Путеводная звезда (СИ)
А я снова задумалась, глядя на малышку, которая спала в своей любимой позе на животе, приподняв попку и чуть разведя ножки.
Я не обманула кормилицу, это были именно письма. Мне хватило пройтись взглядом по оборванным строчкам, чтобы понять это. Не дружеские, но и не сухие, казенные. Скорее уж приятельские. Написанные вроде и легко, но без той открытости, которая отличает дружбу.
В верхнем было упоминание о Ланзири, городке на границе, находящимся еще на территории Вероссии. В том, что лежало ниже, о трактире, в котором он предпочитал обедать.
Ничто из этого не приближало меня к ответу на вопрос, почему он спрятал их в детских вещах. Просто хотел, чтобы они оказались у графа Горина? Мог просто сказать мне, я бы выполнила его просьбу.
Предполагал, что придут с обыском? Но тогда….
«Он не остановится не перед чем, чтобы смешать с грязью имя графа Орлова», - возникли в памяти слова Илинского, избавляя меня и от тени сомнений.
Георгий – не предатель, кто бы и почему не хотел представить все именно так. И не потому, что он мой муж….
Хотя… и поэтому тоже!
Возможно, я не очень хорошо разбиралась в людях, но за полтора года брака нельзя было не увидеть, с какой истовостью он радел об императорских поручениях. Как отзывался о самом императоре, о его наследнике….
И это тоже было не главным! Просто….
Просто, Георгий был человеком чести! Такие – не предают! Такие отдают свои жизни!
- Вы бы подремали немножко, - потревожила меня Аннушка. – Пока малышка спит. А то ведь сами бледная….
В чем-то она была права. Дорога была хорошей – карета лишь мерно покачивалась, успокаивая, да и кто его знал, что ждало нас впереди…. Пока была возможность, надо было передохнуть.
- Хорошо, - согласилась я, бросив еще один взгляд на дочь. Похоже, она была единственной в нашей компании, кому эта поездка доставляла удовольствие. – Если усну, разбудите, когда нужно будет поить Алену лекарством.
Кивнули обе, а Аннушка, поднявшись, еще и накинула мне на плечи шаль.
Поблагодарив улыбкой, я закрыла глаза. Даже если не удастся, как она сказала, подремать, так хотя бы подумать, не опасаясь, что вновь собьют с мысли.
Зря я беспокоилась, усталость, тревога, испытанный мною страх, сделали свое дело, окутав сознание зыбкой волной. Сон – не сон, но в яви меня точно не было.
Насколько долго, сказать трудно, но «очнулась» я резко, стоило лишь карете остановиться.
Вопрос задать не успела, да и испугаться – тоже, дверца открылась, и на подножку заскочил растрепанный Владислав:
- Госпожа графиня, - приглушенно произнес он, не забыв про малютку, - за нами едут два всадника.
- Что? – растерянность вновь сделала свое грязное дело, не дав сразу понять слова мальчика.
- Два всадника, - повторил он на удивление терпеливо. – Еще далеко, но через четверть часа нагонят.
- Два всадника? – уточнила я. Потом нахмурилась: - А ты откуда знаешь?
- Там мама научила, - как-то даже удивленно ответил он. – Я сразу, как только мы из столицы выехали, так маячок к карете и привязал. Теперь он за нами как хвостик тянется.
- Как хвостик… - не удержалась я от повтора.
Нам хватило бы и одного….
- Госпожа? – Катерина перевела взгляд с меня на завозившуюся Аленку.
- Может, это просто всадники? – предположила Аннушка, пытаясь успокоить скорее себя, чем меня.
- Не просто… - совсем по-взрослому скривился Влад. – Маячок ровно бьется. Лошади хорошие, крепкие.
- Госпожа, вам надо бежать! – тут же встрепенулась Аннушка, напугав меня еще больше.
За себя я не боялась, а вот дочь…. Если меня арестуют, она должна быть в безопасности!
Последняя мысль, хоть и не должна была, но добавила решимости. Дочь! Во время урагана я держалась ради нее! Ради нее бежала из столицы….
