Весь Кир Булычев в одном томе (СИ)

По зеленому пространству, как будто это был шелковый занавес, проплывали светлые, почти белые волны, поднимаясь снизу и растворяясь над головой в том месте, где зеленое сияние смешивалось с синевой неба, а на границе заката и ночи проявлялись звезды.
— У тебя счастливый организм, — сказал Шпигли, — когда стало совсем страшно, он тебя выключил, и ты проспал все неприятности.
— Но я же не нарочно! — ответил Аркаша. Ему было стыдно за свой организм, который, честно говоря, оказался трусоватым. Единственное утешение, что это не сам Аркаша трусоват, а его организм.
— Мне придется сообщить об этом в отчете о нашей командировке, — сказал Шпигли.
— Делайте что хотите, — сказал Аркаша. — Только мне сейчас не до ваших рассуждений.
— Ах, конечно! — воскликнул Шпигли. — Ты хочешь узнать историю Лота и его жены?
— Где-то я о них слышал.
— Наверное, твой дедушка тебе рассказывал. Он читает Библию?
— Он ее смотрит на компьютере, — ответил Аркаша. — Когда ему требуется пример из Библии, он включает компьютер, и тот подсказывает нужную страницу.
— Что ж, у тебя мудрый дедушка, жалко, что он тебя не сажает рядом.
Аркаша смотрел на зеленое небо, оно и не собиралось темнеть. Ему было не по себе.
— Тебе все еще интересно узнать о Лоте? — спросил Шпигли.
— Рассказывайте, — согласился Аркаша.
— Это произошло во время одной из прошлых атомных войн, — сказал Шпигли. — А если тебе будут рассказывать другое, ты им не верь.
— А когда были прошлые атомные войны? — спросил Аркаша.
— Раньше, три тысячи лет назад или четыре.
— Когда еще паровоза не было?
— Не пытайся показаться глупее, чем ты есть на самом деле, практикант, — рассердился Шпигли. — Всем понятно, что на Земле существовала великая цивилизация, вернее всего, в Атлантиде, она погибла в атомной войне.
— Моя подруга Алиса, — сказал Аркаша, — побывала в Атлантиде и помогла последним атлантам улететь домой. Вы не слышали об этом?
— Я не читаю детских сказок, — ответил Шпигли. — Но я знаю, что древняя атомная война описана в книге под названием Библия, которую твой дедушка смотрит на компьютере, и если ты мне не веришь, то спроси у дедушки. Во время той войны была бомбардировка враждебных нам городов — Содома и Гоморры.
— А кто вы такие?
— Кто мы такие?
— Почему Содом и Гоморра вам были враждебны?
— Это все знают, — сказал Шпигли. — Но в тех городах жил один праведный человек.
— В каких городах? У него был дом в одном городе и дача в другом?
— Мне трудно с тобой разговаривать, ты плохо воспитанный мальчик. Но главное в том, что праведником в тех городах был Лот, и ему было сказано, чтобы он взял жену и бежал из города, потому что будет атомная бомбардировка. Вот он и убежал.
— А кто ему сказал про бомбардировку?
— Кто надо, тот и сказал.
— Это до сих пор тайна? Может быть, ваш Лот был шпионом, обычно шпионов вытаскивают из опасных мест.
— Считай как знаешь. Но Лота предупредили, чтобы после взрыва он не оглядывался. А то ослепнет. То есть превратится в соляной столб.
— Ослепнет или превратится? — спросил Аркаша.
— В самом деле ослепнет от вспышки, а в переносном смысле превратится в соляной столб.
— Спасибо, — сказал Аркаша. — И чем вся эта ужасная история закончилась?
— Как и положено. Они с женой бежали, а утром началась бомбардировка.
— А кто обернулся?
— Ты знал, да? Скажи, ты знал раньше, да?
— Не обижайтесь, Шпигли, — сказал Аркаша, — я не читал, но вы уже мне намекали.
— Ты прав. Лот велел жене не оборачиваться, но она обернулась.
— Еще бы, — сказал Аркаша. — Видно, сзади так грохнуло, что она не хотела, а обернулась.
И тут Аркадий обернулся, чтобы посмотреть на скалу и пещеру, в которой стояла машина времени.
И замер, как жена Лота.
Почти превратился в соляной столб!
Горы и обрыва не было. Вместо них за спиной Аркаши громоздилась каменная осыпь, скала попросту рассыпалась на глыбы и рухнула вниз.
— Вовремя мы вышли погулять, — сказал Аркаша.
— Мы не выходили погулять, — откликнулся Шпигли, у которого начисто отсутствовало чувство юмора. — Это я тебе сказал, что снаружи смогу тебя охранять, а в пещере, на которую упадет тысяча тонн камней, даже я бессилен.
 
