Воинство болот

— Дворянская ассамблея и ваша коронация — единственное спасение, — сказал барон. — Войска будут уклоняться от боя и маневрировать в этом краю болотистых проток, саванн и джунглей. Если не приближаться к рекам, то мы сможем водить за нос силы Зеленого Круга неограниченное количество времени. В реках полно рыбы, в лесах — дичи, местное население вполне лояльно к нам относится. Мы дождемся вашего возвращения, и начнем войну с Нечистым всерьез.
Лучар повернулась к командору, который сидел на песке, разложив на коленях нарисованную от руки карту северной Флориды и водил по ней травинкой, что-то бормоча едва слышно себе под нос. Уловив скрытый вопрос, он кивнул головой:
— Все верно, принцесса. Сухопутных сил у Амибала недостаточно, чтобы выследить, окружить и вынудить нас принять бой. Особенно, если барон любезно согласится придерживать за штанишки излишне горячего маркиза.
— Об этой обязанности я никогда не забуду, — сказал Гайль. — Каждый день вашего отсутствия будет начинаться для меня с того, что я буду читать Герду нотации об осторожности и воинской хитрости.
Лучар резко повернулась к барону:
— Выходит, вы все уже за меня решили, не так ли? Когда же день моего отплытия?
— Не стоит так горячиться, принцесса, — Артив встал и продел руку в цветастый платок, перекинутый через шею. — Барон совершенно прав — нам необходимо искать дворян.
— Бросив войска на произвол судьбы точно так же, как аристократия Д’Алви бросила свой народ в тяжелый миг его истории?
Артив в этот миг поневоле залюбовался принцессой. В гневе она показалась ему особенно прекрасной.
— По правде сказать, вы и только вы представляете для войска реальную опасность.
— Объяснитесь, командор!
— Не только экспедиционный корпус не может причинить нам вреда. Столь же верно и обратное — мы не можем напасть на флот Нечистого или сколько-нибудь крупный отряд его войск, точно так же, как на крепость Мертвая Балка и Бухту Спрутов. Таким образом, в северной Флориде сложилась своего рода тупиковая ситуация. Но Черный Герцог и мастер С’лорн, исходя из ненависти лично к вам, или королевскому дому Д’Алви, могут продолжать попытки настичь и уничтожить войска. Когда же станет ясно, что вы исчезли, я уверен, он оставит нас в покое.
Барон Гайль говорил обычным для него нравоучительным тоном, но на этот раз он не вызвал в Лучар новой вспышки гнева.
Она задумалась и тяжело вздохнула, соглашаясь с ним.
— Пожалуй, в этом есть резон. А вы сможете организовать дело так, чтобы Нечистый узнал о моем отсутствии в лагере?
— Уж это я умею делать хорошо, — не без самодовольства сказал бывший начальник тайного сыска. — Через день-два после вашего ухода, принцесса, когда след остынет, по известному охотничьему выражению, Наместник Зеленого Круга будет знать, что терять солдат и лемутов в стычках с нами нет никакого смысла. Скорее всего, он начнет переговоры, или ограничится разведкой и беспокоящими наскоками на наши дозоры.
— А как я попаду в Южную Флориду, или куда там сбежали наши аристократы?
— Хозяин Бухты, пожелаем ему стойкости и мужества в застенках Нечистого, говорил, что с севера прибудет корабль с верным капитаном. Я знаю место прибытия и тайный знак. На нем вы и отправитесь в поход.
— А что за корабль? — Лучар смирилась с неизбежностью бегства и с тоской посмотрела в сторону крошечного лагеря своей армии, разбитого в укромной скалистой бухте.
— Барк «Морская Дева», принцесса. Хозяин утверждал, что лучшего торгового судна нет на всем Лантике.
Лучар встрепенулась, и быстро спросила:
— А не капитан ли Гимп командует на этом корабле?
Гайль удивленно воззрился на свою повелительницу.
— Любопытно… А откуда вам известно имя торговца?
— Да так, старый знакомый, знаете ли…
Принцесса погрузилась в воспоминания о тех временах, когда она, Иеро, Клоц и Горм плавали на посудине с именем «Морская Дева» по Внутреннему Морю. То было романтическое плавание — по пятам за ними гнались пираты, а рядом находился эливенер Альдо, находивший за них выход из самых тупиковых ситуаций.
 
