Весь Кир Булычев в одном томе (СИ)

Девочки закрылись в темной комнате. Джейн принесла два канделябра, и от свечей стало уютно и даже тепло. Другая фрейлина разожгла камин.
— Что еще я могу для вас сделать? — спросила Джейн.
— Принесите нам нитки и иголки, — сказала Лиззи. — Мы будем шить.
— Негоже принцессам шить, — возразила фрейлина. — Скажите мне, и я прикажу все сделать.
— Джейн, вы меня иногда удивляете своим упрямством, — возмутилась Лиззи. — Чувствую, придется вас в тюрьму посадить. Ни о чем вас попросить нельзя!
— Сажайте, сажайте, — обиделась добрая фрейлина. — Вы другого обращения с людьми не понимаете!
— Интересно! — воскликнула Лиззи. — Разве я кого-нибудь уже посадила в тюрьму?
— У вас, принцесса, еще вся жизнь впереди, — рассудительно заметила Джейн.
Фрейлина удалилась, а через несколько минут принесла клубок толстых ниток и иголки — медные, кривые, даже стыдно такие во дворце держать. Но никто, кроме Алисы, этого не заметил.
Шитье заняло немало времени — надо признать, что обе девочки не были способными рукодельницами. Нетерпеливая Лиззи раза три решала, что с нее достаточно, и бросала иголку.
Потом они попили чаю, умылись над бочкой, что стояла в углу комнаты. Девочки поливали друг дружку из большого фаянсового кувшина. Рядом с бочкой примостились таз и ночной горшок. Жизнь во дворце была довольно простой и не очень чистой. К тому же Алиса заметила в углу здоровенных тараканов, которых терпеть не могла.
Прежде чем заснуть, Лиззи с Алисой поболтали. Вернее, болтала Лиззи, а Алиса слушала, пока принцесса не заснула на полуслове. Ей-то спать было куда удобнее, чем Алисе. Принцесса улеглась на широкой мягкой постели, а Алиса спала на полу на подстилке. Лиззи и в голову не пришло позвать Алису к себе, а Алиса никогда ничего ни у кого не просит.
Лиззи рассказывала про то, какой красивый, умный и смелый ее Генри. Но так как Алиса об этом уже слышала и даже знала, что случится с Генри в ближайшее время, то она слушала вполуха и все собиралась уснуть. Но заснуть Лиззи ей не давала — через каждые две фразы спрашивала: «Ты меня слышишь? Тебе неинтересно?» И попробуй тут сказать, что тебе неинтересно — могут и голову отрубить, такие здесь времена и нравы.
Вдруг на полуслове Лиззи замолчала.
Наступила тишина.
Только в коридоре кто-то закашлялся — наверное, рыцари на часах.
Что же, Лиззи заснула, что ли?
«Ну вот, — решила Алиса, — теперь и я посплю».
Но ничего из этого не вышло. Сон пропал.
И хоть стены в замке были толстыми, а двери дубовыми, в комнате царила такая глухая тишина, что слышно было, как храпит в коридоре рыцарь.
Вдруг где-то сверху послышались шаги. Медленные и задумчивые. Кто-то ходил наверху: сделает шаг, постоит, подумает…
— Что это? — спросила Алиса.
— Не обращай внимания, — ответила Лиззи, как будто и не спала. — Это призрак дворецкого.
— Какого еще дворецкого?
— Ну как можно об этом не знать! — фыркнула Лиззи. — Все знают, а ты как будто чужая. Когда-то, еще при дедушке, здесь служил дворецким мистер Пайп. Гордон Пайп. Все у него было в порядке, но кто-то отпивал вино из графина, который он нес королю. И однажды король, давно заметивший, что ему приносят неполный графин, приказал дворецкому: или ты поймаешь вора, или лишишься головы. И вот ночью дворецкий Пайп поставил графин с вином на буфет и стал ждать. Ровно в двенадцать часов черная тень приблизилась к буфету и взяла в руки графин. «Стой!» — закричал дворецкий. Но тень умчалась на чердак. Дворецкий побежал за ней. И больше его никто не видел. Иногда его привидение бродит по чердаку.
И Лиззи снова засопела.
А Алисе после ее рассказа спать расхотелось совсем.
Медленно и мерно ступало по чердаку привидение дворецкого Пайпа. Интересно, а кем была та черная тень, которая так любила королевское вино?
Вот черная тень скользит по коридору. Кому захочется бродить по дворцовым коридорам после полуночи?
