О ком молчит Вереск. Вторая часть дилогии

– Мамиии, ты необъективна, ты просто любишь меня, и я для тебя всегда буду маленькой.
К дому подъехала машина моего мужа, и Мами отпустила меня. Отпрянула от окна.
– Я пойду на кухню. Дел полно. Заболталась здесь с тобой.
– Не поздороваешься с Марко? Он наверняка привез тебе из Рима мармелад, как ты любишь.
– Поздороваюсь. Чуть позже. Обязательно.
И неестественно улыбнулась. Мами. Она совершенно не изменилась. Казалось, время не властно над ней. Лишь больше седых волос и ни одной морщины на лоснящемся черном лице. Как же сильно я ее любила, она стала для меня самым родным человеком после Чезаре.
***
– Ты занят?
– Для тебя я всегда свободен.
Марко улыбнулся и придержал дверь, пропуская меня в кабинет. Как всегда, выглядит аристократично в элегантном костюме, с причесанными назад волосами, чисто выбрит, благоухает дорогим парфюмом. Кто бы сказал, что этого человека будут уважать и бояться? Кто бы сказал, что он продержится в кресле капо долгих пятнадцать лет, и люди будут присягать ему в верности? Кто бы сказал, что он сможет занять место Сальваторе и получить верность его людей.
Все так же худощав, угловат, но статус, власть и умение подать себя скрадывали недостатки… Для всех, кроме меня. Для меня Марко не изменился. Как и мое отношение к нему.
– Спасибо… Чезаре сказал мне, что ты собрался отвезти нас в Палермо.
Марко вернулся к столу, открывая кейс, доставая оттуда документы.
– Да. Он просил показать, где проходило его детство, и я не счел это чем-то ужасным. Пусть мальчик знает, что от него ничего не скрывают.
– Вы говорили о… о нем?
На доли секунд Марко удержал бумаги в руках, а потом все же положил на стол.
– Да, мы говорили о нем. И это неизбежно, Юля. Он существовал, он был членом нашей семьи.
– Существовал… ты всегда говоришь в прошедшем времени.
Повторила я и закрыла дверь кабинета.
– Ты хочешь рассказать Чезаре, что он не твой сын?
– Нет! Конечно же, нет! Он приезжал ко мне в офис, я рассказывал ему о делах корпорации, и мне позвонил маклер. Появился покупатель на дом. Чезаре задал вопросы, и я на них ответил, а потом пообещал ему экскурсию. Он захотел взять тебя с собой…
– А почему не сказали об этом мне?
Марко пожал плечами.
– Случая не подвернулось. Ну вот ты уже знаешь. Что такое? – снова подошел ко мне и коснулся кончиками пальцев моего лица. – Что тебя беспокоит? Пусть посмотрит на дом. В твой День рождения сделай ему такой подарок.
Увернулась от прикосновения, и Марко сжал пальцы в кулак, поджал губы.
– Я думал, что после моей поездки в Рим ты обдумаешь наш последний разговор… Юля. Я говорил с падре Бернардо, и он может это сделать прямо сегодня… Как раз соберутся гости, наша семья.
Вздрогнула, когда напомнил, и отошла к полке с книгами, машинально начала их поправлять.
– Прости… но я пока не готова.
Оказался сзади и положил руки мне на плечи.
– Я ждал пятнадцать лет, любимая. Пятнадцать. Все это время наш брак был фикцией, всего лишь бумажкой, соглашением. Я ни о чем тебя не просил и не настаивал. Я любил тебя молча и преданно.
Развернул меня к себе.
– Прошли годы… а моя страсть неизменна, я жажду тебя, хочу тебя. Ни одна другая женщина не заняла твоего места в моем сердце. Давай начнем жить… друг для друга. Давай обвенчаемся. Ты подаришь мне детей….
Я высвободилась из его объятий и отошла к журнальному столу со свежей прессой.
– Я не могу венчаться с тобой, Марко… я уже венчана.
– ТЫ? Или некая, как ее там звали, я не помню!
– Я! Там была я! Приносила клятвы, обещания… Я! Какая разница, какое имя произносилось. Там была я.
– И что! Ты по-прежнему считаешь, что принадлежишь ему? Ты это чувствуешь?
Снова схватил меня и сдавил своими на удивление сильными руками.
– Он давно мертв. Даже если бы это венчание было настоящим, ты уже стала вдовой.
– Ложь!
Повернулась так быстро, что Марко от неожиданности отпрянул назад.
– Он жив! Я знаю, что он жив! Если бы он умер, я бы почувствовала!
 
