Человек из Преисподней: Часть 1. Дом (СИ)

На исходе пятого часа в транспортной галерее обозначилось шевеление. Ребята, которые последние минут сорок лежали в полусонном ступоре, приободрились. Подобрались, насторожились, пытаясь понять, что творится за воротами… А там явно что-то происходило. Суета какая-то… Забегали вдвое чаще, пробежало на запад, грохоча ботинками по бетону, несколько больших групп… Спустя минут пять в ту же сторону что-то поволокли – судя по звукам, железное и тяжелое…
– Давай быстрее!.. Лосяра, да переверни ты ее, так же неудобно!.. 
– Держи за угол! Держи, щас гробанется!..
– А-а-а!!! Падает, бля!.. Куда вы летите, уроним, ноги отдавит!
– Там щас как бы прорыв не начался!..
– Чего? Какой прорыв? За людей мелочь сопливая играет! Кому прорывать?!..
– Они силы скапливают!.. Гвоздилычи приказали дополнительную колючку навесить!..
Серега, выясняя причины суеты, немедленно связался с Фугасом. Оказалось – готовится удар через юго-запад, собирают силы. Однако что-то в речи главнокомандующего его смутило. Говорил он как-то… слегка иносказательно что ли… Деза? Во всяком случае, верить теперь информации, проходящей по этому каналу, нельзя. Вполне могли сменить частоты – а эту, за невозможностью оповестить ударную группу, использует теперь для внесения дезинформации. 
Еще час. Шестой. Шесть часов на трубах – это не просто так. Тяжело. Нудно. Тошно. Муторно. Серега видел, что ребята действительно устали. Во-первых – безделье. Шесть часов на одном месте! Уже хочется подвигаться, размяться… куда там. Лежать! Не вставать! Заглянут из коридора – а ты здесь физкультурой занимаешься. И готов. А во-вторых, все же и нервное напряжение давало знать. Все время ждешь, что обнаружат, все время настороже, слушаешь коридор… и мысли предательские в голову лезут… Серега и сам раза три порывался запросить у Фугаса задачу, однако пока держался. Что толку? Если не дали команду – жди.
К тому времени суеты в галерее поуменьшилось. Из переговоров шастающих «контрóллеров» Серега понял, что атака хоть и была, но «хлипкая, всего человек тридцать». Отбита почти без потерь. Зато со стороны кожаных бурдюков с кровью и кишками полегло человек двадцать. Послали-то на прорыв одну мелкоту… Теперь сторона машин собирала основательный кулак для решающего удара. Такого, что людишкам не поздоровится! А еще – научники людей добыли вторую загадку из трех и пора перебазировать ППК, благо правилами разрешается. Сначала перекинут сюда, в Мастерские, – а потом и в Убежище отвезут. Ребята навострились, начали переглядываться. Это же какой шанс! Теперь только бы не передумали!.. 
Не передумали. Спустя некоторое время в галерее затопало множество ног – и в коридор ввалилась целая толпа старшекурсников в масках-черепах. «Механизмов» пятнадцать, не меньше! Один из них правил транспортным тягачом-трехтонником, на котором возвышалась верхняя половина корпуса страуса, а с обеих боков гордо белела кривая надпись: «ППКО». Серега, превратившись в неподвижную статую, аж вспотел от напряжения! Сейчас бы кинуть вниз десяток гранат – и платформа условно уничтожена! Победа!.. Потянулся рукой к поясу – но тягач, не останавливаясь, прошел мимо, в ворота сортировочного. Шанс был упущен. Надежда, вспыхнувшая в груди, так же быстро и угасла.
– Мы теперь их не возьмем! – зашипел ему Пашка. – Там пятнадцать человек! Вообще без шансов!
Серега и сам это понимал. Не справятся. Хотя и есть перевес в людях – но там вон какие здоровые. Бесполезно. И ведь по связи не донесешь информацию – если и впрямь слушают, это будет провал.
Нужно было срочно что-то делать. Это ведь не конечный пункт, конечный – Убежище. Неизвестно, сколько они тут проторчат. Может, и совсем короткое время. Упустить такую возможность!.. Судя по всему, эти пятнадцать «механизмов» – охрана платформы. Они так и останутся с ней до конца игры. Беречь будут как зеницу ока! Но… что, если создастся угроза прорыва уровня? Если на отражение атаки людей отзовут хотя бы половину из них?.. Тогда шанс есть, и довольно большой!
 
