"Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Бежим! — Ксоко добила женщину и дернула меня за руку.
— Подожди, лутанем. — Времени на тщательный осмотр трупов не было, но я все равно успел подобрать немного серебра и пару свитков с кислотными сгустками.
Оказалось, что «бежим» — это очень громко сказано, скорее крадемся от дома к дому, от костра к костру. Центральные ворота пали, и звуки боя были повсюду. Дважды мы натыкались на Иллюминатов, но, к счастью для нас, оба раза в момент лутания местных жителей. Нет ничего сложного в том, чтобы рубануть по шее человека, склонившегося над телом убитого. Но еще чаще мы отсиживались в тени уцелевших домов, пропуская группы наемников.
Повсюду валялись тела местных и нападавших, но первых было намного больше. Я не помнил имена всех убитых жителей городка — кого-то я до этого вылечил, у кого-то учился, а с кем-то просто здоровался каждое утро. В одной из улочек мы нашли тело шамана. Безобидному деду отрубили руки и загнали в глаз его же собственную трубку. На секунду-другую я задерживался возле каждого погибшего НПС — мысленно желал им лучшего в следующей жизни и пополнял копилку моих претензий к Хранителям.
У стелы возрождения Вождь сражался сразу против десятка скелетов. Бок о бок с ним дрался дух-защитник деревни, здоровенный волчара. Это была, по сути, последняя линия обороны — если погибнет волк, нападавшие активируют стелу, и клан Хранителей станет владельцем поселения.
Вождь еле стоял на ногах. Полоска жизни сдвинулась в красный сектор, броню покрывали трещины, а отростки темной материи, которые он использовал вместо мечей, мерцали, периодически теряя форму. Он развалил очередную партию скелетов, подозвал волка и нетвердой походкой двинулся к Алисе, которая была в числе нападавших. Но та лишь засмеялась, произнесла заклинание, создав вокруг себя костяной защитный купол, и небрежно махнула рукой в сторону Вождя. Сначала ничего не произошло, я даже подумал, что колдовство не сработало. Но рядом охнула Ксоко, и мы увидели, как из темноты за спиной Алисы медленно выходят четыре механических носорога. Нагнув рог к земле, один бросился на Вождя, остальные на волка.
Я дернулся к ним, но Ксоко удержала меня.
«Нет, не надо», — беззвучно прошептала она.
«Я должен».
«Вождю сейчас не помочь. А если ты умрешь, то не помочь никогда».
«Надо хотя бы увести их отсюда. Я отвлеку, собери кого сможешь, и встретимся на болотах».
Я смотрел в зеленые глаза Ксоко — продукт цифрового кода и фантазии какого-то гейм-дизайнера — и думал: если бы кто-нибудь еще месяц назад сказал мне, что я буду тесно общаться с девушкой-НПС и без слов понимать ее, то я бы рассмеялся.
Когда она скрылась в темноте, Вождь уже упал. Я выскочил из-за дома с криком: «Алиса, миелофон у меня!» Не дожидаясь ответа, сделал несколько выстрелов и бросился в темный переулок. Обернувшись на бегу, увидел, как удивленная Алиса направила в мою сторону мехрогов, и пытался понять, откуда во мне родилась эта фраза. Где же все-таки настоящий я, а где результаты стараний «академиков» и Эйпа?
Додумать я не успел, подгоняемый лязгом и топотом. Перепрыгивая через тела и горящие обломки, я несся к воротам. За ними виднелся небольшой участок равнины, а дальше — лес и болото. Сейчас я хотел сделать ставку на выносливость, скорость и маскировку. Я знал, где трясина, а где гнезда особо опасных тварей. Мы с Ксоко там все излазили, а вот Хранители знать этого не могли.
Но сначала надо было вырваться из поселка. Я петлял, уворачиваясь от стрел, огненных шаров и другой разноцветной гадости, которую в меня посылали Иллюминаты. Периодически оборачивался, рассчитывая траекторию полета снарядов, и пытался разглядеть, что творится у меня за спиной. Я увидел, как Вождь ушел на перерождение, но дух волка был еще жив. Туземцы перегруппировались и оттеснили от него остатки отряда Алисы, бо́льшая часть которого бросилась в погоню за мной.