— Что же творится там… поближе к взрыву?
— Ты понял, какой это был взрыв? — спросил Шпигли.
— Я могу догадаться, — сказал Аркаша. — Это упал космический корабль.
— Притом корабль, начиненный ядерным топливом.
— Откуда вы знаете?
— Я многое знаю. Но в этом нет тайн. Я противник тайн и мистики. Мы, ученые…
— Шпигли, извините меня, но, может быть, сейчас лучше не отвлекаться?
— Для вас это отвлечение? — обиделся Шпигли, но, видно, сообразил, что практикант прав. — Во мне есть датчики, — сказал он. — Микродатчики радиоактивности, содержания в воздухе и воде элементов и их сочетаний.
— И что сказали ваши датчики?
— Они сказали, что в двухстах пятидесяти километрах отсюда, в районе Калуги, упал и взорвался космический корабль. Его длина один километр семьсот двадцать шесть метров, высота…
— Значит, большой? — сказал Аркаша.
— И не говори! Таких и у нас не делают, — ответил Шпигли.
— Надо идти на помощь, — сказал Аркаша.
— Замечательная идея, которая говорит о том, что человеческие детеныши относятся к самым глупым существам во Вселенной, — сказал Шпигли. — Как ты представляешь это самое «идти на помощь»?
— Ногами, — буркнул Аркаша, который уже сообразил, что его решение не самое умное.
— Двести пятьдесят километров ты пройдешь ножками по меловому периоду между крокодилами и динозаврами и недельки через две, если останешься в живых, дойдешь до гигантской воронки. В ней ты увидишь все, что осталось от космического корабля.
— А что я увижу? — спросил Аркаша.
— Яму. Которая излучает радиацию, как атомный реактор. Поэтому я очень тебя прошу — не бери меня с собой, оставь здесь, брось, закопай в землю, так у меня будет больше шансов остаться в живых!
— Но что же делать! Мы не можем с тобой просто так стоять?
— Правильно. Ты уже начал шевелить мозгами! — сказал Шпигли, который совсем распустился и вел себя, как хулиган, а не как охранник размером с кулачок.
— Наверное, тогда надо сгонять на машине времени в наш век, рассказать обо всем Ричарду, пускай высылают сюда экспедицию.
— Чудо ума! — закричал Шпигли. А так как он мог говорить только мысленно, от его крика у Аркаши в мозгу защекотало.
— А что?
— Обернись еще раз, если раньше не догадался.
Аркаша снова обернулся.
— Значит, мы не сможем вернуться обратно! — До Аркаши только сейчас дошло, в какое ужасное положение они попали.
— Мы не можем вернуться обратно через эту машину времени, — сказал Шпигли, — но можем воспользоваться запасной машиной.
  
Глава 8
 
Беглецы на берегу
Аркаша вздохнул с облегчением. Ведь всего три секунды назад он представил себе, что навсегда останется здесь без надежды на помощь. И придется жить в лесу, собирать корешки и еще спрашивать у этого мехового нахала, какие грибы и ягоды ядовитые, а какие съедобные. И в конце концов он как-нибудь проглотит ядовитую ягоду или на него наступит рассеянный диплодок…
— Перестань так печально думать, — взмолился Шпигли. — Ты мне мешаешь. Я сейчас разрыдаюсь и останусь здесь с тобой погибать.
Аркаша спросил:
— Далеко отсюда до запасной машины времени?
— Очень далеко, — ответил Шпигли.
— Может, подождем, — сказал Аркаша.
— Чего?
— Там, в Институте времени, обязательно должны догадаться, что у нас что-то случилось. И они пойдут нас искать.
— И как ты себе это представляешь?
— Очень просто. Они придут в наше время, отыщут нас с вами и проведут в запасную машину времени.
— Может, придут, а может, нет. Попасть в конкретный день далекого прошлого чрезвычайно трудно.