Серега, осознав вдруг, что уцепил за хвост интересную схему, начал лихорадочно соображать… Да, отозвать должны. Если разом вся сторона людей в одну точку ударит с сильным перевесом! Но как организовать атаку? Как подать Фугасу сигнал? Исходить приходится из худшего – канал на прослушке. Схему не раскроешь. Гонца… гонца тоже не пошлешь. Время дорого. Да и перехватят… Способ оставался лишь один: скормить Фугасу дезинформацию. Чтоб поверил, чтобы все силы вложил в один удар, оголив по максимуму остальные направления! 
Нужно было обмануть собственного главнокомандующего.
Но за такое… Серега даже не знал, что за этим последует. Не бывало такого в его жизни. За обман непосредственного командира… выговор? Куда там. Выговором не отделаешься. Может, выход в Джунгли и закроют – в ПСО такие не нужны. А может, и вовсе из Академии попрут. Хотя это вряд ли, уж в ПБО оставят. Ну и ладно. Зато мама не будет волноваться.
В этот момент он как-то забыл, что это – игра. Все стало реальным донельзя. Платформа обеспечения в пределах досягаемости, уничтожь ее – и машины уйдут! И люди Дома будут жить! Колебался он лишь мгновение. На карте – победа. Взорвать к чертовой матери ППК, победить – а там и наказание можно принимать. 
Подхватив радиостанцию, он убавил на минимум динамик, выжал тангенту и зашептал, вкладывая в свою речь всю силу убеждения, что у него была:
– Ударная группа – Фугасу! Ударная группа – Фугасу! Как слышишь меня? Прием!
– Слышу тебя, ударная группа, – немедленно отозвался главком. – Есть новости?
– Так точно! Срочно! Важно! Наблюдаю малое скопление противника рядом с блоком три пять! У транспортного пандуса! Повторяю! Блок три-пять, транспортный пандус! Здесь же и платформа! Как понял меня! Немедленно! Всеми силами бей в этот квадрат, на прорыв! Я подключусь с тыла!
Радиостанция молчала несколько мгновений – и в ответ выстрелила целую очередь вопросов:
– Ударная группа! Уверен?!.. Сколько единиц противника видишь?! Долго там стоят? Что говорят – слышишь?.. 
– Человек… двадцать! – замялся на секунду Серега, прикидывая наспех, сколько бы обозначить людей, чтоб заставить Фугаса ударить. – Всеми силами нужно! Сразу давить, максимально! Платформа подошла только что! Не торопятся, стоят, ждут чего-то! 
– Понял тебя, ударная группа! Дай пять минут! Жди, по сигналу поддержи с тыла!
– Принял! – ответил Серега и отключился.
Неужели получилось?.. Он отложил радиостанцию, поднял голову – и тут же нарвался на взгляд Злодея. Да и остальные ребята смотрели на него как на сумасшедшего. 
– Ты что… охренел?!.. – глаза у Пашки были круглыми от удивления. – Ты же… ты же его обманул!
И он медленно потянул руку к своей радиостанции… 
– Я знаю! – бешено зашипел Серега. – Стой, дурак! Все на мне! У нас другого шанса не будет! Если сейчас часть охраны оттянется на этот прорыв – мы сразу и ударим! Не мог я прямым текстом передавать! А если слушают?.. Не понимаешь, что ли?!
Злодей моргнул… и сообразил. Пару мгновений он еще держался за радиостанцию, но потом рука его разжалась, и он осторожно выдохнул сквозь сжатые зубы:
– Ну ты… ну ты дал, командир. Я чуть не обосрался… думал, ты совсем того… Но… теперь если не выгорит – получается, мы всю игру для нашей стороны провалим! Из-за нас проиграем-то!
– Мы и так проигрываем… – зашептал Серега. – Потери и потери… Нас хоть и больше пока – но они все равно сильнее! Да и с самого начала были! Один этот шанс и остался…
– Так-то да… – озабоченно покивал Злодей. – Теперь бы еще отозвали их… Но если не отзовут… – и он замолчал, словно испугавшись накликать.
 
Да. Если охрану не отзовут… тогда прилетит Сереге по полной. Одно дело если рискнул – и победил! Победителей не судят, железное правило. И совсем другое – так, когда из-за тебя сторона проиграла. А ведь так и будет: ударят, втянутся – здесь-то их и покрошат… Тогда остается только собрать у ребят гранаты – и в атаку. В одиночку. Такое только кровью смывается…