Я выбежал за ворота и оглянулся еще раз. Несколько наемников-фелиморфов на своих длинных и гибких лапах вырвались вперед, обогнав и медленных мехрогов, и Иллюминатов, предпочитавших дальний бой. Фелиморфы— раса человекоподобных кошек, этакий привет каджитам от разработчиков Эфира. Этих сильных и быстрых существ со львиной, тигриной или леопардовой головами, мощными хвостами и когтистыми лапами любили отыгрывать воры и убийцы. А до момента, когда Орда отомстила Клику за убийство Уокера, вообще был бум интереса к этой расе. Популярнее тогда были только каниморфы — раса собакообразных (опять же привет воргенам). Этих брали все, кто рвался стать наемником в гильдии бойцов, — скорость меньше, зато сила на порядок выше…
 
Из ворот выбежали трое кошачьих. Еще двое просто запрыгнули сначала на стену, а потом сиганули через ров. Все были меньше сотого уровня, не успели еще прокачаться — заказов на Авроре пока маловато. Но я знал, что меня они догнать смогут, даже моя выносливость не спасет. Поэтому остановился и приготовился их встречать.
Бой я начал с навыков охотника на монстров. На пути к преследователям стали появляться небольшие волчьи ямы, капканы и силки. Большинство оказались бесполезны, но я лепил их без разбора, на грани перезарядки умения, и штук пять все-таки сработали.
Первый фелиморф по колено провалился в яму с острыми колышками на дне, споткнулся, ломая на скорости лапу, и рухнул мордой прямо в открытый капкан. Еще двое попали в силки. Мой собственный рецепт: стандартная охотничья основа, плюс опыленные порошком приона мифриловые колючки. Урон они давали небольшой, но продолжительный, — колючки сдвигались, ломая лапы и сухожилия.
Упавших и воющих от боли кошек я добивал точными выстрелами из «оскала квинканы», опасаясь только случайно задеть взбешенного Ку-Кулька. Минус три, а мне прилетел опыт. Оставшиеся двое переглянулись и замедлились. Стали обходить меня, поглядывая на землю и аккуратно переставляя лапы.
Против этих я применил способность, которой научился у местных шахтеров. В благодарность за лечение те подарили мне мифриловый шар и основу под татуировку. Шахтеры называли этот метод «попрыгун-отбойник» и использовали его для дробления породы. А вики Эфира опознала шарик и мою новую татуировку в виде черного круга в центре правой ладони как «темный кулак обезьяны».
Я раскрыл ладонь, и над ней, шипя и плюясь темной пылью, из инвентаря материализовался мифриловый шар размером с мячик для сквоша. Сейчас он был практически гладким, но на следующих уровнях мог менять форму, обрастать шипами и впитывать дополнительные электрические или морозные эффекты. Я взмахнул рукой и стал вращать ею над головой, словно раскручивая шар на невидимом тросе. На одном из витков я махнул рукой в сторону кошек. Шар, будто из пращи, полетел в голову первого нападавшего, но тот увернулся. Повинуясь движениям моей кисти, шар, будто отскочив от невидимой стены, полетел в другого — впечатался прямо в лоб, сбивая треть полоски жизни, и отскочил к первому.
Следом подскочил я, переходя в ближний бой, и, как свинцовой гирькой на веревочке, стал наносить удары. Я думаю, кошаку было больно. Я надеюсь, что ему было больно. Пока один отходил от оглушения, шар перебил обе лапы второму, сломал челюсть и пробил голову в трех местах. А я уже опять раскручивал свое оружие, разрывая дистанцию с последним котом. Перевел шар в автономный режим, отправив его летать вокруг меня, и пока кошак следил за ним, я выхватил винтовку и выстрелил врагу в морду.
Мехроги, появившиеся в воротах, взвыли при виде меня, а несколько каниморфов издали лающий боевой рев, но я уже бежал в сторону леса. Я рисковал, но не пытался сразу оторваться — хотелось увести за собой как можно больше врагов, давая шанс Алабаме. Водил их по болоту, периодически устраивал маленькие засады, а как только меня теряли, нападал сам и сразу же отскакивал. В общем, всеми силами тянул время. Если Эфир воспринял атаку на поселок как захват замка, то Вождь возродится только через шесть часов, если нет — через три.
Да и, честно говоря, я не знал, куда бежать. Измотать всю погоню и рыцарем на белом коне вернуться в городок было бы за гранью фантастики. Спасибо Эфиру уже за то, что я до сих пор живой. Возвращаться в Уасиока было глупо, там наверняка засада еще похлеще, чем здесь.