Невинная для киллера (СИ)

Меня прошибает озноб от его пальцев, которыми зарывается в мои волосы. Углубляет поцелуй, проникая глубже, утягивая меня за собой в сумасшедший водоворот ощущений.
Обвиваю его шею руками, слегка поглаживая, после веду ими к лицу и укладываю ладошки ему на щеки. И в удивлении ахаю, выдыхая ему в губы. Осторожно веду пальчиками к его глазам и подтверждаю свои догадки, нащупав мокрые ресницы.
Он плакал во сне.
Что может заставить мужчину плакать?
Эта мысль с такой силой меня прошибает, парализует, что я застываю в оцепенении.
Он понимает мою заминку и тоже замирает.
— Будешь жалеть? Смеяться или сочувствовать? — произносит хрипло, все еще не меняя своей позиции, лишь чуть отстранившись от меня.
— Нет, ничего из того, что ты перечислил.
— А что же тогда? — слышу его усмешку.
— Я хочу тебя поддержать, может помочь, — перехожу на шепот.
Он тяжело выдыхает и упирается своим лбом в мой и замирает.
— Зачем ты пришла, Ян-а-а? — тянет буквы моего имени, с хриплыми нотками, от которых мурашки бегут по коже.
— Я не могу находиться в стороне и ничего не делать. Мне плохо от мысли как плохо тебе. Я хочу помочь…
— Останься со мной, — неуверенно звучат его слова. — Я не обижу тебя, — ведет носом по шее и осторожно целует у ушка.
— Я знаю, — отвечаю еле слышно и добавляю. — Я чувствую это.
Он в ответ молчит и лишь перекатывается на бок, прижимая меня к себе. Я обвиваю его за шею, поглаживая коротко стриженый затылок. А вскоре я слышу его мерное дыхание. И понимаю, что он уснул.
Я еще какое-то время лежу, перебирая мысли в голове, наслаждаясь его близостью.
Такой сильный и уверенный на первый взгляд мужчина, внутри оказывается нежным и мягким, что очень сложно сопоставить с его образом, что сложился у меня в голове.
И его слезы… как же мне хочется помочь ему справиться с той болью, с которой он живет все это время.
  
Глава 26. Богдан
 
Просыпаюсь от того, что не могу пошевелиться, тело затекло. Открываю глаза и вижу ее. Такую… не передать словами. Нежного молочного цвета кожа, даже боюсь представить себе какая она там, под одеждой. Прикусываю щеку с внутренней стороны, чтобы понять, что я не сплю и не наделать глупостей.
Рассматриваю ее личико в такой максимальной близости и безмятежности. Веснушки. Еле видимые, на носу и немного на щеках. Взгляд так и скользит от лица по тонкой шее к груди, ложбинка которой так и манит. Черт. Футболка чуть съехала и открывает взгляду неописуемую красоту.
Спокойно, Бо!
Списываю это только на нехватку женского внимания и ласки. Сколько у меня не было женщины? Я как чертов монах, давший обет безбрачия. В домашних штанах уже тесно до безумия. Еще немного и из глаз искры посыпятся, потому что мозг начинает бомбить.
Я рядом с ней совсем другой. Словно та броня, которой заковал себя, дала трещину и постепенно приходит в негодность. Но я стараюсь даже не дышать в ее сторону. Сам себя подставил, предложив ей остаться. Но я не мог поступить иначе. Мне нужна была она. Да и вообще я начинаю бояться своих желаний, которые вдруг активизировались. Мозг подкидывает картинки, которые не могут оставить равнодушным.
Сжимаю всю свою волю в кулак и, стиснув зубы, закрываю глаза. Хватит.
— Проснулся? — не открывая глаз, спрашивает девушка.
— Ты разбудила, — зачем то говорю я.
— Как? — все так же, не открывая глаз, интересуется она.
— Храпишь как паровоз, — с усмешкой отвечаю я.
— Врешь ты все. Мне тогда Яр сказал бы, что я страдаю этим. Так что не принято, — на губах расплывается нежная улыбка.
А я зависаю на губах. Ведь я целовал ее. Как только не спугнул своим напором. Но она не сопротивлялась, а наоборот…
— Я пойду, а то Ярик сейчас проснется и меня не увидит, будет скандал, — все та же легкая улыбка и она осторожно встает с постели и выходит из комнаты, оставив мне лишь только свой запах и тепло на простынях.
Яна вышла из спальни, тихо прикрыв за собой дверь. А я так и остался смотреть ей вслед и думал-думал-думал.
 
