Наследник для генерала-дракона (СИ)
Но теперь все стало по-другому. Я не мог объяснить, как, но я продолжал чувствовать связь.
Может быть, она усилилась потому, что метка теперь была и на моей руке тоже? Даже истонченная, даже разделенная надвое непреодолимым барьером между двумя мирами, она продолжала тянуться от нее ко мне.
Я знал, что Сафир где-то там думает обо мне. Ищет способ вернуться. Она обещала!
Магический купол за прошедшие месяцы расширился втрое: слова своего Гранн не сдержал. Впрочем, ничего другого я от него и не ожидал: на войне и в любви все средства хороши.
Он обозлился на что-то, стал воевать жестче. Его солдаты делали регулярные вылазки через барьер, нам пришлось еще сильнее отодвигаться назад.
Но когда-нибудь его удача закончится. Сила, поддерживающая барьер такого размера, не может быть бесконечной. Наше стратегическое отступление – не провал. Я еще выиграю эту войну.
Если, конечно, это кому-нибудь будет нужно, потому что Хитэм предложил бросить это бесполезное занятие. Он еще ничего не сделал, а уже устал. Неровен час, подпишет мирный договор и оставит Лессандрию в покое.
А какие были грандиозные планы! Молодой король – завоеватель! Прославиться хотел подвигами, мол, не успел трон отца занять, а уже вон какой успех. Чтобы все запомнили. Чтобы боялись и уважали.
И что в итоге? Война проиграна, истинная сбежала, фрейлины надоели… что дальше? В монастырь подастся?
Вздохнув, я дал указание офицерам вновь отвести войска на безопасное расстояние. А сам привычно обернулся крылатым зверем, чтобы навестить свою беременную женщину, кем бы она ни была.
Срок подходил к концу. Вот-вот начнутся роды. Мне не терпелось увидеть сына.
Как бы там ни было, я был благодарен местной Сафир за то, что она прекратила чудить и смирилась со своим положением моей… хм, должницы.
Летя над зелеными просторами в свой самый ближайший фамильный замок, где устроил с комфортом мисс Астен дохаживать беременность, я вспоминал, насколько другой она вернулась сюда.
Проснулся, а она сидит рядом на скромненькой постели и плачет.
«Прости, - сказала, - но я – не она. Твоя девчонка ушла. Клянусь, я не стану вредить ребенку! Я была дурой в прошлый раз. Но и понимания от меня не жди, дракон. Рожу, будь добр, выполни все свои обещания, отпусти меня, обеспечив приданым и охраной. Ребенка можешь себе оставить, я возражать не стану».
О, как я проклинал свою безалаберность! Ну, это же надо забыть обо всем на свете до такой степени! А она хороша: клялась, что больше не оставит меня! И где она сейчас?!
«Она вернется», - твердо сказал я тогда, мое беспокойство было удивительно легким.
Она ведь пообещала, что найдет путь назад. И в этот раз я ей почему-то поверил.
Может, из-за метки. Может, потому что она искренне клялась мне в любви. Может, потому что устал сопротивляться…
Но время шло, надежду и терпение я уже начал терять.
Когда я приземлился на балкон и вошел в покои Сафир, она опять рыдала.
Теперь она плакала каждый божий день, как совсем обычная девушка. В ней не узнать стало ту боевую и злобную девку, размахивающую моим мечом и ругающуюся отборным солдатским матом. Что-то ее сломало.
- Что случилось? – моё сердце невольно сжалось, дракон съежился и скулил, вдыхая сладкий запах своей и одновременно такой чужой девицы.
Предчувствие росло, бездействие угнетало. Чем больше проходило времени, тем сильнее я понимал: в том мире что-то произошло, она не вернется назад. Если бы могла, уже давно была бы здесь!
- Я просто осознала, - всхлипывала в истерике Сафир, вытирая рукавом мокрое от слез лицо, - что это навсегда. Она не вернется, Раш. Это стало невозможно. И я не вернусь туда…
Больно. Дракон поджал лапы, выпустил когти и изнутри рвал меня на части, требуя вернуть истинную любой ценой.
«Сделай что-нибудь, сделай», - рычал он, обливаясь кровью, и царапал душу.
- Вернётся, - заявил я твердо, хотя прежней веры уже не стало.
Поднялся в небо, проревел свою боль небесам и закрыл глаза. Просто парил на потоках ветра, отдав дракону контроль. Давай, зверь, ищи ее, раз нужна, давай…
Вот она, наша связь. Тянула за собой, словно дорожка следов, оставленная в бесконечном пространстве. Туда, где я бывал не один раз, отчаянно ища разлом, который просто обязан существовать!
Знакомый путь я преодолел за считанные минуты. Мощно приземлился на вытоптанную моими же лапами, выжженную моей яростью площадку – в нескольких часах пешего пути от того самого замка Гранна.
Заброшенный во время войны, он постепенно приходил в запустение. Дорожки обрастали травой, каменные стены – вьюнами. Прислуга давно покинула это место, а что случилось с той пленницей-ведьмой, я не знал. Да и никогда не узнаю.
Мы с Эрлоном Гранном перестали быть друзьями еще в военной академии. Теперь мы, очевидно, заклятые враги, и причина не только в войне.
Вздохнув, я проследовал старой, заросшей дорогой, ведущей на лесоповал. Здесь пахло сырой землей, грибницей и приближающимися холодами.
Замок стоял на скалистом плато, и здесь, наверху, уже наступила осень. Листья с деревьев опали, сухим, толстым слоем хрустя под ногами. Ночью, наверное, их уже схватывал мороз.
Вот он, барьер между моим миром и Запредельным. Я даже не предполагал никогда, что он реально существовал, это была просто легенда. Сафир, а точнее, Милена превратила миф – в явь.
Я ощущал нашу с ней связь здесь особенно остро. Казалось, я иногда слышу даже ее голос, ее мысли, ее ответную тоску по мне.
«Сюда! – кричал я ей тогда сквозь препятствие и расстояние. – Ко мне иди, ведьма. Ко мне, я сказал»!
Слышала ли она меня? Иногда мне казалось, что да. Но она была простым человеком и ее магические способности были такими слабыми…
Вот она, нить! Я видел то место, где она обрывалась. Вела меня вперед, а затем р-раз, и нет ее.
Я чувствовал исходящее отовсюду тепло, будто источник неизвестной магии совсем рядом. Ну, вот же он, прямо здесь, только руку протянуть! Шагнуть – и окажусь на той стороне.
Но нет. Это не работало так. Вибрация ощущалась, разлом был где-то здесь, но я не видел его, не мог осязать его. Нить… просто кончалась, обрывалась, и всё.
Я прилетал сюда каждую свободную минуту, одержимый этой невероятной идеей – попасть в Запредельный мир. Не знал, как найду путь, но однажды я обязательно постучу в нужную дверь, которую откроет моя потрясенная истинная.
Чертовски глупо и романтично. Во что я за это время превратился? В наивного мальчишку, снова верящего в чудеса? Да нет, я даже в детстве подобными вещами не страдал.