Весь Кир Булычев в одном томе (СИ)

— Капитан Брасс — англофил, — произнес Артем.
— Бороться и искать, найти и не сдаваться, — подтвердил свою англофилию капитан Брасс на плохом английском языке словами капитана Скотта. — Куда теперь, влюбленные? — спросил капитан Брасс.
— Как можно дальше отсюда, — ответил с улыбкой Артем, обнимая Ко за плечи. Та невольно отстранилась.
— Ваш цветок полон смущения, — сообщил Артему капитан Брасс с нехорошей улыбкой.
— Глаза прочь, капитан! — приказал Артем. В голосе его звучала сталь.
— Отлично! — бодро откликнулся капитан. — Продолжаем движение.
— Главное — стряхните с нашего следа капитана Милодара. Я его ненавижу. Он сорвал уже несколько наших операций, — произнес Артем.
Ко вздрогнула. Оказывается, они знали, кто их преследует. Может, они уже догадались, что Ко — подсадная утка? И теперь ждут момента, чтобы с ней расправиться?
— Я думаю, что они уже потеряли наш след, — ответил капитан Брасс. — Мой главный принцип — как можно меньше скрываться и таиться. Мне лучше скрыться на виду у всех под видом обыкновенного пожарника. Сейчас же мы станем обыкновенным рыболовецким ботом. Как почтальона-убийцу в классическом английском романе, все должны видеть, но никто нас не должен замечать.
— Действуйте, капитан, — сказал Артем.
Он сел на жесткое сиденье, прикрепленное к борту флаера, между свернутых бухтами шлангов.
— Славные ребята, — сказал он. — Не представляю, что бы мы с тобой без них делали.
— Наверное, ты нашел бы других славных ребят, — ответила Ко.
— Это ирония? Я не люблю иронии. У меня нет чувства юмора.
— Это не ирония, а вера в тебя, мой дорогой, — сказала Ко. — А куда делись настоящие пожарники?
— Лишний вопрос. И если ты задашь его капитану Брассу, он не сможет или не захочет тебе отвечать.
— Чепуха! — Оказывается, капитан слышал этот разговор. — Я не садист и не убийца. Я два месяца проработал добровольцем в лесной пожарной охране. И вся моя бригада вместе со мной. И должен тебе сказать, мы лучшая пожарная бригада на всем Кольском полуострове. Кто не верит, может связаться с Мурманском.
— Я верю, — криво усмехнулся Артем. — Хотя проще было бы уничтожить какую-нибудь из бригад, и дело с концом. Вертолет вам был нужен всего на час.
— Я не люблю проваливать операции только из-за того, что спешу и ленюсь продумать лучший путь. Лучший путь, мой друг, не всегда бывает самым коротким. И уж наверняка не бывает самым кровавым. Но ты еще молод…
— Не так молод, как кажусь, — ответил Артем. И Ко поверила ему. Этот человек носил маску убитого, а что за лицо скрывалось под ней — одному дьяволу известно.
Не прерывая беседы, капитан Брасс разогнал вертолет, кинув его между двух гор, очевидно, в надежде обмануть следящие устройства комиссара Милодара. Впереди серым одеялом раскинулось море.
— Белое море? — спросила Ко.
— Нет. Баренцево, — ответил Брасс.
Вертолет уверенно шел над самыми волнами, низкими и пологими. Впереди показался серый рыболовный бот.
Можно было различить надпись на борту: «Амур».
Ко так и не догадалась, назвали ли так корабль в честь бога любви или реки на Дальнем Востоке. Спрашивать было некого, палуба бота была пуста.
Веревочная лестница развернулась и упала на корму судна.
— Быстро! — приказал капитан Брасс. — Сейчас нас легко засечь.
Пожарники один за другим — Ко насчитала пятерых — предпочли обойтись без лестницы. Они ловко прыгали прямо на палубу с пятиметровой высоты. Последним в люке показался капитан Брасс.
— Посторонись! — крикнул он и оказался среди своих товарищей. Пожарный вертолет пошел в сторону, кренясь и теряя высоту. Еще несколько секунд — и он врезался в волны, подняв высокий фонтан брызг.
— Черт побери! — воскликнул капитан Брасс. — Быстро, пока они не засекли фонтан!
И он первым побежал к двери, открытой в надстройке.
Артем подтолкнул Ко.
Она обернулась и поняла причину спешки: на фоне серых облаков образовалась черная точка. К боту спешил флаер.
