Корсары султана. Священная война, религия, пиратство и рабство в османском Средиземноморье, 1500-170

 
Часть 3 
 На корабле
   
Раздел 5 
 Экипаж
 
Итак, мы поговорили о кораблях и флоте, и пришла очередь ознакомиться с обязанностями экипажа военного судна. Собственно, экипаж можно разбить на четыре группы. Во-первых – офицеры под командованием реиса или капудана; вторая группа – моряки, отвечавшие за навигацию; третья – солдаты со своей военной иерархией; и если вести речь о чектири, то четвертая – гребцы, по большей части рабы. Рассмотрим же эти четыре группы по очереди.
    
Реис и офицеры
По сути, подробный анализ этники и родины реисов мы представили еще в разделе 1, где и указали на то, что не каждому было суждено командовать большими кораблями. Несомненно, что рождение турком, обращение в ислам или же прибытие из определенного региона – не единственные условия для обладания этой привилегированной обязанностью. От корсаров, которые никак не были простыми разбойниками, как мы более подробно покажем в разделе 11, ожидалось, что они будут придерживаться определенных правил и международных договоров. И сколько бы ни было исключений, пираты не нападали на встречных по первому желанию. Кроме того, ожидалось, что реисы будут должным образом обходиться с командой, а также описывать трофеи и справедливо их распределять; кроме того, предполагалось, что в морском походе командиры будут действовать отважно и решительно.
Поэтому реисами становились, лишь успешно сдав экзамен перед лицом опытных капитанов и получив своего рода лицензию на корсарство [717]. Несомненно, что подобное испытание связано с постепенной монополизацией корсарских флотов со стороны государства. Нам неизвестно, проводились ли такие экзамены в ХVI веке и первой половине ХVII столетия. Можно предполагать, что те или иные владельцы кораблей не уделяли этому внимания, – но все равно им требовалось набирать команду, разгружать корабли в порту; продавать захваченных рабов с трофеями, пользоваться местной верфью, пушечным заводом и складами. И все это было доступно командиру только в том случае, если его признавали одним из реисов корабельных экипажей, а политические власти одобряли его назначение. Те, кого утверждала в новом звании комиссия реисов, возглавляемая капитаном порта, церемониально, в присутствии всех, вступали в командование одним из государственных кораблей. Вонтюр дю Паради рассказывает, что новоназначенный реис в присутствии алжирского дея поднимался на борт своего корабля, читал первую суру Корана «Аль-Фатиха» (Открывающая), поднимал там флаг и пять раз палил из пушки. Остальным реисам оставалось только принять его в свой круг, ответив на приветствие собственными залпами [718].
Упомянутая комиссия могла не только назначать реисов, но и снимать их с должности в случае своенравности характера или безуспешности рейдов; иногда капитана могли и перевести на меньшее судно [719]. Реисы, которые именно так утрачивали свои позиции или же отходили от дел по старости, работали переводчиками у европейских консулов, а также распоряжались правом якорной стоянки (droit d’anchorage) для европейских кораблей, заходящих в порт. Кроме того, они зарабатывали себе на жизнь, проводя европейские торговые суда вдоль опасных берегов Магриба [720]. А отставные реисы могли «удовольствия ради» разбойничать на кораблях своих коллег. Некоторые, скажем, бывший алжирский капитан Ибрагим-реис, в 1681 году попавший в плен к англичанам на корабле Али Ходжи, даже становились примером для солдат [721]. Но, безусловно, отставка – не самое худшее, что могло случиться с реисом, который не справлялся с обязанностями или нарушал правила. Многие капитаны, прогневавшие алжирского дея, платили жизнью за свое упрямство [722]. Правда, некоторым посчастливилось: в 1688 году реисы двух алжирских бригантин лишь вытерпели наказание фалакой (орудие для порки по босым подошвам ног) за то, что французский корабль отразил их нападение [723].
 
 
Рис. 15. Реис из «морских разбойников» Алжира
 
Несмотря на то что реис принимал все решения, связанные с навигацией, ему приходилось делить власть на судне с командиром солдат. Если моряки на пиратских кораблях находились под началом реиса, то янычары подчинялись одабаши (начальник казармы) и болюкбаши (командир роты). Отношения реиса и одабаши зависели от многого: от авторитета капитана, от предпочтений владельца судна и от соотношения сил в порту между корсарами и янычарами.
Надо признать, что корсары ХVI века, господствовавшие в своих бейлербейликах, или же такие могущественные реисы ХVII столетия, как Али Биджинин и Кючюк Мурад-реис, не подчинялись янычарам. Однако нам известно, что реис Юсуф, командовавший кораблем, где тянул весло дю Шастеле де Буа, был вынужден по требованию владельцев судна слушаться в море одабаши, которого не очень уважал на суше [724]. Пьер Дан и Арвьё тоже свидетельствуют, что реис не обладал никакой властью над экипажем и подчинялся одабаши или болюкбаши, занимаясь лишь навигацией [725]. Кстати, некоторые из реисов были рабами [726]; в этом случае владельцы кораблей, должно быль, всецело вверяли командование болюкбаши. Случалось и так, что и реисов наказывали, если на тех жаловались янычары. Целых 500 ударов фалакой претерпел даже такой реис, как Меземорта Хюсейин (искаженное от итал. «полумертвый»; в варианте, приближенном к итальянскому произношению – Меццоморто), вскоре возвысившийся до поста дея и даже до капудан-ы-дерья. Он не стал задерживать корабли, у капитанов которых были сомнительные паспорта, и отказался преследовать несколько судов, из-за чего янычары-ага пожаловались на него дею Алжира. После наказания реис был вынужден как можно быстрее отправиться в поход [727].