Короли пепла

–Мы демоны,– сказал Рока на диалекте Шри-Кона,– присланные из ада за вашим хозяином.– Из своей Рощи он достал широкий круглый щит, взметнув искры из невидимого горна.– Бегите,– он указал мечом,– или умрите.
Глаза гвардейцев расширились, и некоторые из них переглянулись. Одним богам известно, что они подумали об этом враге – но, к их великой чести и отваге, они не дрогнули. Принц, стоявший позади, убежал.
–Вперед!– прорычал Рока по-аскомски, затем первым двинулся через узкий коридор. Он воздел щит и без предупреждения атаковал, обрушив свое тело и весь свой вес против первой преграды у себя на пути.
Трое гвардейцев попытались задержать его. Два из их щитов ударились о его собственный, а затем упали, когда Рока ворвался в комнату. Мужчины позади пришли в себя и набросились; Рока, не теряя инерции, кружился и махал мечом. Он услышал, как зазвенел клинок о его бок, о бедро, затем еще один – о плечо. Сквозь кольчугу и подкладку он едва ощутил удары.
Его люди с криками последовали за ним, дико рубя, чтобы добраться до него, атакуя щитами и расшвыривая стражей, чтобы суметь проникнуть внутрь. Как только один гвардеец пал, все остальные отступили и защищались, ретируясь все дальше и дальше, пока не переместились почти к гобеленам. Люди пепла продолжали наступать.
Рока просто ждал, теперь с любопытством, следя за выражением глаз халинских стражей, когда десять, а затем двадцать гигантов заполнили комнату. Когда входил каждый новый воин, гвардейцы отступали все дальше и дальше, пока не оказались у самой стены с роскошными коврами и зарешеченными окнами позади. Рока видел их ужас, медленное осознание своего меньшинства.
Из другого коридора раздались крики, и прибежало еще больше островитян вместе с тем самым принцем. Фольвар зарычал, повернувшись к ним, а его собственный отряд выстроился вплотную за ним. На миг показалось, что стороны почти сравнялись в численности; оба «войска» присматривались друг к другу, словно решая, кто одержит верх. Но это была иллюзия.
Воины Роки были натасканы невзгодами; они сумели выжить, в то время как столь многие до них пали. Это были убийцы и фанатики – отчаянные люди, которым нечего терять. И теперь, обуянные жаждой насилия, они лишь воззвали к своим богам, чтобы те смотрели, как они убивают или умирают, с верой, что награда ждет лишь храбрых. Они атаковали безбоязненно.
Деревянные щиты раскололись, а бамбуковые копья задрожали и треснули, когда железо явило свою силу. Храбрейшие островитяне умерли первыми, порубленные на куски – застряв между плотью и камнем, лишившись путей к бегству. Мужчины позади них удрали.
Среди этих Рока увидел королевича и, оставив Фольвара добивать уцелевших, бросился в погоню. Беги, беги, маленький принц, думал он, покажи мне, где прячется твой отец.
Сбросив шлем, дабы отчетливей слышать шаги, он промчался по серым коридорам, затем вверх на несколько лестничных пролетов. Даже в своих латах он, скорее всего, догнал бы принца, но подстроился под его темп, ибо старался лишь следовать за ним.
Эшен и еще двое мужчин догнали Року, хотя многие, вероятно, разбрелись и заблудились. Теперь это не имело особого значения. Крепость будет зачищена, и весьма скоро настанет время собрать рабов и добычу и вернуться на корабли. Фарахи, очевидно, преуспел в отвлечении халинских солдат. Рока предположил, что день будет удачным.
Продолжив погоню, он осознал, что размеры окон и высота этажей уменьшаются и что он почти достиг вершины форта. Он ускорил шаг – и заметил принца, который остановился у широких, открытых железных дверей, чтобы оглянуться.
–Сюда, мой принц!– крикнул чей-то голос изнутри. Королевич повернулся, чтобы удрать – и тут возникшие словно из ниоткуда пальцы схватили его за руки.
Из единственного сумрачного угла коридора, возле гобелена, выступил Арун и оттащил завопившего принца в угол. Рока подбежал и бросился к железным дверям, но люди внутри закричали и захлопнули их.
–С ним десять гвардейцев,– сказал Арун, медленно выдавливая воздух из горла принца и крепко держа его.
Рока изучил стены комнаты и вскоре понял, что они сложены из толстого, цельного камня. Взломать эти двери будет практически невозможно: их спроектировали как последнюю преграду, чтоб выиграть время. Трунг и остальная его родня определенно внутри.
Букаяг заорал и, схватив из Рощи брата молот, стал бесполезно колотить о дверь, ударяя снова и снова, задыхаясь от ярости.
Мы найдем способ, мой брат. Спокойно. Я размышляю.
Букаяг уронил молот и прислонился к стене, как обидчивый ребенок.
–Торговаться за своего сына Трунг не станет,– прорычал он.
Да, я это знаю.
Рока задался вопросом: анет ли у островного царя какого-нибудь тайного хода и не убегает ли тот прямо сейчас куда-то в недра своей крепости? Конечно, именно так поступил бы Фарахи, но этот король самонадеян и спесив. Он явно не планирует бежать.
Нет, он сидит за своей железной дверью и надеется, что его люди вернутся и спасут его прежде, чем Рока проникнет внутрь… Он подумал о зверствах этого человека, об учиненных им пытках, о его непригодности быть лидером и королем – и мысль о том, чтобы сохранить ему жизнь, вновь почти взбесила Букаяга. Но Рока повторял эту идею снова и снова, зная, что такого короля наверняка презирают многие слуги. В особенности честные.
Он выглянул в окно и увидел нескольких из них на башне. Зная, что его слова будут услышаны внутри, он повысил голос.
–Один из вас – капитан гвардии Трунга. Ты меня помнишь. Мы стояли вместе в яме, ты и я. Ты сдержал свое слово, а я свое.– Он не услышал ответа, но попытка ничего ему не стоила.– Теперь ты в капкане, друг мой, как и я когда-то. Уже скоро эта дверь будет выбита. Твой выбор таков: открой ее, и я пощажу тебя и всех твоих людей. Или жди – и умри вместе с Трунгом.
Арун посмотрел на него так, словно Рока зря тратил время, и, возможно, так и было. Затем Рока задумался, не сможет ли он попытаться забрать дверь или часть камня в свою Рощу, хотя и не создавал их. Это казалось рискованным, но он уже собирался попробовать, когда услышал голоса с башни. Они зазвучали громче, становясь все более и более возбужденными.
За голосами последовали звон железа и крики; металл со скрипучим содроганием щелкнул о камень, и огромные створки медленно разошлись. В дверном проеме стоял «Кэптин»– единственный человек в этом аду, который отнесся к Роке с уважением. С его бледного лица капал пот. Он посмотрел на доспехи Роки и на людей позади него с абсолютным, неприкрытым ужасом и попятился.
Рока один вошел в комнату. Люди капитана нацелили копья на Трунга, а также трех принцев, четырех дочерей и не меньше десяти других родственников.
–Этих воинов не трогать!– крикнул Рока по-аскомски своим людям.– Эшен, ты сопроводишь их из дворца. Проследи, чтобы другие наши воины их не убили. Они под моей защитой. Понял?
–Да, господин.