Рождественский поцелуй
– Черт бы тебя побрал, Оуклиф.
– Кто тебя нанял для убийства леди Реджины? – сквозь зубы процедил Даффин.
– Я скорее сгорю в аду, чем скажу тебе, – ответил Ноулз, и в его глазах вспыхнул мятежный блеск.
Даффин схватил его за горло и сжал пальцы.
– Кто. Тебя. Нанял.
– А ты как думаешь? – прохрипел Ноулз, тщетно пытаясь убрать руку Даффина с шеи.
– Без сомнения какой нибудь подонок. Но мне нужно имя.
В глазах Ноулза промелькнул страх, и он с трудом произнес:
– Имя не пощадит меня, верно?
Даффин сжал пальцы сильнее.
Несмотря на отсутствие кислорода, Ноулз умудрился отвратительно ухмыльнуться.
– Собираешься убить меня, да? Ты убийца. Такой же, как я. Я пытался сказать твоей очаровательной леди Реджине, что мы сделаны из одного теста, но она не пожелала слушать. И очень жаль. Бедняжка. Сдается мне, она в тебя влюбилась. Только вот не могу взять в толк, почему.
Даффин заскрежетал зубами.
– Мы не из одного теста, Ноулз.
– Если убьешь меня, мы станем равны.
– Лицо Ноулза из красного стало почти лиловым, и Оуклиф слегка ослабил хватку.
– Назови имя, и я тебя пощажу.
– Обещаешь? – хрипло спросил Ноулз, в глазах которого промелькнула надежда.
– Да, – процедил Даффин.
Ноулз некоторое время кашлял, согнувшись в три погибели, а потом снова посмотрел на Даффина.
– Я тебе верю, Оуклиф. Или мне стоит называть тебя Портлендом?
Даффин снова пригвоздил его к стене.
– Черт бы тебя побрал. Назови имя!
– Миллингем, – с трудом вымолвил Ноулз. – Леди Розалинд Миллингем.
– Кто? – нарушил молчание Марк, все это время охранявший дверь на случай, если Ноулз вздумает сбежать.
Даффин отпустил негодяя, и тот упал на кровать и снова закашлялся.
– Почему она тебя наняла? – спросил Оуклиф. Ему это имя тоже было неизвестно.
Ноулзу потребовалось несколько минут, чтобы восстановить дыхание, прежде чем он зло посмотрел на мужчин.
– Очевидно, леди Розалинд неровно дышит к будущему жениху леди Реджины графу Драйдену.
– О чем, черт возьми, ты говоришь? – покачал головой Даффин.
Ноулз осклабился, обнажив гнилые зубы.
– Леди Розалинд сохла по Драйдену на протяжении пяти сезонов, в то время как графа интересовала только леди Реджина, да земли, которые дали бы за ней в приданое.
– Но это бессмысленно, – прорычал Даффин. – Смерть Реджины не гарантирует брака Драйдена с леди Розалинд.
Ноулз пожал плечами.
– Возможно, миледи хотела рискнуть. Она не раз говорила мне, что только леди Реджина и ее проклятые земли стоят между нею и Драйденом. Долгое время она отвергала другие предложения и дожидалась внимания графа, зная, что леди Реджина не собирается принимать его предложение. Но недавно герцог Колчестер дал графу понять, что свадьба в конце концов может состояться.
– Это безумие. – Даффину ужасно хотелось придушить и Ноулза, и леди Розалинд. Охваченный яростью, он все же заставил себя сделать шаг назад.
– Когда она тебя наняла? – спросил Гримальди.
– Чуть больше месяца назад, но я решил дождаться Рождества, чтобы похитить леди Реджину, а тем временем славно поиграл со всеми вами. Вы ничуть не лучше меня, Портленд. Не забывайте об этом.
– Мое имя не Портленд, – сквозь зубы процедил Даффин.
Ноулз покачал головой.
– Никогда не понимал, почему вы не хотите заявить свои права, имея такого богатого и влиятельного отца. Это лишь доказывает, какой вы идиот.
– Кто идиот? – Даффин пнул кровать с такой силой, что она ударилась о стену. – Я не собирался тебя убивать, но ты только что во всем признался. Ты отправишься в тюрьму, и я лично позабочусь о том, чтобы ты никогда оттуда не вышел. Когда же ты умрешь, я лично сожгу твои кости.
– И сам сгоришь в аду, Оуклиф, – рявкнул Ноулз.
Даффин схватил негодяя и защелкнул наручники на его запястьях.
– Нет. Это случится с тобой. Ты никогда больше не сделаешь больно женщине, которую я люблю.
– Возможно, – ответил тот. – Но я все же подстраховался.
– Каким образом? – прищурившись, спросил Даффин.
– Г. Дж. Хэнкок, – ухмыльнулся Ноулз.
Даффин уставился на него.
– Репортер? Из газеты?
– Он самый. Он расспрашивал о вас на протяжении многих месяцев, копался в вашем прошлом, не пропускал ни одной крупицы информации. У одного из моих приятелей хранится письмо, написанное мною мистер Хэнкоку, в котором изложено все о том, кто вы такой на самом деле, Портленд.
Даффину потребовалась вся его выдержка, чтобы не свернуть Ноулзу шею.
– Для чего?
– Если я не свяжусь с приятелем до захода солнца, он отправит это письмо репортеру, и в завтрашних утренних газетах появится информация о вас. Все узнают, что ваша мать была шлюхой, а вы сам – бастард без роду и имени. Если только, вы не захотите меня освободить.
Глава 44На следующее утро экипаж Оуклифа остановился перед домом лорда Миллингема в Мейфэре. Даффина и Марка проводили в бежевую гостиную, где они прождали почти час, прежде чем отец леди Розалинд соизволил их принять.
– Мистер Оуклиф, прошу прощения за задержку, я читал о вас, – произнес хозяин дома, появившись в гостиной и бросив на стол утреннюю газету.
В глаза Даффину бросился кричащий заголовок. «Известный сыщик является сыном герцога Портленда».
– Чему обязан удовольствием видеть в своем доме незаконнорожденного сына герцога? – с фальшивой улыбкой спросил лорд Миллингем.
– Осторожнее, – предостерег Гримальди.
Даффин схватил газету и быстро пробежал глазами статью, в которой говорилось, что Даффин Оуклиф, знаменитый сыщик с Боу стрит, на самом деле является Даффином Портлендом, незаконнорожденным сыном герцога Портленда и его любовницы – известной в высшем свете куртизанки Мари Дюбуа, урожденной Салли Оуклиф.
Все это было правдой. Ноулз не блефовал, но Даффин сделал свой выбор и теперь будет пожинать плоды. Не желая вести переговоры с таким отбросом общества, как Куинтон Ноулз, он поставил крест на своей репутации.
– Лорд Коулфорд, – обратился Миллингем к Гримальди, – может, вы хотите объяснить причину своего визита.
– Мы пришли поговорить с вашей дочерью, леди Розалинд, – ответил Марк. – У нас есть основания полагать, что она имеет отношение к недавнему похищению леди Реджины Хевершем.