Доктор и Апокалипсис (СИ)

Вытащили Пакет наружу и загрузили его в мой БМП.
Аркаша теперь ведёт второй, а Баца я пересадил к себе, рассчитывая поддержать, но какое там…
Построив маршрут, выехали из Пирова-200.
Гудел двигатель, Елизавета потухшим взглядом смотрела себе под ноги, я бездумно пялился в триплекс, а Бац вёл БМП.
Осадок остался дерьмовый…
Аспирант — человек идеи. Смог бы я так же, окажись на его месте? Полностью, абсолютно целиком, пожертвовать собою ради дела… Не знаю.
В такие моменты до конца осознаёшь, какая это безгранично жестокая хуйня — жизнь.
//Город Семёнов. Трасса Р159. Ночь//
— Что будем делать, когда передадим Пакет лаборатории? — поинтересовался Сарама, сидящий на сиденье наводчика.
— Надо остаться там и дождаться, пока они не сделают вакцину, — выразила свою позицию Алевтина. — С иммунитетом можно будет не бояться…
— Они стараются сожрать всю плоть, — перебил её Сарама. — Какая разница, иммунным ты будешь или нет, если тебя обглодают до костей?
— Резон в том, что можно будет не опасаться умереть от случайных царапин, — раздражённо высказала Алевтина. — Докт…
— Внимание, мертвяки прямо по курсу! — заорал Бац. — Оружие к бою!
Я припал к ПКТ у амбразуры по левому борту, Алевтина к ПКТ в амбразуре по правому борту, а Сарама начал наводить 30-мм пушку на уже увиденные им цели.
— Это пипец! — сообщил он по шлемофонной связи. — Гигантский мертвяк бежит на нас! Загадочный!
«Загадочный» — это мертвяк, чей уровень не определяется. Из всех нас только я встречал такого, но подробно описал остальным.
— Огонь! — заорал Бац.
Загрохотала пушка, заряженная лентой с бронебойными подкалиберными снарядами. Мы решили, что когда понадобится бронебойность, перезаряжаться будет поздно, поэтому против лёгких целей решили применять пулемёты а основной калибр расходовать на крупные цели. Не зря.
Судя по радостным «Да! Да! Да!» Сарамы, кладёт он кучно.
— Отвернул! — сообщил он. — Бац, газу!
БМП дёрнуло и мы поехали существенно быстрее.
— С ним ещё кто-то был! — сообщил нам Бац. — Один странный какой-то!
В борт что-то сильно ударило.
— Ах, бля, чуть с трассы не ушли! — заорал Бац.
Обернулся. Один из ПКТ слетел с креплений и теперь валялся на полу десантного отделения.
Снова удар, но уже с моей стороны. Я даже заметить ничего не успел! Смотрю налево, один из ПКТ с гнутым стволом.
— Эта хуйня ломает пулемёты! — заорал я на всё отделение. — Сарама, видишь кого-нибудь?
— С ними был ещё какой-то! В камуфляже! — сообщил Сарама. — Он вообще не такой! Быстрый!
Жопа.
Перехожу на правый борт, становлюсь за целый ПКТ и полностью фокусируюсь на прицеле из пулемёта. По логике, следующим должен быть удар по правому борту.
Что-то мелькнуло, я зажал спусковой крючок и по высвеченному пламенем первого выстрела камуфляжному мертвяку полоснуло очередью из смертоносных пуль винтовочного калибра.
В борт всё же мертвяк ударил, но левее, чем надо было.
— Снёс пидора! — сообщил я. — Сарама, что там Загадочный?!
— Не вижу его! — сообщил парень, мониторя пространство через прицел с ночным видением.
— Аркаша, как дела?! — после щелчка тумблером на шлемофоне, спросил я.
— Вам в спину дышим, — ответил тот. — Что это была за хрень?
Я посмотрел в кормовое смотровое окошко и удостоверился в том, что на броне второго БМП никого нет и оно в полном порядке.
— Загадочный, — ответил я. — Смотреть в оба, ещё ничего не закончилось!
И…
Перебравшись обратно к стрелковой амбразуре левого борта, я лишь успел взяться за пулемёт, как мы резко остановились.
Мне показалось, будто на доли секунды я обрёл невесомость, а потом меня мощно врезало об потолок, затем об пол, а затем снова об потолок, а потом я отключился.
Начал приходить в себя под стон и скрип металла, кажется, у меня сломана левая нога. Приложил руку.
Желаете устранить данную травму [Закрытый перелом большеберцовой кости]?
 
