улыбаюсь и рукой машу. И всё это благодаря Максу.
— Ой, — опомнилась Анна, вытерев все слёзы об камзол Максимилиана: оторвавшись от меня, она в страхе припала к мускулистой груди Макса. Я лишь по-доброму скрипела от такого зрелища зубами. А ведь я его ревную к другим женщинам, даже таким неказистым, как Анна. — Может, пойдём, погуляем? Нужно успокоиться, а то нервы совсем расшалились.
— Да, дорогая Анна, хотел показать своей невесте наши леса и сходить на озеро. Но она упала в обморок.
— Вы что, — проговорила Анна с гневом и возмущением, — ваша невеста упала в воду, а вы хотите её ещё больше расстроить? Графиня Лилия столько пережила ужасов, теперь неудивительно, что она упала в обморок! Ни в коем случае, никакого озера! — заявила девушка. Подумав несколько секунд, сообщила: — А вот по сосновому бору мы можем прогуляться. Хотя, это тоже плохая идея. Но гулять нам более негде, поэтому идём всё же в сосновый бор, с охраной. — Анна уже всё распланировала. Быстрая она, однако, на подъём. — Вы не будете против, Максимилиан, если графиня Лилия пойдёт с моим братом? Он безобидный. А мы с вами впереди будем идти. А сзади них — охрана из вашей дружины.
Макс чуть поморщился от такого предложения, с тоской посмотрел на меня и с угрозой на бедного графа Андрея. У того от страха затрясся третий подбородок. По моим наблюдениям, графу не хотелось никуда идти, но спорить с сестрой он не стал. Видимо, мужчина привык подчиняться женщинам. А мне оставалось лишь метать глазами молнии вслед удаляющейся парочки.
Макс всё время искоса поглядывал на нас, но через пару десятков метров ему это надоело и он, остановившись, пропустил нас с графом вперёд. Лучше бы я шла сзади: теперь я чувствовала на себе прожигающий взгляд в спину. У графини рот не закрывался, и она всё время увлечённо что-то рассказывала.
Я узнала о здоровье матушки и о здоровье всех, кого знала Анна. О том, что ей пришла в голову театральная постановка на основании моей истории. И будет потрясающе, если я сыграю главную роль безмолвной принцессы. Двух недель ей вполне хватит созвать гостей и написать небольшую пьесу. И что мы должны обязательно там быть, а иначе её ненаписанный ещё шедевр пойдёт корове под хвост.
В общем, к ужину у меня жутко разболелась голова и я, закатив глаза, упала в обморок. А если честно, то сил больше моих не было терпеть рядом с собой мужчину, который безустанно хрипел и охал. Потел и неприятно пах. И чем эти дуры его кормят? Мужика так откормили, что стал похожим на колобка с ножками.
Максимилиан на руках отнёс меня в спальню и остановил Анну, которая решила за мной ухаживать. Чтобы избавиться от неё, он даже пообещал ей, что мы посетим их поместье на следующей неделе, чтобы я смогла вникнуть в творческий процесс. Я тяжело вздохнула, но деваться было некуда, нужно вливаться в местное светское общество.
Интересно, почему Максимилиан её не загипнотизировал?
  
Глава 36 Ужин
 
Максимилиан
Лилия попросила остаться. Но мне нужно было, как радушному хозяину, покормить гостей и выпроводить их из поместья.
— Ты поспи, родная. А я через пару часов тебя разбужу. За тобой присмотрит Маргарита, тебе нельзя долго оставаться наедине со мной. Пойдут ненужные слухи. Нашему обществу дай лишь повод, так они и у мёртвого кости обмоют. Закрывай глазки, солнышко. Хорошо?
— Хорошо, — тяжело вздохнула принцесса. — Только когда придёшь, обязательно разбуди меня. Нам нужно поговорить, а то вечно что-то мешает.
— Договорились, милая. Как приду, разбужу тебя.