– И за пятнадцать лет ни разу не объявился? – усмехнулся Марко и поправил галстук. – Какая разница, что с ним? Имеет значение, что я рядом, что мы с тобой вместе и можем быть счастливыми, Юляяя.
«– Но им не сравниться с твоими глазами, Вереск. 
Марко вышел из комнаты, а Сальваторе стянул с моего плеча рукав платья и прижался к коже горячими губами. 
– В другой стране мы начнем все сначала. Слышишь? Ты будешь счастлива. Я обещаю.
Я повела плечом, отстраняясь.
– Не обещай… я никогда не буду с тобой счастлива. 
– Почему? – страстно спросил он и силой прижал меня к себе. 
– Воскреси моих родителей и только потом проси быть счастливой с тобой. Верни мою жизнь, мою беззаботность… верни Вереск!
Резко развернул меня к себе.
– Вот она – Вереск… смотрю на нее, вдыхаю ее запах. Она источает восхитительнейший аромат.
– А мне воняет трупным смрадом. Ты…ты воняешь смертью!»
Быстро начал ковыряться в кармане, достал бархатную коробочку, поправил очки и протянул коробочку мне.
– Открой.
Я нерешительно приподняла крышку и судорожно глотнула воздух.
– Обвенчайся со мной и стань мне настоящей женой, раздели со мной постель…. роди мне детей.
Я смотрела на кольцо, чувствуя, как тяжело сдавливает мою грудь, как трудно дышать. Он прав. Он больше всех достоин стать моим мужем, достоин любви. А что, если попробовать. Что, если дать нам шанс. Столько лет прошло. Паук давно забыл обо мне. Паук… проклятый, лживый Паук, предатель, ублюдок, бросивший меня умирать, бросивший нашего ребенка…
В двери постучали, и я отошла вместе с кольцом к окну, сдавливая коробочку и чувствуя отторжение, чувствуя, как внутри я не готова принять это предложение.
– Там внизу посыльный с цветами для синьоры.
Отодвинула штору и вцепилась в нее помертвевшими пальцами, застыла, глядя, как в дом заносят огромный букет вересковых колосьев, перевязанный желтой лентой. Уронила коробочку, выскочила в коридор, сбежала по лестнице и схватила посыльного за рукав.
– Кто! Кто прислал эти цветы?
От неожиданности паренек быстро заморгал.
– Простите, синьора… не знаю. Мы – служба доставки… я – курьер…. цветы заказали через сайт, наверное.
– Вереск через сайт? Кому нужны эти сорняки! А записку! Что-то оставили?
– Ннннет, ничего не оставили. Простите, синьора, что-то не так? Вы можете оставить жалобу на сайте, вот наша визитка и… Хотите, я унесу букет?
– Нет… давай сюда.
Забрала цветы, и от запаха вереска закружилась голова.
– Бруно, дай этому мальчику на чай.
Долго смотрела ему вслед, сжимая в руках огромный букет, и чувствовала, как подгибаются колени и темнеет перед глазами.
– Ты обронила мой подарок, любимая.
Обернулась, посмотрела невидящим взглядом на Марко, а тот покрутил у меня перед глазами бархатной коробочкой.
– Да… уронила. Оно прелестно. Извини. Я пойду к себе. У меня голова разболелась.
– Бруно! – зычно крикнул Марко, впившись взглядом в букет. – Вышвырни этот веник в мусор!
– Нет! Не надо! Пусть останутся!
Рука Марко сомкнулась на моем локте.
– Что? Представила, что они от него? Не льсти себе! Даже если он и жив, ему всегда было плевать на тебя!
– Отпусти! – попыталась выдернуть руку, но он сжал сильнее. – Ты делаешь мне больно, Марко! Отпусти меня немедленно!
Пальцы разжались, и его худое лицо обрело самое обычное выражение растерянности. Как будто на меня смотрел совсем другой человек. Злобный оскал тут же исчез.
 
– Прости, я не знаю, что на меня нашло. Иди… переоденься, поедем смотреть дом. Отдай эти сорняки Бруно.
Я долго смотрела Марко в глаза, продолжая сжимать цветы в руках.