До Тревора (ЛП)

— Ты работала в стрип-клубе? — я слышу злость в его голосе.
— Да, пока Тревор не заставил меня уйти, а Майк не дал деньги, чтобы оплатить все счета.
— Майк позволил тебе работать на него?
— Ты сейчас себя слышишь, Тим? У тебя нет никакого права злиться. Мне пришлось работать из-за тебя.
— Знаю. Но, Господи, Лиз, какого чёрта?
— Не волнуйся об этом. Я больше там не работаю. Тим, Майк дал мне деньги, так что тебе нужно найти способ, чтобы вернуть их ему. Тебе нужно вернуться домой.
— Я не могу вернуться прямо сейчас.
— Почему нет?
— Я же сказал, что собирался заплатить парню, у которого занимал. Что я и сделал, но он захотел получить свои проценты. Я не смогу вернуться домой, пока не найду способ заплатить ему.
— Тим, не будь придурком и возвращайся домой. Найди работу. Может, Майк позволит тебе работать на него.
— Я не хочу возвращаться в город с дерьмом, которое преследует меня, сестрёнка.
— Сколько ты задолжал? — спрашиваю я, пытаясь просчитать в голове, сколько бы я могла ему дать.
— Десять тысяч баксов.
— Какого чёрта, Тим? — восклицаю я, а затем прикрываю рот. — Ты украл у меня больше двадцати тысяч. Ты всё ему отдал или потратил на кокаин или ставки? В смысле, это же большая сумма.
— Знаю. Поэтому и звоню. Я хотел узнать, не могла бы ты мне одолжить деньги? Я бы заплатил, а затем вернулся домой.
— Тим, я не собираюсь посылать тебе такую сумму. У меня её даже нет. Просто приезжай домой, и мы постараемся со всем разобраться. Мы сможем, просто я не знаю, как. Я поговорю с Тревором, — отвечаю я.
Действительно ли я смогу поговорить с Тревором? Он и так уже разозлён на моего брата. Это только добавит новый пунктик в список его причин ненависти к нему.
— Что, блядь, Тревор Мейсон сможет сделать с этим дерьмом?
— Мы встречаемся, и у него есть строительная компания. Ты мог бы поработать на него.
— Ты встречаешься с Тревором Мейсоном? Совсем крыша поехала?
— Ты задолжал кучу денег. Может крыша поехала у тебя?
Дерьмо. Я не имела это в виду. Я закрываю глаза, делая вдох.
— Слушай, он мне нравится, и мы встречаемся.
— Я подумаю, смогу ли вернуться в город. Я поговорю с Майком и посмотрю, получится ли что-нибудь с ним.
— Тебе нужно это исправить, — шепчу я, слёзы застилают глаза.
— Я уже не играл несколько дней, ясно?
Так говорят все зависимые, когда не хотят рассказывать о своих проблемах?
— Где ты сейчас?
— Я с другом. Прости, сестрёнка. Я не хотел, чтобы это произошло.
— Просто приезжай домой. Мама выходит замуж через несколько недель. Она хочет, чтобы ты вёл её к алтарю.
— Я посмотрю, что смогу сделать.
— Пожалуйста, возвращайся домой, — шепчу я в тишину.
Я убираю телефон, зная, что он уже повесил трубку. Я молча молюсь, вытираю слёзы с глаз и начинаю расчищать склад.
***
— Что насчёт этого? — спрашивает Тревор, указывая на маленькую пушистую собачку.
Большинство бы девушек сошли бы с ума из-за этого небольшого комочка меха, но как по мне, он мог бы легко потеряться в моей комнате.
— Не знаю, — отвечаю я, глядя на Тревора.
Его рука поднимается к моему затылку, собирая мои волосы в кулак. Мои губы открываются как раз перед тем, как он меня целует.
— Что это было? — выдыхаю я, когда его рот покидает мой.
— Прямо сейчас ты выглядишь просто очаровательно, — он улыбается, обнимая меня за плечо, и ведёт вдоль собачьих клеток.
Мы приехали в ближайшее АОППЖКЖ (приме. пер. — Американское общество по предотвращению жестокости к животным) после того, как он сказал, что у меня нет выбора, и мы выберем себе собаку, нравится мне это или нет. Я ответила ему, что мы выберем только ту собаку, которая нуждается в доме.
— А что насчет него? — спрашивает он, останавливаясь перед клеткой с собакой, которая может поместиться в кармане, а также, должно быть, на рекламе «Тако Белл».
— Эм... — я прикусываю губу и снова смотрю на него. — У тебя какая-то тяга к маленьким собачкам или что?
 
