Бумеранг вернулся (СИ)

— Не успел почистить, — предупредил я.
Масло у меня было, но Джон Фаулер спешил на работу.
— Откуда они у тебя? — поинтересовался первый сержант, взяв пулемет.
— Отобрал в Линкольне, Небраска, у тех, кто не умел ими пользоваться, — ответил я.
— Уверен, что они были не против! — ухмыльнувшись, произнес он.
— Ты прав, сержант, — улыбнувшись в ответ, согласился я.
Закончив осмотр, он сказал:
— Заберем всё, как бывшее в употреблении. Цена по прейскуранту, установленному отделом снабжения: за пулемет семьдесят пять новых долларов, винтовки по сорок, патроны двести двадцать третьего калибра (пять и пятьдесят шесть длиной сорок пять миллиметров) — по двадцать центов штука, триста восьмого (семь и шестьдесят два длиной пятьдесят один миллиметр) — двадцать пять.
Я согласился — торг с отделом снабжения бессмыслен — и спросил:
— А новые патроны в полиэтиленовой упаковке двести двадцать третьего калибра почем?
— По тридцать центов, — ответил первый сержант. — Много их у тебя?
— Могу продать ящика три-четыре по девятьсот в каждом, — ответил я.
— Заберем всё, сколько привезешь, — заверил он.
Мы нагрузились оружием и боеприпасами, понесли их в магазин.
— Ты из Линкольна приехал? — полюбопытствовал по пути первый сержант.
— Из Нью-Йорка, — проинформировал я.
— Из самого Нью-Йорка⁈ — удивился он. — Что там сейчас творится?
— То, что ты подумал, и даже хуже, — сказал я.
— Ничего, скоро мы и туда доберемся, наведем порядок, — уверенно произнес первый сержант.
Дай-то бог нашему теленку волка съесть. Хотя организованная структура в длинную побеждает любой хаос, сводя его к минимуму. Как по мне, чем дольше они будут воевать между собой, там спокойнее будет во всем остальном мире.
В своем кабинете первый сержант переписал номера винтовок и пулемета, пересчитал патроны, занес данные в компьютер, который выдал общую сумму — пяьсот одиннадцать долларов.
— Можешь отовариться у нас или…. — он запнулся. — Как догадываюсь, пластиковой карты нашего банка у тебя нет? Можешь получить ее в отделении на углу бульвара Хайденс и Второй западной авеню. Я передам им общую сумму.
— Было бы неплохо, — согласился я и назвался Александром Вудвордом.
— Жду тебя завтра с патронами и в любой день с любым армейским оружием и техникой, — улыбнувшись, как сообщнику, сказал на прощанье первый сержант.
— Жаль, не знал раньше! Пригнал бы вам бронированную ремонтно-эвакуационную машину, — почти шутливо произнес я.
— Да хоть танк или вертолет! Возьмем все! — в тон мне заверил он.
«Голубой федеральный кредитный союз» — это не обычный банк, а кооператив вкладчиков, который помогает в первую очередь членам союза и во вторую (или наоборот?) выдает кредиты всем остальным. До Второй гражданской войны он действовал только в штатах Вайоминге и Колорадо и ориентировался в первую очередь на военнослужащих. По мере зачистки территорий охват расширился еще на девять штатов. Поскольку остальные банки почти все закрылись или сузились до одного-двух округов в виду превращения старых долларов в разрисованные фантики, «Голубой» стал самым крупным, несмотря на то, что к «голубым» отношение изменилось на прямо противоположное. Членство в нем стоило пять новых долларов. После этого получаешь более высокий процент по вкладу и через полгода членства скидку на кредит. Это мне рассказала милая рыженькая девушка в форме рядового армии США, которая служила менеджером в отделении и являлась членом кооператива.
Меня она встретила словами:
— А-а, ты тот самый ганхантер (охотник за оружием), о котором сообщил сержант Доулз⁈ Обожаю рисковых мужчин!
Никаких документов от меня не потребовали. Забили в базу данные, которые я сообщил, и кодовое слово на всякий случай, после чего распечатали договор на шести страницах. Я подписал их, не читая, и стал полноправным членом «Голубого федерального кредитного союза».
— Сейчас же закажу пластиковую карту для тебя. Ее доставят завтра утром. Приезжай к полудню, уже точно будет, — пообещала рыженькая любительница отморозков.
