ИЧЖ— 9 (СИ)

Назгул нежно поглаживал развалившегося на его руках котенка. Вместо ожидаемого: «легко!», он качнул головой:
— Нет. В прежние времена — без проблем. Я все же истинный бог Зла, а не дешовая подделка из накачанного верой зверя. Но… Источник моей силы давно угас. Баланс многие тысячелетия не наполнялся даже на десятую часть. А сейчас, в попытке воплотить тень сына, я и вовсе слил все накопления…
Я нетерпеливо дернул щекой:
— Какой у тебя баланс?
— Объем сосуда — пятьдесят миллионов. А в наличии — девять тысяч шестьсот сорок совушек.
— Держи! — я отщипнул от артефакта силы нужную сумму и пробив канал к Элкилу с трудом прохрипел. — Принимай! Мне трудно удержать такой поток!
Бог машинально ухватился за сверкающий жгут, вздрогнул, глаза его расширились.
— Это что?!
— Артефакт!
Как оказалось, при прямой передаче силы врать невозможно.
— Это его ты украл у Стоединого?
— Да! — прохрипел я.
— Нам всем хана! — весело сказал, что думал Элкил, и легко разорвав ослабевший поток, развел руки в стороны.
Его одежды взметнулись и затрепыхались, тьма заклубилась над головой, а за спиной развернулись черные крылья, тенью прикрывшие половину квартала.
— Творец, хорошо то как! — простонал Элкил, впервые за многие тысячи лет развернувшийся во всю мощь.
— Я на такое не подписывался! — раздался со стороны противника чей-то испуганно-возмущенный голос.
Мы дружно рассмеялись, а я уточнил у счастливо зажмурившегося Элкила:
— Ну что, повоюем?
— Повоюем. Все Древо вздрогнет!
— Тень, ты слышишь?
— Я слышу, Тень.
— Тень, ты знаешь, что такое любовь?
— Я знаю, Тень.
— Расскажешь?
— Сама, все сама…
  
Глава 5
 
Массивный зверобог двести семидесятого уровня медленно пятился назад, несмотря на все усилия упершихся в его корму товарищей. Липкие комья страха снегом сыпались на наши головы. Над ареной вороньем кружили бестелесные сущности питающиеся сильными эмоциями.
Зверобог фыркал, мотал головой и возмущенно клял судьбу. Торчащие из пасти клыки делали его речь неразборчивой.
— Эго Твор-р-рца в ваши жопы! Я не подписывался на дуэль с полноценным боевым Высшим, залитым силой под перекрытия восьмидесятого яруса!
Арк уперся в выращенную кем-то скалу. Секундное усилие, и гранит осыпается пылью, а зверобог продолжает пятиться назад. Его лапа уже слепо шарит на плече, стремясь избавиться от шеврона наемника.
— Кодексом Древа отказ от принятого вызова на дуэль «до смерти» — не предусмотрен. Вы обязаны выйти в круг, и уже в нем можете попытаться произнести формулу сдачи. Если противник согласится — весь ваш баланс будет изъят в пользу победителя. Впрочем, в случае вашей смерти произойдет то же самое…
Голос Стража сух и информативен. После общения с Сиреневым он совсем утратил индивидуальность и больше всего напоминал восковый манекен.
— Трусливый ублюдок! — рыкнул Щад и отвесил зверобогу знатную пощечину.
— Зато живой… — упрямо прошамкал разбитыми губами бог.
— Ненадолго… — прошептал Шад и поймав ускользающий взгляд зверобога, негромко рявкнул — Подчинение!
Арк окаменел. Лишь крупная дрожь сотрясала его тело. В выпученных глазах стремительно лопались сосуды, белок исчезал, заливаемый густой кровью.
— Пасть открой! — раздраженно скомандовал Шад.
Огромная хлеборезка распахнулась, три ряда зубов заблестели на солнце.
— Основную пасть, тварь! Не смей меня дурить!
В ответ на грозный рык Высшего из глотки зверобога выдвинулась вторичная челюсть, с кулак размером. Облепленная зеленой слюной она смотрелась мерзко, словно червь поедающий разумного изнутри.
Щад брезгливостью не страдал. Ухватив пасть пальцами, нажал под челюстью, заставляя ее открыться. Материализовал в руке сверкающую пустотой искру и осторожно закинул ее в глотку зверобога.
— Глотай! — скомандовал Щад и резко отступил в сторону.
Арка затрясло в ураганной трансформации. Мышцы ходили волнами, удваивая массу и плотность. Пугающая сила саваном закружила вокруг, куроча материю и физику пространства.
 
