Дом, который построил Ник (СИ)
Да, девочка, конечно права, все это смотрелось действительно нелепо. Внезапно снова нахлынуло раздражение: " И в самом деле, зачем он должен Сашке что-то доказывать и выставлять себя идиотом?"
- Этот спор..., - задумался - долго объяснять, да и надо ли распинаться, - знаешь, действительно глупо, с приятелем просто ребячились. Давай забудем и просто кофе попьем.
Она помолчала, глядя куда-то в пустоту, видимо принимая какое-то свое решение, потом поставила чашку.
- Хорошо, - уперлась локтями в стол, даже слегка нагнулась к нему, - ну и что вы строите тут неподалеку? - снисходительно улыбнулась.
- Гостинично - развлекательный комплекс, ну и еще несколько зданий по Москве и области,- Никита тоже оживился.
- Понятно, - ей, заметно, не очень нужны были подробности, но взгляд начал скользить по нему более заинтересованно. Видно, как задерживалась на одежде, руках, даже ногтях, которые, кстати, были чистые, да и одежда не совсем с барахолки. В торговом центре брал по разумным ценам. Вполне нормально он выглядит. На инженерную должность уж точно тянет.
Он тоже оглядел ее. Снова бросилось в глаза черное пятнышко, выглядывающее из под рукава. Мрачно отметил, что это все же настоящая татуировка. Досадный изъян, но в принципе какое его дело - не его же девушка, своей он такое точно бы не разрешил. Попытался представить на Сонькиной руке такое же изображение, но мысли внезапно прервались неожиданным появлением перед ними блондинки Вероники.
- Вот ты где, - обратилась она к подружке, присаживаясь к ним за столик, - с моим поклонником кофе распиваешь, - весело добавила, бросая быстрый насмешливый взгляд в сторону Никиты.
- Угу, размышляю, как бы тебя подороже продать, - отозвалась подруга.
- Сильно не обольщайся, я уже придумала цену, - заявила вдруг Вероника и обернулась к парню, - ты же художник?
- Нет, архитектор, - Никита насторожился.
- Какая разница, рисовать же умеешь, - отмахнулась девчонка и затараторила, выкладывая суть проблемы.
Все было до банального просто. Девушка задолжала по предмету, преподаватель которого одновременно занимался организацией внутривузового творческого конкурса среди студентов. Проблема со сдачей зачета решалась легко - нужно было помочь с оформлением этого конкурса. От Никиты требовалось всего ничего - нарисовать каких-то пару плакатов, то ли в виде анонса, то ли для украшения зала, то ли еще для чего - не суть важно, ибо рисовать он в принципе не умел совсем и потому вникать даже не пытался.
- Ты рисуешь, а я станцую перед твоим другом влюбленную в тебя девушку, даже могу поцеловать, - заверила она.
"Даже поцеловать, надо же какая благосклонность королевы", - мысленно злобно усмехнулся, разглядывая пристально звезду, снова подметил яркую внешность, и это, пожалуй, все, на что можно было обратить внимание, - "строитель, значит, ей неинтересен, и никакие подкупы не нужны? Вот реально возиться просто не хочется, а то бы и не только поцеловала, еще и легла бы, как миленькая".
- Хорошо, договорились, - с напускной заискивающей доброжелательностью улыбнулся Веронике, и вдруг опомнившись, взглянул на ее подружку. Эмоции той невозможно было различить - вроде поначалу надменная усмешка и тут же на лице полное безразличие и скука от их деловых переговоров. Оставаться больше не захотела.
- О, ну, я вижу, у вас тут все срослось, удачи в делах, - бросила равнодушно и поспешила их покинуть.
Ее уход неприятно царапнул по душе. Имя он так и не узнал.
С Вероникой еще какое-то время обговаривал все нюансы его части работы, обменялся телефонами - совсем неожиданно спор с Александром можно было считать уже выигранным, оставалось дело техники, но на душе неудовлетворенность. Прощаясь до следующей встречи с девушкой, не выдержал и спросил:
- Вероника, подружку твою как зовут?