Все собаки, возле которых он останавливался, обязательно были маленькими.
Он пожимает плечами, оглядываясь.
— Нет, я просто думал, что девчонкам нравятся маленькие собачки.
— Тревор, прямо сейчас мне не нужна собака. Мне нужно найти квартиру. И даже тогда я не знаю, можно ли будет там жить с собакой.
— Во-первых, это будет наша собака. Во-вторых, тебе не нужно искать квартиру. Ты останешься у Майка до тех пор, пока не будешь готова переехать ко мне.
Весь воздух из моих лёгких вышел. Я смотрю на Тревора, а он осматривает всё вокруг, словно только что не сказал мне, что мы будем жить вместе. Вместо этого он выглядит так, словно сказал мне, какой кофе предпочитает.
— Может быть, он? — спрашивает Тревор, увлекая меня за собой.
Мои ноги превратились в желе. Я до сих пор не могу вздохнуть. У меня слегка кружится голова. Когда эти отношения начали двигаться со скоростью света?
Я споткнулась позади его, и моих ногам нужно было пару секунд, чтобы снова восстановить равновесие. Когда мы остановились, я посмотрела в противоположную сторону. Мои глаза остановились на гигантской чёрной собаке. Когда наши взгляды встретились, он наклонила голову вбок. Я последовала её примеру. Мы смотрели друг другу в глаза несколько секунд, пока она не поставила свою огромную лапу на дверь клетки. Я подняла руку, шагая к собаке. Когда она заскулила, я поняла, что это и есть та самая. Я даже не хотела собаку, но знала, что он или она будет моим или моей.
— Привет, — говорю я, подходя ближе к клетке.
На двери весит напечатанная информация о животном. Это девочка, но они не знают, сколько ей лет, потому что кто-то нашёл её на обочине и привёл сюда. Также там говорится, что она дружелюбная и, очевидно, хорошо выдрессирована. Я присела рядом с её клеткой и прижала руку напротив её лапы. Я просунула пальцы сквозь решётку и слегка погладила её.
— А ты милая девочка, да?
Я смотрю на Тревора, который присел на корточки рядом со мной. Он не выглядит уверенным, но я уверена на все сто. Если он не захочет её, то я позвоню Майку и узнаю, нельзя ли жить в его доме с собакой. Схватив руку Тревора, я прижимаю её к решётке. Собака нюхает его, а затем лижет ладонь.
— Ты ей нравишься.
— Так она и есть та самая, а? — спрашивает он, оглядываясь на другие клетки.
Я делаю то же самое, когда она начинает скулить и царапать дверь клетки. Я смеюсь и снова просовываю пальцы к ней.
— Она идеальна. Тебе так не кажется?
Его глаза находят мои. В них я вижу столько тепла, что у меня перехватывает дыхание.
— Да, она идеальна.
Он наклоняется вперёд, чтобы поцеловать меня, и тянет вверх за собой.
— Как ты хочешь назвать её? — он снова смотрит на карточку с информацией, а затем на меня.
— Лолли? — говорю я, а она лает, заставляя меня смеяться.
— Тогда давай подпишем документы, чтобы мы могли забрать Лолли домой.
Мы идём обратно по коридору к металлическим дверям, а затем прямо к стойке.
— Нашли кого-нибудь подходящего? — спрашивает дама за прилавком, одаривая улыбкой.
На ней яркая больничная туника со щенками, играющими в футбол. На бейдже написано её имя — Мейбл. Её волосы убраны в рыхлый пучок, отчего она ещё больше напоминает типичную южную бабушку.
— Ротвейлер в семнадцатой клетке, — Тревор говорит ей.
— Ох, она такая милая. На прошлые выходные я взяла её к себе домой. Она поладила с моими внучатами! У вас есть дети? — спрашивает она, глядя на нас обоих.
Я только хотела сказать «нет».
— Пока нет, — говорит Тревор, обняв меня за талию.
 
Большой палец зацепил петлю на моих джинсах. Знаю, я жестокая. Я не хочу детей. Я уже однажды сказала это Тревору, когда он спросил, не хочу ли я детей. Видимо, он как всегда услышал то, что хотел.
— Уверена, у вас будут замечательные детки.