Перо Демиурга. Том II (СИ)

Здоровье Правой Длани давно упало ниже 50 %. Кастеры не забывали о нём.
Наплевав на собственную безопасность, скользнул вперёд сквозь огонь. Ярость бури. Хлопок ударил по ушам. Бесполезно. Резист. Брокейн шевельнул рукой, и вся правая сторона моей груди превратилась в раздробленное месиво. Будто под табун лошадей попал, и каждая сочла своим долгом оттоптаться на мне.
Агония. Время вязкое, как кисель.
Где-то далеко добивают гвардейцев. Я слышу их крики.
Рот наполняется кровью. Дыхание рваное и болезненное с хрипами вырывается из горла. Плевать на боль. Удар в спину. Кортик по гарду меж лопаток эльфа. Кислотный плевок.
Глефа уводит летающий меч Зарракоса в сторону, а второй её конец разваливает нагрудник Цабала на две части. Дроу ведёт, но вертикальным взмахом он разрубает плоть между шеей и плечом врага.
Волны исцеления, затягивают мои раны.
Брокейн щерится, являя миру кровавый оскал. Загнанное в угол животное.
Очередная смертельная мельница. Глефа плетёт и плетёт веретено вокруг высокой фигуры Длани. Волны энергии слетают с неё, усугубляя наши раны.
Левая рука Зарракоса лишается трёх пальцев. Мой пресс и бедро раскрываются на две части. Порезы глубокие настолько, что видны рёбра и кость.
Плевать. На. Боль.
Осенний листопад.
Я кружу вокруг эльфа, вгоняя раз за разом кортик в его плоть. Паучьи лапы перфорируют доспех.
Чувствую во рту кровь от прокушенных губ. В этот момент я ненавижу врага. Я желаю его смерти.
Брокейн изворачивается под горизонтальным взмахом тифлинга и выбрасывает руку далеко вперёд. Игнорирую. Глаза фиксируют точки для уколов. Семь раз мне удаётся погрузить кинжал в его тело.
Ему плохо. Ему мучительно больно. И я рад!
Эльф замедляется.
Ледяной диск отрывает кусок челюсти Длани. Звуковая струна лишает его глаза. Давай, Цабал, поднажми! Меч Зарракоса, покрытый пузырящейся плёнкой, перерубает рефлекторно вскинутое запястье и скрывается в златокудрой голове противника. Погружается едва ли до переносицы, но Брокейн замирает. Его рука удивлённо тянется к лицу.
Перехватив кинжал обратным хватом, вгоняю его в череп ублюдка. Хрустит тонкая височная кость. Рву её на себя.
Словно марионетка с обрезанными нитками, Правая Длань валится на пол.
Уф. Сука.
Дышу часто и судорожно. Всё тело ломит от боли, закрывающихся ран, но глаза фиксируют два тела. Два?!
Цабал лежит на спине.
Кровь пузырится у него на груди. Глубокий проникающий укол. Прямо напротив сердца.
Конец
* * *