Бессердечная фортуна (ЛП)

— Я чувствую на себе твой взгляд по всему клубу. Я хочу, чтобы ты перестал.
Я выгнул бровь.
— Ты так настроена на мою волну, что чувствуешь, когда я смотрю на тебя?
— Пожалуйста, перестань, — повторила она.
Я глянул поверх ее плеча, увидел Льюиса, стоящего в нашем поле зрения, открыто наблюдающего за нами. В моей голове вспыхнул красный свет, и я шагнул к ней.
— Ах, так об этом ты ему говорила, отправившись ко мне? — Спросил я. Мой голос был низким и соблазнительным.
Ее глаза метнулись к моим губам и снова поднялись к глазам.
— Прекрати, — взмолилась она.
— Что он сделает, если я сию минуту дотронусь до тебя?
— Наверное, ударит. Поэтому, пожалуйста, прислушайся к моим словам.
Ее глаза изучали выражение моего лица, зрачки слегка расширились. Ее грудь поднималась и опускалась в неровном ритме. Она сцепила руки перед собой, скорее всего, чтобы они не дрожали.
— Я услышал тебя. Но твое тело не слышит тебя, — сказал я, делая еще один шаг вперед.
— Хорошо. Делай что хочешь. Я пойду. Я просто хотела сказать, что не хочу, чтобы на каждом мероприятии в будущем постоянно это происходило между нами. Мы могли бы вести себя просто нормально. Но ты не хочешь ничего слышать.
Ее слова разбились у меня в голове, как осколки стекла.
— На... каждом мероприятии?
Она махнула рукой и пожала плечами.
— Да, если мы снова окажемся в одной компании.
Я приподнял брови. И почувствовал гнев с новой силой. Она собиралась продолжать этот гребаный фарс.
— Ты же знаешь, я хотел поговорить с тобой, чтобы все объяснить. Но ты отказалась, и я оставил тебя в покое. Это ты пришла ко мне, чтобы бросить мне в лицо свои отношения с моим лучшим другом. Теперь ты заявляешь мне про другие мероприятия в Верхнем Ист-Сайде, на которых собираешься присутствовать? — Я покачал головой, стараясь не закипеть окончательно, но у меня не получилось. — Да что с тобой такое, черт возьми, происходит?
— Что?! — спросила она.
— Куда делась та Натали, которая заявила мне, что не хочет такой жизни, не хочет иметь дело с моими друзьями и семьей, которая ее ненавидит? Какого хрена, Нат?
— Я все та же, — возмутилась она.
— В дизайнерском платье и туфлях на шпильках под руку с Уорреном. Ты считаешь, что та же? И ты нисколько не изменилась, — саркастически заметил я.
Она поморщилась. Как будто я попал в самое больное место. Но она должна понимать, что здесь все совсем по-другому — она балансирует на краю пропасти. На полпути к Верхнему Ист-Сайду это можно сказать на все сто процентов. И здесь не может быть ничего наполовину. Я это понял уже давно. Я пытался сбежать. Единственный человек, которого я знал, и ему удалось сбежать, изменил свое имя и переехал через всю страну туда, где его никто не знал. Если Натали не будет осторожна, ее просто затянет этот мир, мой мир.
— Хорошо. Это совсем другое дело. Я ошибалась, — выплюнула она. — Ты это хочешь услышать? Я не встречаюсь с твоей командой. Семья Льюиса меня не ненавидит. У меня появились здесь друзья. И дизайнеру я нравлюсь настолько, что она хочет, чтобы я носила ее одежду на мероприятиях.
— Если уж я и хотел услышать, что ты ошибаешься, то думал, что это будет касаться нас. Ты скажешь, что ошибалась, — жестко ответил я.
Я взял ее за руку, она тут же вырвала руку.
— Я теперь с Льюисом, — прошептала она, будто ей было больно говорить об этом.
— Я заметил.
— Не говори таким осуждающим тоном, будто ты выше этого. — Ее голубые глаза вспыхнули огнем. — Я слышала о всех твоих похождениях за этот год.
— Ага. Хочешь услышать еще? — Она повернулась, собираясь уйти, но я остановил ее за руку. — Да, я спал с другими. Потому что ты сказала, что мы никогда не будем вместе. Ты захлопнула дверь. И единственный способ отомстить Кэтрин за то, что она, бл*дь, разрушила мою жизнь — это переспать с ее подругами, потом мне надоело и я понял, что никто из них никогда не сможет заполнить ту пустоту, когда тебя не было рядом. Никто из них не мог заставить меня забыть тебя. Итак, я собрал вещи, покинул общество и попытался очередной раз выбраться. Я уже почти преуспел в этом, но ты вернулась в Нью-Йорк со своей шикарной книгой и моим лучшим другом под руку.
 