1. Наложить…
Это мне наложить! Двойка!
Хруст — нога приняла естественное положение и перестала болеть. Класс…
Огляделся. Бац обнаружился на месте, в отключке. Алевтина лежит поломанная: руки вывернуты, одна нога касается головы.
Подползаю к Алевтине и прикладываю пальцы к шее. Живая.
Успеваю устранить только повреждения ног, когда по корпусу БМП начал бить кто-то очень сильный.
АКМ пропал без вести, видимо, улетел куда-то на пол и был погребён под вырвавшимися из креплений цинков с патронами…
Беру чей-то СКС, перевожу штык-нож в боевое положение и перебираюсь через завалы к выходу из десантного отсека. Равномерные удары раздаются именно с той стороны. Да, мертвяки сильны, но остаётся только пожелать им удачи в попытках пробить броню БМП-2Д голыми лапами…
Я нахожу придавленного канистрой Сараму, откладываю карабин и скидываю её с паренька.
Из повреждений — травма печени и многочисленные ссадины. Печень восстанавливаю за 10 единиц внутреннего ресурса, а с ссадинами пусть потом как-нибудь сам разбирается.
— Бац, — позвал я находящегося в отключке панка. — Бац!
Удары в двери десантного отделения прекратились, но кто-то взялся за рукоять левой дверцы и пытался дёргать её из стороны в сторону. Времени совсем нет…
Прикладываю руку к голове Баца.
Желаете устранить данную…
Нет времени читать, поэтому сразу же жму двойку, ощущаю неслабый такой приступ от потери внутреннего ресурса и хватаю бацевский АК74, чтобы сразу же навести его на открывшийся люк. Вижу камуфляж — стреляю.
Мертвяк будто почувствовал что-то, потому что за долю секунды до попадания пуль увернулся за дверцу.
— А-а-а… — простонал приходящий в себя Бац. — Что за… Док?
— Мы в жопе, Бац, — держа на прицеле открытую дверцу, сообщил я ему. — Хуй его знает, где вторая БМП, но наша перевёрнута и снаружи ходит очень стрёмный мертвяк в камуфляжной броне…
Именно в броне. Я заметил, что на нём стальная броня, которую окрасили в камуфляжный паттерн. Зачем это делать в преддверии текущей очень долгой зимы? Я без понятия. Но таких мы ещё не встречали.
Он умён, расчётлив, с инстинктом самосохранения и… явно выживал среди мертвяков почти столько же, сколько и мы.
Чёрч подери, Аспирант же говорил, что следует опасаться свежезаражённых!
На долю секунды мертвяк выглянул из-за бронедверцы, я сразу же дал очередь, но ублюдок вовремя убрал физиономию, поэтому пули лишь бессмысленно улетели прочь.
Я разглядел его морду. Покрытый камуфляжной краской шлем типа бацинет был лишён забрала, которое он сорвал грубой силой, если верить помятым обрывкам металла в области креплений. Шлем был надёжно прикреплён к голове ремнём, поэтому мертвяк не смог от него избавиться и притерпелся. Челюсть почти не помещалась в шлем, что свидетельствовало о том, что мертвяк уже успел знатно разожраться. Но, в отличие от иных мертвяков, не неприлично увеличился в размерах, а развился как-то иначе…
Блядство…
— Док, под нас нырнул здоровенный мертвяк… — не до конца пришедший в себя Бац начал восстанавливать хронику событий. — Просто нырнул из темноты… Нихрена потом не помню… Что происходит вообще?..
— Бац, у нас серьёзные проблемы! — крикнул я ему. — Вылезай, бери ствол и помоги мне!
— … — не ответил мне Бац.
Я на секунду оглянулся, чтобы посмотреть, как у него дела.
— Бац? — спросил я.
 
Лежит в отключке. Я пошёл вперёд. Вечность тут находится не получится. Скоро подойдут другие мертвяки, они всегда так делают, когда кто-то сильный подыхает. Глупо сближаться с быстрым мертвяком, но он не спешит подставляться под пули.
Тут я вспомнил про свето-шумовые гранаты, висящие на поясе. Пожалев десяток раз, что не подумал даже ослаблять усики предохранительной чеки, торопливыми движениями выдернул чеку и швырнул за дверь.