Доктор и Апокалипсис (СИ)
Шлем типа «салад» был дополнительно оборудован резиновой подкладкой, а также защитным бронестеклом, которое я выкорчевал из милицейского противопулевого щита. Обзор из этого шлема намного лучше, чем у оригинала, настолько, что можно даже прицельно стрелять из автомата.
Весил комплект ровно тридцать килограмм, в основном за счёт стальной хромированной кольчуги, имеющей три слоя.
По моему мнению, выковырять из этой брони человека без специальных инструментов будет очень сложно. Я оборудовал на поясе специальный замок с ключом, поэтому пока Бац не захочет, снять броню никто с него не сможет.
Видоизменение металла давалось намного проще, чем шин, как я полагаю, из-за гомогенности материала. В шинах-то сложный композит, а сталь — это сталь.
Такие же доспехи, но из стали чуть пожиже, получил Аркаша, а также Натти.
Алевтина не пожелала полностью заковываться в железо, поэтому я последний месяц денно и нощно корпел над кольчужной бронёй. Это было очень сложно, но я всё сделал.
А вдобавок, как закономерный результат, ещё и получил кольчугу «Качество: Превосходное» и +6000 единиц опыта.
За всё это время, исключительно на создании предметов, я поднял три уровня, получил очко способностей, а также поднял до 47 очков «Ремесло», что почти вдвое сократило расход исходных ресурсов.
Я помчался к Алевтине, которая сейчас должна быть в комнате отдыха.
— Аля, с тебя коньяк! — заявил я, влетая в комнату. — Мерь!
Обычно у меня получались изделия хорошего и отличного качества, эта кольчужная броня с зерцалом стала первым изделием со знаком качества «Превосходное». Уверен, это свидетельствует о том, что некоторые калибры огнестрела просто идут мимо. Но самое главное — вес! Каким-то хреном эта кольчужная броня, весившая килограмм двадцать, стало весить где-то около шести!
В комплекте шёл титановый шлем-армет с острым забралом из бронестекла, классифицируемый историографами как «воробьиный клюв». Вот в нём я был уверен, он точно выдержит прямое попадание из СВД!
Алевтина удивлённо смотрела на развёрнутую мной кольчугу.
— Ого, — всё, что она произнесла.
ОГО?!
— Не понял! — удивлённо воскликнул я, а затем начал закипать. — Я месяц эту ебучую кольчугу вот этими вот пальцами…
— Уау, круто! — спохватилась Алевтина.
Ага, круто… Эх…
— Всё, мне кажется, мы теперь готовы к поездке, — вздохнул я, меняя тему.
— Ага, давно пора! — воскликнул Бац. — Я уже устал в фифу катать…
На склад за бронетехникой мы сходили. Сейчас в нашем распоряжении три БМП-2Д в афганской модификации. Видимо, какими-то судьбами эти усиленные дополнительными бронелистами и стальными экранами машины миновали Афган и попали сразу в резерв на консервацию.
Боеприпасы к пушкам были рядом, в соседнем помещении бункера. Жить в таком подземелье, конечно, нельзя, но если не будет иного выхода…
Расконсервация у нас была, конечно… Обосраться можно. Мы часов десять провозились с тремя машинами! А там ведь ещё Т-72 и Т-64 стояли, но их запас хода не позволяет рассчитывать на то, что мы вообще доедем до Москвы. Конечно, мои навыки позволяют вернуть ход и танку, но точно не в толпе мертвяков…
БМП-2 в этом вопросе показала себя как надёжная машина, которая точно не подведёт.
Скорострельная пушка калибра 30-миллиметров обеспечит нам полное доминирование на шоссе и пересечённой местности. А если попадётся кто-то слишком крутой для пушки, то в ход будет пущен ПТРК «Фагот», который в клочья порвёт любую тварь. Главным преимуществом данного противотанкового ракетного комплекса являлось ручное управление по проводу. То есть никакой автоматики и продвинутого улавливания тепла движка, что делает тварей невидимыми, а только оператор ракеты и электроприводы, по проводу управляющие ракетой. В тварь ведь не обязательно попадать, достаточно, чтобы ракета взорвалась рядом.