Грохотали сапоги — один за другим пожарники спускались по трапу в машинное отделение старомодного бота.
 
— Неужели ты думаешь, что они нас не найдут? Они, наверное, видели, как упал в воду вертолет, — спросила Ко.
— Все было рассчитано, мисс, — откликнулся капитан Брасс, — сейчас они кинутся вытаскивать из воды пожарный вертолет и спасать пожарников.
— И никого там не найдут.
— Еще одна неразгаданная тайна истории.
Лжепожарники захохотали.
Механик бота встретил их в трюме корабля, перед раскрытым стальным люком.
— Все в порядке? — спросил капитан Брасс.
— Так точно.
— Останетесь на борту. Как и уговорено, дайте себя спасти и расскажите, как ваш бот затонул по неизвестной причине.
— Слушаюсь, — ответил человек из трюма. Он был очень бледен и худ. Руки его чуть заметно тряслись.
— Перестаньте дрожать, — прикрикнул на него Брасс. — Я не могу заменить вас моим человеком — у вас настоящие документы. Недаром вы прожили двадцать лет в Мурманске.
— Слушаюсь, — повторил убитым голосом человек.
— Я бы его утопил, — предложил Артем, не обращая внимания на присутствие механика. — Как только комиссар Милодар на него немного нажмет, он тут же расколется.
— Мы уже будем далеко, — ответил гуманный Брасс. — А ну, открывайте люк!
С помощью пожарников худой человек отвинтил люк — впереди открылось темное пространство.
— Тише, — сказал Брасс.
Все замолчали. И стало слышно, как на пустую палубу бота опускается флаер. Еще секунда — раздался удар — кто-то спрыгнул на палубу.
— Вперед! — сказал Брасс. — А ты, механик, открывай кингстоны.
Тот послушно метнулся назад.
Ко шла в середине — позади Артем, он подталкивал ее в спину.
Ко услышала, как зашумела, заурчала вода, врываясь в трюм.
— Он не утонет? — спросила Ко.
— Должен уцелеть, — в голосе Артема прозвучала безжалостная усмешка. Он не жалел своего сообщника. Он никого не жалел.
Когда последний — капитан Брасс — миновал люк, он тут же закрыл его и с помощью одного из своих людей мгновенно завинтил.
— Лодка готова к погружению! — неожиданно раздался над головой незнакомый голос.
Брасс подхватил висевший на стене микрофон.
— Начать погружение! Чем скорее мы уйдем от этого бота, тем больше шансов, что нас не смогут засечь.
Подводная лодка, которая, оказывается, была присоединена к днищу рыболовецкого бота, бесшумно пошла ко дну. Ко представила себе, как пытается выбраться из кипящей воды механик, которого оставили в трюме бота.
— Девушка, — приказал капитан Брасс, — следуйте за мной.
Глаза еще не привыкли к полутьме — Ко пошла на голос капитана, дотрагиваясь до стены. Стена чуть дрожала — ей передавалась вибрация двигателя. Видно, подводную лодку раздобыли в каком-то музее.
Ко вошла в маленькую кают-компанию лодки — там умещались диван, стол, на стене висела репродукция с картины «Иван Грозный убивает своего сына», принадлежавшей кисти художника Репина.
— Садитесь здесь и ждите, когда все благополучно кончится, мисс, — вежливо предложил капитан. И так как Ко вдруг почувствовала, что смертельно устала, она с благодарностью подчинилась приказанию капитана Брасса. Подводная лодка, урча двигателями, мчалась вперед, куда-то к Шпицбергену. В ней было тепло и царили запахи железа и масла.
Подогнув под себя ноги, Ко прилегла на диван.
И тут же задремала.
* * *
Во сне Ко привиделась собственная свадьба. Она была в белом платье, жених шел рядом, и она знала, что это — ее жених, хотя никогда раньше не видела этого человека. Ее не столько беспокоил этот странный факт, как то, что подвенечное платье сшито неудачно, вот-вот пойдет по шву, и тогда все увидят, что у Ко кривые волосатые ноги, чего раньше у нее не было. Значит, ей без ее согласия подсунули чужое тело, к тому же некрасивое.
Священнослужитель, перед которым они остановились, был одет в белое, за плечами у него поднимались большие черно-белые крылья, как у сороки. Он спросил Ко, согласна ли она выйти замуж за это чудовище, Ко поглядела на жениха — и на самом деле увидела чудовище.