В столкновении с секретными кораблями Нечистого, влекомыми колдовской силой и вооруженными молниями, «Дева» сгорела.
Наверное, капитан, заведя новое судно, уже на Лантике, дал ему имя прежней своей любимицы.
— Я согласна, барон, — принцесса двинулась в сторону лагеря. — Как я понимаю, командор отправляется вместе со мной?
— Именно так, принцесса, — Артив заковылял следом. Из-за холма вынырнули два Ревуна, и двинулись рядом, воинственно обводя глазами кустарник, где мог притаиться враг. — Ведь я тоже немало насолил Нечистому своим бегством и представляю для войска не меньшую угрозу, чем вы. Без нас храбрые му’аманы, стрелки и гвардейцы вздохнут свободнее. Да и маркиз Герд вызвал меня на дуэль и ждет, не дождется, когда заживет мой ушиб. Прибьет еще, не ровен час…
Принцесса покосилась на него, но не стала высказывать вслух свои сомнения относительно исхода возможного поединка.
Барон Гайль удовлетворенно потер ладони и поздравил себя с очередной маленькой победой. Он был совершенно уверен — на борту «Девы», где вместе окажутся командор и принцесса, выветрится остаток воспоминаний о северном варваре.
Пока командор и принцесса обедали в обществе остатков двора, барон тщательно отбирал спутников для предстоящего рейда вокруг полуострова. В небольшой отряд он включил и пятерку наемников, третьего дня дезертировавших из экспедиционных сил Нечистого.
«Эти будут верны командору, как Ревуны-телохранители, — решил барон.
Под вечер прибыл вестовой из бокового дозора и доложил, что в болотах замечено передвижение норок в ошейниках, да на горизонте показались и тут же скрылись полсотни верховых лемутов на собаках.
— Ничего, пусть следят. Пока мы ни от кого не прячемся, — сказал барон. Тут же ему пришлось отговаривать маркиза от идеи устроить засаду на Ревунов.
— Зачем нам трогать их разъезды и дозоры, Герд?
— Чтобы нанести врагу урон и доказать, что армия Д’Алви все еще сильна и дух наш несокрушим! Не понимаю, барон, отчего я должен объяснять вам очевидное!
— Гибель десятка-другого Псов Скорби Зеленый Круг переживет относительно безболезненно, а вот мы ни за что не сможем восполнить возможный урон. Никаких стычек, это приказ! Готовьтесь лучше к поединку, командор — опасный противник.
Герд поворчал, но действительно направился в ближайшую рощу и принялся осваивать тяжелую и неудобную алебарду. Именно на этом оружии решил с ним драться Артив, который имел право выбора, ибо был вызванным на дуэль.
— А почему, собственно, алебарда? — спросила принцесса. Артив улыбнулся и пожал плечами.
— Странное у вас чувство юмора, командор.
— Вначале я обдумывал идею дуэли на катапультах, но отверг ее, кстати говоря. Так что я не столь уж масштабно мыслю, как, например, вы, барон.
— Что вы имеете ввиду?
— Да нет, ничего особенного. Просто мысли вслух.
Хопперы вынесли небольшую группу всадников на одинокую косу и замерли, шевеля ушами в полном соленых брызг воздухе. Ревуны несколько поотстали, ибо неслись за скачущими на своих корявых лапах, не очень приспособленных для бега на дальние дистанции.
«Стоило сбежать с тремя Псами Скорби, — посетовал с опозданием Артив, но потом покачал головой: лишенный магических способностей, он вряд ли смог бы управлять лемутами. Бабуины увязались за ним из чистой привязанности, а гигантских собак командор всегда недолюбливал и ни с одной из них не водил дружбы.
Все слова были сказаны, все распоряжения отданы, и барон, Артив, принцесса, маркиз и командир му’аманов молчали, вглядываясь в стройные очертания приближающегося к берегу корабля.
 
Трехмачтовое судно своими плавными обводами напоминало скользящего по волнам морского змея.
По сравнению с этой красавицей, подумала Лучар, старая «Морская Дева», некогда показавшаяся принцессе верхом красоты, выглядела бы плавучим корытом.