Не удержавшись, поцеловал её в губы. Хотел запомнить её вкус на своих устах. Поцелуй получился долгим и сладким. Руки Лилии обвили мою шею. Её упругая грудь тут же попала в плен моих проворных рук. Пальцы гладили через ткань набухшие ягодки сосков. Моя девочка, и только моя, порву любого за неё. Пусть только попробует кто-нибудь причинить ей вред. Самоубийце, посмевшему сделать это, попросту больше не жить.
Я хотел её всю без остатка. Прорычав, откинул подол платья, мой нос уткнулся в промежность. Полной грудью вдыхал её запах, он кружил мне голову. Сладкий аромат Лилии был сказочным. Когда принцесса возбуждалась, пахла по-другому, чем в обычное время.
Я наплевал бы на приличия и взял её тут же, и не посмотрел на то, что в доме были посторонние люди. Но на наше счастье, отрезвил стук в дверь. Поправив платье и отойдя в сторону от кровати, разрешил войти. Это была служанка, её прислала Анна. Видимо, я сильно задержался.
— Маргарита, побудешь с хозяйкой. Приготовь её ко сну. Графиня устала. Я же спущусь к гостям.
— Доброй ночи, моя хорошая, — обратился к своей принцессе. — Спокойных снов!
— Доброй ночи, Максимилиан. Извинитесь за меня перед графиней и графом. Мне очень жаль, что не смогу присутствовать на ужине.
— Я передам от вас извинения.
И более не медля, вышел за дверь. Облизал свои губы, всё ещё хранящие вкус самой сладкой женщины в мире.
Войдя в гостиную, застал Анну около книжного шкафа. Она изучала книги моего брата. Граф сидел в глубоком кресле у потрескивающего камина и медленно потягивал красное вино.
Я неприязненно скривился. Анна и её матушка крутили парнем как хотели. Маман вырастила бесхребетного маменькиного сыночка (мужчиной его невозможно было назвать) с сильным природным даром, про который он ничего не знал.
Покойный граф был при жизни охотником, но семью в свои тайны он так и не успел посвятить. Его разорвали пришлые оборотни. Анна была похожа на него, что характером, что необузданной энергией. Она была хоть и хрупкой девушкой, но со стержнем внутри.
Не успел войти, Анна тут же начала выспрашивать о здоровье графини.
— Не волнуйтесь. Это переутомление. Маргарита присмотрит за ней. Теперь она её компаньонка, других девушек в поместье нет. А ей я доверил бы жизнь графини.
— Да, бедняжка, она столько пережила, это уму непостижимо. Как ей повезло, что она осталась жива. И вы — благородный и любящий всем сердцем, нашли её на берегу. Скажите, Максимилиан, графиня получила титул, выйдя замуж?
— Как вы проницательны, Анна. Графиня Лилия вдова, её супруг погиб два года назад на охоте. Он был мужчиной в годах. Поэтому совместного потомства у них не было. Но у него есть сын, который возжелал сделать графиню своей супругой. Она спешно покинула Лондон. Мы обручены, и её сердце принадлежит только мне. Она не хотела быть рядом с пасынком. Но это не остановило бы Грегора. Он очень скверный человек, очень. Картёжник, балагур, пьяница и бабник. Простите за такие подробности. Я так рад, что она смогла вырваться из этого ада. Я всего этого не знал, только утром получил письмо. Знаете же, как работает наша доставка, — развёл я руками.
— Боже, какая трагическая судьба, — Анна прижала руки к груди. — Сколько бедной девушке пришлось пережить.
— Вы правы. Однако, пойдёмте ужинать. А то всё остынет. Вы планируете остаться или поедете домой к матушке? Как её самочувствие?
— Ой, пойдёмте. Действительно, уже поздно. Мы бы с радостью остались, но мама просила вернуться до полуночи. Звери нынче вышли на тропу. Стало неспокойно. Когда отец охотился, такого безобразия в этих местах не было. Бедный батюшка, — на глазах Анны выступили слёзы. Девушка всхлипнула.