Могу ли я быть ей не безразличен? Или это всего лишь ответ на мою помощь? Что, черт возьми, между нами происходит? Давай, Бо, соображай своими потекшими мозгами. Ты мужик, в конце концов, или кто?
Так в том то и дело что мужик, а она чертовски красивая девушка. Да еще и сама приходит ко мне.
Так! Стоп! Все, в горизонтальной плоскости просто без толку думать о важном.
Сел на край кровати и обхватил голову руками.
Жду сегодня звонка от Алехина, а там уже дальше строить план. А еще нужно поговорить с Яной. Объяснить, что сорвался ночью, что не смог удержать свои эмоции. И что не стоит ко мне заходить, потому что… да потому что я не железный. Не железный!
Да и есть одна очень веская причина того, что нам ну никак нельзя сближаться. Это моя работа.
От мыслей отвлекает звонок телефона, на котором высвечивается имя знакомого.
— Надеюсь с хорошими новостями, — начинаю сразу, как только отвечаю.
— Конечно. Выбил местечко для девушки. Проблема лишь в том, что будет окно через неделю. Раньше никак. Этой клинике доверяю. Но если нужно, буду искать другой вариант.
— Нет. Ждем, значит, место здесь, — потираю переносицу, прикидывая в уме, что делать дальше. У меня еще четыре дня до получения информации по заказу. Один черт, чувствую не отвертеться мне от него, как бы ни хотелось.
— Вот и отлично. Скину ближе к дате адрес. Все, до связи, — прощается Семен.
Снова вносить коррективы.
Выхожу из комнаты, когда за Яриком закрылась входная дверь. Ушел в школу. Как ни странно, он вроде бы внял моим словам и припрятал иголки. Яну нахожу на кухне, после того как принял душ. На часах почти восемь. А значит, еще целый день впереди и его желательно провести не рядом с девушкой. Нужно еще уладить пару моментов в клубе. Вот этим и займусь.
— Ярик ушел, — стоит только зайти как Яна, не поворачиваясь, стоя у окна, произносит. — На удивление, спокоен.
— Я с ним вчера немного поговорил. Не нравлюсь ему я, видите ли, — хмыкаю, вспоминая разговор. — Но я и не девочка, чтобы нравится, верно? — подхожу к ней, почти вплотную. В голове уже вовсю горит и мигает красный сигнал. Осторожно! Вдыхаю полной грудью ее запах. Черт, это даже хуже чем я предполагал. — Нам нужно кое-что обсудить с тобой. Это достаточно важно, — начинаю, все так же стоя у нее за спиной.
— Я догадываюсь, о чем пойдет речь, — удивляет меня девушка. — Я не войду к тебе больше. Я поняла, — слышу тяжелый вздох и вижу, как опускаются ее плечи.
Откуда она знает, что я хочу ей сказать? Вот откуда? Или она мои мысли читает?
— Да я не… — замялся как юнец.
— Богдан, — поворачивается ко мне и, не поднимая головы, укладывает свои ладошки мне на грудь, продолжает говорить. — Я ведь хотела как лучше. Если тебе не нужно мое общество, не нужно извиняться или искать слова. Просто занимайся своими делами. Я и одна переживу все это. Тут это сделать гораздо проще, чем там, с теткой.
— Да, дела есть и мне нужно будет отъехать. Но я не об этом. Звонил Алехин. Место будет через неделю, так что остается только ждать.
— Я еще не знаю, насколько мне это все нужно. Ты так хочешь мне помочь, а я не знаю, как к этому относится. И да, не хмурься, понимаю, что напоминаю брата своим недоверием или сомнениями.
— Вовсе нет. Ты боишься. И это понятно. Но нужно бороться. Я помогу, — сам не осознавая, что делаю, обвиваю ее талию руками и прижимаю к себе, утыкаясь носом в волосы. И, черт возьми, я хмурился, действительно.
 
— Я согласна бороться, но только с тобой.
Эти слова меня застают врасплох. Что я могу на это ответить? И я ведь хотел поговорить, расставить все точки и запятые. Что не нужно нам все это. Я ведь…
— Яна, — пытаюсь подобрать правильные слова, чтобы не обидеть эту девочку. — Я не тот человек, который нужен тебе. Я мало что могу сделать для вас и сделаю это. Но в скором времени наши пути разойдутся.