Неприятное предчувствие охватило Алису. Словно в комнате внезапно повеяло могильным холодом.
Алиса поднялась с подстилки и босиком побежала к двери.
 
Она медленно приоткрыла дверь.
В коридоре было полутемно. Только большие факелы, воткнутые в железные кольца на стенах, давали скудный свет.
Рыцарь, который должен был стеречь комнату девушек, мирно спал, сидя на полу и прижавшись спиной к стене.
Коридор был пуст. Даже призрак дворецкого не желал появляться.
Алиса стояла в дверях.
Ей казалось, что надо подождать и тогда что-то случится. Это называется предчувствием. Но бояться ей было нечего, потому что стоило окликнуть рыцаря, как он сразу проснулся бы и кого надо пронзил мечом.
Кто же там мелькнул в конце коридора?
«Алиса, не вмешивайся!» — воскликнул ее внутренний голос.
«А вдруг что-то угрожает королеве?» — ответила Алиса внутреннему голосу. Хотя как историк из будущего она должна была прекрасно знать, какая судьба ждет Елизавету.
«Ну знала, ну забыла, ну не подумала! Хорошо вам рассуждать, сидя в молочном кафе на площади Дружбы всех народов Галактики! А я, Алиса, крадусь по темному коридору средневекового замка неизвестно за кем и могу голову потерять в прямом смысле этого слова. Ох уж поднимется плач и стон в XXI веке! Но меня уже не спасешь. Если я без головы — это навсегда». Куда заглянула темная тень?
А что, если это фрейлина, которая спешит со свидания, или уборщица, разыскивающая свою метлу?
Алиса добежала до поворота. Вот и дверь, за которой скрылась тень.
И что она скажет этой женщине?
А вдруг та ее тоже заметила и сейчас подкарауливает за дверью? И рыцаря звать — не дозовешься. Уж очень далеко Алиса от него убежала.
В комнате послышался громкий шелест бумаги, потом что-то упало.
Не у самой двери, а подальше. Тогда Алиса решилась и приоткрыла дверь. В щель она увидела женщину, которая зажгла свечу и поставила ее на стол. Освещены были только стол и книги на нем — остальная часть просторной комнаты скрывалась в темноте. И Алиса не сразу сообразила, что комната заставлена сундуками и шкафами — это была средневековая библиотека.
Женщина склонилась над столом и принялась быстро перебирать бумаги, которые она вынимала из большой резной шкатулки. Просмотрев лист, она кидала его на пол. Конечно же это оказалась та самая монахиня!
С синим перстнем! Фея Моргана! Что ей нужно?
Вот она выхватила из шкатулки лист, который ей и понадобился. Монахиня быстро свернула его в трубку. Не надо было Алисе открывать рот! Но ведь открыла!
— Стойте! — сказала она почему-то шепотом, словно боялась кого-то разбудить. Хотя в ее-то интересах было побыстрее разбудить всех рыцарей королевства.
Монахиня сунула свернутый в трубку лист себе в широкий рукав, а другой рукой скинула на пол свечу.
— С дороги! — крикнула она. — Прочь с дороги!
Она бросилась на Алису так стремительно, что девочка невольно отступила в сторону.
При свете факела, прикрепленного к стене, Алиса увидела синюю искру.
— Что вы взяли, фея Моргана? — крикнула она.
От неожиданности монахиня остановилась.
— Ты знаешь, как меня зовут?
— Многие знают, — ответила Алиса.
Ей задали вопрос, вот она и ответила, а вообще-то Алиса перепугалась и не знала, что делать, потому что колдунья медленно надвигалась на нее и ее глаза светились в темноте, как у кошки.
— Твое знание тебя погубило! — зарычала фея Моргана. Она протянула вперед руку, и Алисе показалось, что из кончиков ее пальцев вырвались маленькие молнии.
Молнии ударили ей в грудь и в лицо, и все вокруг поплыло:
Последнее, что запомнила Алиса, был топот — страшный топот рыцарских сапог.
Все-таки он проснулся!
Проснулась, прибежала фрейлина Джейн.
А потом, что совсем уж удивительно, пришла королева в ночной рубашке, волосы заплетены в косички, и страшно перепуганная.
Но оказалось, что испугалась она не столько за Алису, как за Лиззи.
А Лиззи, надо признаться, во всей этой суматохе и бесплодной погоне за монахиней не участвовала — она спала как сурок.