Натали ахнула.
— Моей... шикарной книгой?
— Черт, — проворчал, я не собирался разыгрывать эту карту. Просто так разозлилась, что вырвалось.
— Откуда... откуда ты знаешь про мою книгу?
Я вздохнул и провел рукой по волосам.
— Послушай, это случайно. Кэтрин пришла и сообщила, что ты в Нью-Йорке после того, как увидела твою фотографию с Джейн. Я не мог понять, зачем ты приехала и попросил Роу немного… поискать.
Ее глаза округлились.
— Что попросил?
— Извини. Я не знал, что ты скрываешь свою личность, но мы просмотрели твою страницу в «Крю» и нашли редактора, который вывел нас на Оливию.
Она побледнела.
— Кто... кто еще знает? Роу? О боже, неужели Кэтрин знает?
— Нет, — заверил я ее. — Нет, не знает. Я попросил Роу все спрятать, чтобы она не догадалась. Мне не следовало этого делать, но я узнал, что ты подписывала книгу. Я поехал в «Вилладж», чтобы повидаться с тобой.
— Ты был там, — прошептала она.
Я молча кивнул.
— Я просто... ну, ты сказала, что не хочешь жить моей жизнью. Ты выглядела такой счастливой в «Вилладж». Я решил уважать твои желания. И посмотри, куда это меня привело.
Она ударила меня кулаком в грудь.
— Ты появился там и ничего мне не сказал?
— Ты что, не слышишь меня?
— Я знала, что ты там был. Но мне казалось тогда, что я схожу с ума, я выбежала из книжного магазина, пытаясь тебя найти. А ты был там.
Она выглядела такой растерянной, будто мои слова подтвердили то, что не давало ей покоя.
— Мне следовало тогда поговорить с тобой. Тогда, возможно, ты была бы со мной вместо того, чтобы копить новый материал для своей следующей книги под псевдонимом Оливия.
У нее отвисла челюсть. Злость в ней разгорелась до полной ярости. Мне это нравилось больше, чем ее сдержанная нейтральность.
— Так вот как ты обо мне думаешь? Что я нахожусь здесь, чтобы собрать больше материала для книги?
— А что мне еще думать? — Потребовал я ответа, мне хотелось, чтобы она ругалась со мной в конце концов, чем была такой спокойной и безразличной. — Я бы предпочел, что ты использовала нас, чем то, что ты хочешь моего лучшего друга вместо меня.
— Я не использовала тебя для своей книги, — прорычала она. — Хотя это тебя, черт побери, совсем не касается, но я больше не пишу под псевдонимом Оливии.
— Одной тебе хватило? — Не унимался я. — Решила написать все дерьмо о «Пари», а потом жить долго и счастливо в Верхнем Ист-Сайде?
— Я описала то, что со мной произошло, — она приблизилась ко мне. Наши тела находились так близко. Ее гнев был таким горячим. Сейчас мы стояли в маленьком разделяющим пространстве, буквально находясь на грани, и могли ругаться также часто, как раньше трахались.
— Отлично. Пиши. Ты ведь и сейчас тоже что-то пишешь.
— Если тебе не понравилось, как я написала о тебе, то не надо было вести себя так дерьмово.
— Отчего же?! Мне понравилось, как ты меня изобразила, — заявил я, застав ее врасплох.
— Что? — потрясенно спросила она. Ее глаза широко раскрылись.
— Да. Потому что Натали была влюблена в меня на каждой странице. На каждой чертовой странице я ощущал твою любовь.
Я прочитал ее книгу. От корки до корки. Мой герой был... уничтожен. Она выплеснула всю свою ярость в конце книги и практически уничтожила меня. Я читал и видел насколько сильно я ее ранил и причинил боль. И как сильно она меня любила. Две стороны одной медали.
 
— Что? — прошептала она более приглушенно. Ее сердце раскалывалось прямо у меня на глазах.
— Да, ты любила меня, даже ненавидя. Особенно когда ненавидела. Но я все еще здесь, Натали. Я все еще борюсь за тебя. Даже если я не могу примирить ту Натали с той, которая кричит на меня в данную минуту.