Вероника удивилась вопросу, но ответила:
- Лиля. Нравится?
- Лиля, - повторил он, запоминая, - да, нравится, у нее кто-нибудь есть, не знаешь?
- Нет, не знаю. Она не москвичка и не любительница откровенничать. В прошлом году один какое-то время был, но что у них там не пошло, понятия не имею, - Вероника, в отличие от своей подружки, скрытностью не отличалась и с удовольствием сплетничала, номер телефона также без проблем сдала.
Вечером Сашка просьбу Никиты нарисовать какие-то плакаты принял в штыки:
- Мля, Никита Кирилыч, я вот чувствую, что меня где-то нае@ют, но не пойму где. Я рисую картинки для того, чтобы ты понравился девушке, чтобы я потом еще тебе и коньяк за это дал?
- Так это ж твоя идея, чтоб я был не на своем, а на твоем месте, и хорошо, я возьму тебе коньяк, но согласись, я смог очаровать девушку и без денег.
- Хорошо, согласен - ты выиграл, но рисовать я ничего не буду. Не хочу, да и мне некогда, - Саша был недоволен и уже жалел, что сам затеял эту авантюру. Хотел унизить зажравшегося мажорика, и никак не рассчитывал, что тот разведет бурную деятельность, при этом втягивая еще и его самого.
- Да там буквы в основном писать, - попытался еще как-то договориться Никита, но встретил категорическое "Нет".
Нет - так нет. Дизайн услуги заказать не проблема - кто будет знать, что работа эта не его.
К вечеру снова нагрянуло беспокойство и неудовлетворенность. К прочим, накрывшим его в последнее время проблемам, прицепилось еще и уязвленное самолюбие. "Лиля - Лилия, очаровательный недоступный цветок", - навязчиво крутилось в мыслях имя, вкупе со злобным разочарованием. Его еще ни разу так откровенно не игнорировали. Не бывает совсем неприступных девчонок. К любой можно найти подход, даже и "не москвичу строителю" под силу. Вслед за этим пришло упрямство - "Будем досягатьнедосягаемое!" - и с предвкушением достал телефон.
"Лиля, я понял - Аленький цветочек это ты!", - напечатал сообщение, нажал "отправить" и откинулся на спинку кресла. В руках бокал с коньяком - сегодня расслаблялся. Фоном включен телевизор, но все внимание на экран телефона, с нетерпением ожидал ответ. Уже представлял, как девчонка наверняка удивится и, конечно же, разозлится. Ответ не задержался, Никита, прежде чем прочесть "брызги яда", еще раз хлебнул глоток обжигающего напитка:
"Вот ты упоротый, Никита"
Улыбка непроизвольно поползла по лицу, пальцы заскользили по экрану:
"Ты, как всегда, романтична, а слова твои, как песня!"
"Угу, наслаждайся! И поспеши спасать свою принцессу, я вырву ей длинный язык!", - словно наяву слышал, как бесится девчонка на свою подругу. Рыжая кукла злилась,Никита продолжал улыбаться, алкоголь и переписка будоражили кровь, впервые за последнее время он был реально увлечен и отвлечен.
Ты не права, Лиля, это совсем не глупо и никакой не детский сад. Нельзя быть такой серьезной в свои двадцать с небольшим. Чудить и делать бестолковые вещи иногда просто необходимо.
- Я заставлю тебя делать глупости, - прошептал он и опять хлебнул из бокала, снова начал набирать буквы:
"Не будь строга, я просто был неотразим"
"Я заметила. Особенно бла-бла про спор и ребячество"
"Не злись. Мы как Бонни и Клайд поделим куш пополам"
"Неудачное сравнение - их убили"
"Они любили друг друга и умерли в один день. Романтично"
"Иди-ка ты, Клайд, со своей романтикой, рисуй рисунки своей принцессе"
"Бонни, не сердись. Ты мне больше нравишься"
Ответа не последовало. Долго поглядывал на затихший аппарат. Взгрустнулось, девочка легко не поддавалась.
"Давай встретимся" - не дождавшись, предложил. И снова тишина.
"Завтра сам приду" - написал упрямо.