Представитель по доверенности (СИ)

— То есть ты считаешь, что так можно — поднасрать нам с девчонкой, чуть все дело не испортить, а теперь мне бутылку показать и посчитать. Что все забыто?
— Паша, у меня три бутылки, и я правда больше не буду. А Валентине я духи купил, Шанель номер пять. А три бутылки купил, потому что денег больше нет. Могу вам с Валентиной половину будущей зарплаты отдать, что мне за вынужденный прогул выплатят… Ну, если конечно вы дело выиграете…
— Не надо мне твоих денег. — я вытащил из руки Виктора пакет и выдернул бутылку из-под куртки: — И не думай, что от чего-то откажусь.
Коньяк оказался армянский, в черных бутылках, которые я убрал за сейф. Качество, конечно, не «хенесси», но для подарков вполне пойдет, вид вполне авантажный.
— Ну, наливай! — обрадованный Виктор, радостно потирая ладони, плюхнулся на стул.
— А вот хрен тебе «наливай», мне работать надо. Да и тебе тоже. Доставай блокнотом записывай.
Виктор пару минут старательно ощупывал себя, делая вид, что вот-вот найдет записную книжку, после чего, смущенно попросил у меня листок бумаги.
— Витя, прекращай, мне бухать сейчас некогда, и тебе, если деньги нужны, то тоже завязывай. Короче, слушай и записывай.
Я продиктовал, мгновенно ставшему серьезным, доморощенному частному детективу, данные хозяев похищенных автомобилей, что, по моим подозрениям, Столяров перегнал на берега Катуни и Бии.
— Записал? Слушай сюда дальше — я подозреваю, что машины отогнали в Горно-Алтайск и там реализовали, и я, вероятно, знаю, как мне их найти. Но, командировку мне не дадут, а если и дадут, до за сорок пять рублей суточных я ломаться не собираюсь. Поэтому иди до граждан, договаривайся на пособие тебе и оплату суточных на меня и Руслана, потому, как вдвоем мы с тобой не справимся. Но только нормальные суточные — я парой пирожков в сутки обходится не могу, и бензин — «восьмидесятку» моя «Нива» кушать не будет. Ну и гостиница — на нормальный номер, чтобы мы не с клопами спали. И еще, сразу договаривайся, если что, то человек должен за машиной сразу к нам выехать, мы зимой оттуда, если изымем, сами не погоним. Все понял?
Проводив на улицу окрыленного Виктора, что убежал охмурять потерпевших, я сел в машину и поехал в сторону Мироедского поселка, где на базе разорившейся автобазы, путем слияния и поглощения, начала оперятся фирма '«Энергоспецремонтгарантия», которую слепили на базе уворованных у завода активов два предприимчивых начальника цеха.
Сейчас на заводе несколько десятков человек написали заявления о отпуске за свой счет, скорее всего, из них будет сформирована бригада на проведение ремонта, который наглые конкуренты перехватили у нас. Срок начала работ по договору, скорее всего тот же, что и был в первоначальном договоре с нами, следовательно, оборудование и материалы на место ремонта вывезут отсюда через несколько дней. Территория, где располагалась база конкурентов, не нашего района, да и завод располагался не на моей территории, что осложняло задачу.
Я покрутился вокруг забора, нашел дыру в бетонном ограждении, находящуюся в противоположном углу от проходной, заботливо прикрытую металлическим листом, но, когда попытался его отодвинуть и проникнуть на территорию базы, из-за угла выскочили три низкорослых, кривоногих, кобелька, судя по окрасу, кровные родственники и громко, на всю округу, обгавкали меня, поэтому пришлось ретироваться на солоно хлебавши, пока к месту события не подоспел сторож или кто-то из местной администрации.
Следующим утром я позвонил своему «куратору» в городское УВД:
— Михаил, привет, это Паша из Дорожного тебя беспокоит.
Старший лейтенант Коляев Михаил Иванович, опер из отдела по угонам городского УВД сразу почувствовал, что я звоню не просто так, а по «жирному» делу.
Я не стал тянуть кота за хвост, а сразу предложил Мише бартер — он пробивает для меня возбуждение уголовного дела по факту хищения оборудования и материалов на заводе, а я «дарю» ему десяток раскрытий краж машин, когда поеду на Алтай.