Из открытой дверцы дохнуло теплым воздухом, наполненным ароматами трав. Взгляд зацепился за цветущие заросли кустарника, за рощицу неподалеку….
- Здесь есть поблизости деревни? – спросила я у Катерины. У нее семья большая, родни много.
Она сдвинула занавеску с другой двери, выглянула наружу. Вновь села, задумчиво посмотрев на меня:
- Так вроде поместье Ермолино неподалеку. А там и деревенька рядом.
Младшего Горского ее невнятный ответ не устроил:
- Дядь Коль, - держась за дверцу, наклонился назад Влад, - мы Ермолино уже проехали? - Что тот ответил, я не услышала, но когда мальчик встал нормально, выглядел довольным: - Пара верст. Проселок скоро будет.
- Тогда вот что, - в своем решении я не сомневалась, - ты, Катерина, берешь люльку с Аленой и уходишь в лес. Прячешься там и не выходишь, пока я не позову. Ты, Владислав, - снимая с пояса кошель с монетами, продолжила я, - отправляешь с ней. – Он попытался насупиться, но я тут же добавила: - Ты – мужчина. Береги их.
- Госпожа, может… - в глазах Катерины был страх.
- Если со мной что случится, - взяла я ее за руки, - переждешь несколько дней в деревне, потом вернешься в город, к моему отцу. Если он не примет….
- Мы к сестре дяди Степана уйдем, - тут же нашелся Владислав, уже отвязывая люльку. – И я знаю маминых друзей, они обязательно помогут….
Вставший в горле ком я сглотнула, не позволив чувствам взять верх надо мной.
Заплакать я могла и потом, когда все закончится….
Единственным моим оружием был именной кинжал Георгия, пожалованный ему самим императором. И не важно, что я не умела им пользоваться – если потребуется защитить дочь, меня ничто не остановит….
***Солнце светило в глаза, не давая разглядеть всадников. Только зыбкие силуэты, становившиеся с каждым ударом сердца все больше, но не четче.
- Госпожа… - Аннушка выглянула в приоткрытую дверцу кареты.
Я не ответила, сделав вид, что рассматриваю сорванный цветок. Кучер «дремал» на козлах, давая отдых лошадям.
Обоим я строго наказала – не вмешиваться. Они просто слуги и к делам господ отношения не имели.
Что я чувствовала при этом, говорить не стоило. Отчаяние? Гнев? Страх? Злость на мужа, который должен был защитить, а вместо этого…. Странно, но вот последнего как раз и не было. Если только решимость…. Сделать все, чтобы доказать – он не мог быть предателем! Кто угодно, но только не он!
Я понимала, что без должных доказательств мне вряд ли удастся очистить его имя от подозрений, а вот как раз доказательств у меня и не было.
Вздохнув, вновь бросила взгляд на ведущую из столицы дорогу. Наши преследователи были совсем близко (я вполне могла расслышать и цокот копыт, и ржанье лошадей), но не рассмотреть их самих.
- Госпожа… - Аннушка была не столь терпелива, как я.
Впрочем, мы с ней находились в разных ситуациях.
- Госпожа, а если это не за нами? – продолжила она, не дождавшись моего ответа.
- Может и не за нами, - откликнулась я, улыбнувшись ей как можно беззаботнее. И сама так думала…. И даже надеялась на это…. Но….
- Госпожа… - Аннушка вскрикнула, когда первый всадник вдруг осадил лошадь, едва не поставив ее на дыбы, и… соскочил на землю.
Я вскинула руку к лицу, прикрывая глаза, но еще до того, как разглядела лицо мужчины, узнала голос, когда он заговорил, а потом и вороного жеребца из нашей конюшни.
- Слава, заступнице! Госпожа графиня, - быстрым шагом подошел он ко мне, склонил голову.
- Иван! – выдохнула я, собрав всю волю в кулак, чтобы не осесть прямо на дорогу. – Как ты здесь оказался?
- Графиня? – не ответив на вопрос, бывший денщик Алексея Степановича, удивленно посмотрел на мои руки. Я невольно опустила глаза… ладонь крепко сжимала обнаженный кинжал.