Склад продовольствия, который указал нам генерал-лейтенант Дубровский, оказался небольшим, но только если смотреть с позиции государства: там обнаружилось порядка двадцати тонн консервированного продовольствия, даже каким-то образом консервированный хлеб… Короче, вопрос с наполнением складов Убежища мы решили за двенадцать рейсов туда-обратно.
Ехать в Пиров мы решили на двух машинах. Третья останется в Убежище, для чего мы впервые широко открыли замаскированный основной вход и загнали машину внутрь.
В две БМП-2Д загружен провиант, дополнительное топливо, пятикратный боезапас к основному и вспомогательному вооружению, а также по пять дополнительных ракет «Фагот», помимо штатных четырёх. Так, вообще-то, нельзя, несоблюдение безопасности, но мертвяки вряд ли вооружены гранатомётами и крупнокалиберными пулемётами.
— Ну, с Босхом! — вздохнул я, усевшись в кресло стрелка.
В моём БМП была Елизавета Константиновна в качестве стрелка, в том же качестве Сарама, в честь выезда побрившийся налысо, а также Аркаша в качестве механика-водителя. Я с удивлением узнал, что он умудрился отслужить год в мотострелках под Москвой. Говорит, сразу после школы забрали.
Во втором БМП за рулём сидел Бац, имеющий категорию B и C, Натти в качестве оператора основного орудия и Алевтина в качестве стрелка.
В БМП-2 имеется шесть амбразур для ведения огня. Как тебе такое, Т-72?!
Надёжнее, конечно, было на танках выехать, но они слепы, по мертвякам бить бронебойными — из револьвера мух убивать. Осколочно-фугасные, конечно, серьёзный аргумент, но хватит их ненадолго. Короче, афганская БМП-2Д, к слову, в камуфляже тех мест, куда эффективнее в плане круговой обороны.
Мы, вообще-то, долго обсуждали этот вопрос и пришли к выводу, что на БМП будет быстрее добираться, без весьма вероятных для танков поломок, а также в плане боезапаса выиграем существенно. Были возражения, но я перевесил любые контраргументы одной «небольшой» модификацией наших БМП-2Д…
В каждую стрелковую амбразуру я воткнул снятые с других образцов техники на складе пулемёты Калашникова танковые. Теперь три человека могут обеспечить с одного борта огневую мощь половины пулемётного взвода.
И сейчас мы едем в Пиров в окружении коробок со снаряжёнными лентами для пулемётов Калашникова, контейнеров ракет и канистр с топливом. Тесновато, конечно, но лучше так, чем остаться потом без патронов. Теперь мы раньше умрём, чем испытаем нехватку патронов.
Еду, смотрю в триплекс на белую снежную гладь, а предчувствия какие-то недобрые. Знаете, бывает так, вроде бы всё предусмотрел, а всё равно страшновато…
//Йошкар-Ола, Республика Марий Эл. Объездная//
— Я сюда один разок ездил почти полгода назад, просто так, — поделился Аркаша через систему связи в противоударном шлеме.
— Зачем? — нет, я реально не могу представить себе причину ехать в Йошкар-Олу.
А Мольск, блядь, это другое дело! Мольск — это культурная столица Боратовской области!
— С девушкой отсюда пытался общаться, — сообщил Аркаша, объезжая навсегда вставший грузовик.
— И как? — поинтересовался я.
— Да никак, — грустно усмехнулся Аркаша.
Помолчали.
— А, ты представляешь, тут есть памятник Грейс Келли и Ренье III! — вспомнил Аркаша.
— Кто это такие? — недоуменно поинтересовался Сарама, поправляя противоударный шлем.
— Князь Монако и киноактриса, ставшая его женой, — ответил Аркаша.
— В Йошкар-Оле, да? — усмехнулся я.
— Ага… — Аркаша сманеврировал и отвернул от выскочившего на дорогу мертвяка.
Гулкая очередь. Елизавета не упустила возможность получить халявного опыта, поэтому снесла из ПКТ мертвяка-второранга в обрывках военной формы и всё ещё держащемся на голове кевларовом шлеме.
— Что думаешь о наших шансах в Пирове, Док? — спросил Сарама.
— Будет несладко, — ответил я. — Но мы справимся. Иначе быть не может.
— Георгий, а ты помнишь замглавврача по АХЧ? — спросила меня бывшая главбух.
— Помню, — кивнул я, поморщившись. — Её хрен забудешь…