Миша коротко кинул «Не по телефону» и уже через двадцать минут топал ботинками по лестнице, ведущей в мой подвал. В течении часа мы с городским опером прошли через пять стадий неизбежного решения: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие, и Мише пришлось пообещать, что ввиду существенной суммы похищенного дело будет возбужденно городским следствием, и он будет его курировать, с моей подачи, не подпуская в оперативное сопровождение по делу всяких разных ОБЭПников и прочих любителей поживится при экономических уголовных делах. Мне оставалось всего ничего — «размотать» до самого донышка, сидящего на «сутках», Столярова Игоря, найти в горах Алтая эти чертовы машины и обнаружить на базе фирмы «Энергоспецремонтгарантия» доказательства, что подготовленные к отправке на Восток материалы похищены со складов завода.
 
Чтобы возбуждение экономического дела не сорвалось, я решил в ночь с субботы на воскресенье проникнуть на территорию базы, по возможности осмотреть территорию, чтобы знать, где искать доказательства хищения.
В субботу, отсидев на работе до обеда, так как набивший оскомину усиленный вариант несения службы, который не прекращался никогда, требовал вывода пятидесяти процентов личного состава на службу в выходные дни, я вернулся домой, повалялся на диване, выгулял пса, пообедал, совмести это с ужином и, после одиннадцати часов вечера, одевшись во все черное и то, что не жалко было порвать, выехал в сторону Мироедского поселка, положив в карман черной телогрейки, завернутый в плотную бумагу, кусок копченого мяса, порезанного на мелкие кусочки. Этим мясом я намеривался отвлечь злобную стаю «двортерьеров», охранявших базу. Но планом моим не суждено было сбыться, когда в районе горбатого моста под колеса моей машины выскочила, забывшая обо всем собачья свадьба, заставив меня тормозить в пол, так что короткую «Ниву» выбросило из накатанной снежной колеи.
Посмотрев на полтора десятка, забывших обо всем собак, я надел нитяные перчатки, пинками разогнал роняющих слюну кобелей и ухватив за зад и холку, выдернул из хоровода четвероногих кавалеров, течкующую суку — маленькую, вытянутую пародию на бассета и таксу одновременно. Бросив дворнягу на расстеленный в багажнике мешок, я сунул ей в зубы грамм триста копченого мяса, после чего сел за руль и дал «газу». Обманутая стая гналась за моей машиной метров триста, пока не отстала на следующем подъеме. Сука в багажнике громко чавкала угощение и ни о чем больше не мечтала, а я мчал машину по пустым улицам, надеясь побыстрее закончить дело. Бросив машину метрах в трехстах от базы, я растолкал довольную всем, задремавшую от тепла и сытости собаку, и, выбросив мешок (неизвестно, сколько на него упало блох), ухватил собаку за шкирку, потащил ее к воротам базы. Любопытные собачьи морды высунулись из-под металлических ворот базы почти сразу после нашего появления, а через пару минут, не обращая на меня ни малейшего внимания, вокруг четвероногой «барышни» прыгали четверо братьев и одна сестра, очевидно, прибежавшая за компанию.
Я толкнул повизгивающую от волнения сучку от себя, и она помчалась куда-то, вдоль по улице, а за ней молча бросилась вся эта многоногая стая мохнатых кавалеров, теперь пару часов, как минимум, никто меня не побеспокоит.
Из сторожки базы доносились пьяные голоса и звук телевизора, очевидно, к местному сторожу пришли гости, поэтому я, не особо хоронясь, пошел вдоль забора в сторону дырки, закрытой стальным листом.
В склад я пролез через окно — кто-то, проветривая помещения после курильщиков, поленился закрыть разбухшую от времени, деревянную раму до конца, и я, очень медленно, распахнул створку.
Не могу сказать, что все материалы, обнаруженные мной на складе имели какую-то идентификацию, но и тут можно было считать номера партий косвенным доказательством. Прямым доказательством были протоколы испытаний на прочность, прилагаемые к различным талям и металлическим тросам, прилагаемые к каждому приспособлению, где в качестве заказчика был указан завод — тратится на проведение своих испытаний новые владельцы ворованного имущества не посчитали нужным. Ну и многочисленные измерительные приборы, и сложные приспособления, представленные здесь в огромном количестве, имели инвентарные номера, данные о поверке и прочие обозначения. Я очень сомневаюсь, что кто-то в новообразованной АОЗТ «Энергоспецремонтгарантия» озаботился уничтожением старых номеров и набивкой новых, поэтому я, не стесняясь пользоваться фонариком (гулянка в сторожке у ворот набирала обороты), старательно переписывал в блокнот инвентарные номера и марки-модели приспособлений.