— Семя Хаоса… — с неожиданной ненавистью прошептал Сиреневый.
— Оно… — зло сощурив глаза, кивнул Элкил.
— Правонарушение нулевого уровня! — вдруг возбудился Страж. — Познавшего Хаос и принявшего Семя его — уничтожить на месте!
— Стойте! — крикнул Шад и пинком отправил Арка за линию криво начерченного круга Арены. — Закон Творца — дуэль священна и не может быть прервана извне!
Стражи замялись, переглянулись. Наконец, архидемон скрипнул зубами и выдал вердикт.
— После убийства бога Элкила, познавший Хаос зверобог Арк будет уничтожен!
— Это не так просто будет сделать… — с улыбкой прошептал Шад, не обращая внимания как остальные наемники настороженно переглядываются за его спиной. — В бой Арк! Покори новую силу! Накорми Хаос чужой душой или он сожрет тебя!
— Подержи котика… — спокойно попросил меня Элкил, вручая зеленого фамилиара. Тот сразу заурчал, успокаивающая аура природы заструилась вокруг. Тонкая нить поддержки протянулась от кота к своему хозяину.
Тем временем Элкил вытащил из инвентаря комок чего-то темно-розового, ярко полыхающего злобой и обещанием скорой смерти.
Посмотрев на меня, Назгул произнес одними губами.
— Это мое сердце. В нем еще достаточно зла и адаманта чтобы убить бога. Прости, что тебе пришлось увидеть меня таким…
Сердце словно кастет обволокло кулак бога. Болезненно зашипев, Назгул шагнул в круг.
— Дуэль. — подтвердил Элкил предварительную договоренность.
— Дуэ-э-э-ррррль! — эхом проревел изрядно мутировавший зверобог и скрылся под завесой Хаоса.
Плети Пустоты гигантскими бичами стегнули по фигуре Элкила. Поднявшийся над ареной защитный купол Творца вздрогнул, резко наращивая мощь и принимая откат стихии-антагониста. Гул тревожного набата прокатился по кластеру нулевого яруса, заставляя богов напряжено замирать на полуслове. Слишком многие знали каково это — когда сила Творца сталкивается с первородным Хаосом.
Тьма обволакивает сжимающие Элкила плети и те вязкой грязью сползают к ногам Назгула. Он делает шаг вперед и замирает, прикрывая лицо рукой.
Арк на мгновение высовывает морду из-за завесы Хаоса и оглушительно ревет. Стихия потоком хлещет из его пасти и пытается свалить Элкила с ног. Капли слюны зверобога словно алмазное крошево срывают плоть с руки бога.
Элкил продавливает встречный поток и делает еще один шаг.
Хаоса в глазах Арка становится все больше. Стихия поглощает того, кто не смог накормить ее сам. Зверобог делает отчаянное усилие: Хаос захлестывает Элкила с головой, уничтожая саму метрику пространства. Исчезает время, координаты, физические константы. Назгул схлопывается в плоскую бесконечную точку, замершую вне времени и запертую внутри себя. И только сила да воля позволяют ему удержать крохотный канал с реальностью.
Минутное противостояние. Хаос давит, но Тьма отвоевывает миллиметры, упорядочивая перемешанную структуру пространства и наполняя ее собой.
Хлопок! Искаженный кусок мира вновь разворачивается, Тьма жадно пожирает ошметки Хаоса.
Шаг вперед. Элкил опирается на свою силу. Злость и Ненависть крыльями расправлены у него за спиной. Он не видит как вокруг купола собирается все больше зевак.
Кто-то из смертных героев без особого понимания следит за дуэлью.
А вот вокруг богов непроизвольно ярится сила — Хаос успел насолить многим. Уничтожены мириады миров, поглощены души близких — друзей, любимых, детей…
Но если присмотреться, среди рвущихся протуберанцев силы — нет-нет, да проскальзывают искры Хаоса. Стихия разрушения вездесуща и готова делиться мощью. Ей всегда найдется место не только в сердцах смертных, но и в душах богов. Наемники-хаоситы тому примером.
 
Еще шаг и Назгул вторгается в личное пространство Арка. Сминает щиты, уворачивается от нелепого выпада пастью и резко бьет в грудину адамантовым кастетом. Плоть зверобога сминается и вскипает. Душа стремительно сгорает, соприкасаясь с кровавым металлом. С другой стороны ее жадно поглощает утративший контроль Хаос. И мне отчетливо кажется, что даже умирая, Акр всеми силами пытается удержать Первостихию под контролем, спеша уничтожить свою душу в очистительном пламени адаманта, прежде чем ее навеки приберет к себе Хаос.