 
Вот тут-то до меня и дошло, что совершенно случайно надыбал золотую жилу, пусть и очень рисованную. Пока будет идти война, я смогу сколотить приличное состояние. Кто победит, догадаться не трудно. Значит, принятая ими денежная система и станет общенациональной или на лучших правах впишется в любую другую новую. Со временем эти деньги станут конвертируемыми. Если не захочу ждать так долго, куплю что-нибудь очень ценное, вывезу в ту же Россию и перепродам, получив хороший стартовый капитал. Это будет намного лучше, чем припереться туда голодранцем без документов.
23
Ночью учебный центр на окраине Линкольна выглядел совершенно по-другому, более мирным, что ли. Можно было подумать, что все корпуса пусты, но я видел, как из базы выходила смена караула, три азиата, вооруженные штурмовыми винтовками «М16», а потом туда отправилась троица, которую они сменили. Наблюдал за ними через бинокль с чердака здания по аренде грузовиков «Пенске». Смена караула, который стал больше на одного человека, прошла в семь часов вечера, а потом в одиннадцать. Значит, у меня время до трех ночи. За светлое время суток по автостраде проехал всего один грузовик и два пикапа. Все три машины притормаживали перед блокпостом, но не останавливались, водители не выходили и ничего не отдавали. Наверное, постоянные клиенты на абонентской оплате или члены банды.
Выдвинулся я в час ночи, которая выдалась душной и наполненной комарами. Зашел через пролом в стене и направился не к главному входу центрального корпуса, а к одному из оконных проемов на первом этаже. Стеклопакет выковыряли полностью и унесли. Почему взяли только один, не знаю. Может, грабители нашли более ценную добычу или сами стали жертвами коллег.
В здании было тихо. В длинном коридоре, ведущем к главному входу, стоял сильный запах соевого соуса. У меня даже рот наполнился слюной, хотя не являюсь большим поклонником этой приправы. Бесшумно смещаясь вдоль стены, правой, если смотреть со стороны входа, приблизился к комнате, где в предыдущий мой визит была лежка караула. Вооружен я пистолетом «кольт», одолженным у Джейн. На нем новый глушитель, который купил в оружейном магазине в Шайенне. Ни оружия, ни боеприпасов, ни пороха в продаже не было, но всякие прибамбасы, не нужные военным, имелись. В черной пластиковой сумочке, прикрепленной к кожаному ремню справа, две гранаты, а в ножнах слева новый охотничий нож. Остальное оружие оставил в машине, спрятанной в лесополосе на подъезде к городу. Ее охраняет Локи. По крайней мере, я надеюсь, что он на боевом посту, а не побежал вслед за какой-нибудь сучкой. Бродячих собак здесь очень много. Рыскают стаями по десять-пятнадцать особей в поисках добычи.
Перед входом в комнату, где спали на матрацах гангстеры, стояли парами шлепанцы. Наверное, они не из первого поколения эмигрантов, но традиции родины не забыли. Дверь открыта. Внутри слева от входа прислоненные к стене винтовки, а в углу лежат рюкзаки. На матрасах, положенных на полу, спят одетые гангстеры. Наверное, чтобы комары кусали в строго отведенных местах. Семь человек — еще два наряда и старший блокпоста. Я начал с крайнего слева, ближнего к винтовкам. Свернутый калачиком, гангстер выглядел безобидным подростком. Взял в руки оружие — готовься к смерти. Проснулся он от первого моего толчка и умер тихо и быстро. Остальные шестеро тоже не долго дергались. Разделавшись с последним, тщательно вытер нож о матрац, спрятал в ножны. Взамен достал из кармана фонарик, обшмонал трупы и рюкзаки. В тот, что выглядел получше, черный с розовыми «молниями» и помпончиком, прикрепленным к бегунку главной, сложил ценные трофеи: патроны в магазинах и россыпью, гранаты, два маленьких полиэтиленовых пакетика с табаком, смешанным, судя по сытному аромату, с «дурью», и семь больших с нарезанным, «чистым» табаком, золотые и серебряные цепочки, кольца, сережки, причем с одного «петушка» снял сразу две разной формы и цвета камешков, пока не знаю, драгоценных или не очень,