Пророчество из моего сна (СИ)

— Про семью или видение?
— Про то и другое!
Я раздосадовано поморщилось. Мне казалось, что мы с Оуэном — напарники и друзья. Не думала, что у него будут от меня тайны.
Как самонадеянно…
— Я не хотел подвергать тебя опасности. О ситуации, в которую угодила моя семья, знают только Джонатан и Ариана. Причем ее в курс дела ввел сам Джонатан.
Пружина, сжимающаяся в груди, вдруг ослабла и с тихим лязгающим звуком ухнула в темноту, чтобы раствориться в ней. Оуэн защищал меня. Он, как обычно, руководствовался моими интересами.
— А видение? Почему ты не поделился со мной?
Он вздохнул. Его взгляд снова вернулся к огню.
— Не знаю. Наверное, ждал подходящего момента.
Будь ситуация другой, я бы рассмеялась: уж больно странно было слышать о том, что кто-то ждал удобного момента, чтобы сообщить о собственной смерти. Я нервным движением накрутила на палец прядь волос.
— Не стоило тебе проходить через все это одному, — с жаром проговорила я.
— Правда?
Что-то в его осунувшемся лице изменилось. Буквально на мгновение, но я успела уловить этот момент.
— Конечно. — Я кивнула и открыто взглянула на него. — Я бы хотела быть рядом, чтобы помочь. Мы ведь связаны, Оуэн.
Занервничав, я резко дернула пальцем с накрученным локоном и охнула от боли: кажется, вырвала себе пару волосков.
Оуэн едва заметно вздрогнул. Его пальцы несмело коснулись моей щеки, убирая прилипшую прядку. Карие глаза, отливающие в свете камина янтарем, зажглись огнем надежды.
— Я тоже чувствую эту связь, — прошептал он и склонился надо мной.
Я втянула носом воздух. От Оуэна пахло чем-то свежим и ярким, похожим на аромат летней сочной травы в дождливый день. Его пальцы медленно спустились к моему подбородку и несмело очертели контур нижней губы. Я застыла, запоздало сообразив, куда свернул наш разговор.
На секунду, всего на секунду, я едва не поддалась обстановке: интимный полумрак, треск дров в камине, теплое мужское дыхание на моей щеке, — все это создавало иллюзию того, что я имела в прошлой жизни.
Вот только Оуэн был для меня одновременно и чем-то большим, чем любовный интерес, и чем-то меньшим. Было бы легко встретить его губы на полпути, стать единым целым, но что-то во мне подсказывало, что это неправильно.
Я осторожно перехватила его запястье и сжала.
— Мы же друзья, верно? — мягко не то напомнила, не то уточнила я.
Его рука бессильно повисла в воздухе. При виде того, как опустились его плечи, а взгляд потух, у меня заныло сердце. Я не могла ответить Оуэну взаимностью, но он был безумно дорог мне. Дело даже не в родственной магии, что само по себе дарило чувство близости. Нет, дело было в том, что за три года я так сильно привязалась к нему, что не представляла своей жизни без него.
Мы — идеальная рабочая двойка, лучший тандем из всех возможных. И то чувство безграничного доверия, которые мы испытывали друг к другу было легко принять за влюбленность.
— Верно, — ответил он после паузы и отстранился. — Прости, я…
Он замолчал и устало потер переносицу, спрятав глаза за ладонью, словно избегая моего взгляда.
— Эй! — Я поймала его руку и отвела ее от его лица. — Я все понимаю, правда. Мы с тобой напарники и…
Я хотела сказать, как дороги мне наши отношения, но не успела: Оуэн резко поднялся на ноги.
— Да, ты права, Рель. Я и сам все понимаю и не хочу ничего усложнять.
Я запрокинула голову, так и оставшись сидеть на полу.
— Тогда…
— Забудем о сегодняшнем вечере, — попросил Оуэн. — Уже поздно, думаю, мне лучше вернуться к себе.
Растерянная и ошарашенная, я смотрела на то, как он достает из кармана пижамы кольцо-портал, чтобы надеть на палец и, задав нужные координаты, исчезнуть. С тех пор как благодаря Джонатану Эйверли были изобретены подобные порталы, потребность каждый раз чертить руну перехода отпала сама собой.
— Подожди! — в панике воскликнула я, вскакивая на ноги. — Мы ведь так и не обсудили мое видение касательно…
Горло сдавил спазм, и я не смогла закончит фразу.
— Там не о чем разговаривать, — ответил Оуэн. Кольцо в его руке подрагивало, выдавая волнение. — Я просмотрел все возможные вероятности. Либо погибну я, либо король, а вместе с ним и моя семья. Выбор очевиден.
 
Оуэн кивнул мне на прощание и, прежде чем я успела возразить, растворился во вспышке портала. Я прикрыла глаза и глухо выругалась.
Раздражение смешивалось с отчаянием, и я, не находя себе места, подошла к столу и потянула за ручку ящика, чтобы достать альбом с рисунками. Поверх обложки в твердом переплете лежала коробочка, присланная сегодня вечером магической почтой. Внутри покоился изящный золотой браслет с единственным драгоценным камнем в виде сердца. Подарок прислал Майкл, сопроводив короткой запиской «той, кто полностью изменила мою жизнь».
Перед внутренним взором предстало широко улыбающееся лицо моего жениха. Он уже добрался до границы, связь с ним прервалась. Даже не знаю, как именно ему удалось отправить подарок. Наверное, договорился с кем-то из последнего населенного пункта, где еще работала магия. Я вздохнула. Столь опасная миссия заставляла сердце испуганно сжиматься.
Получается, один из них умрет: Майкл или Оуэн… Я не успела додумать эту мысль до конца и потрясла головой.
Нет, никто не должен стоять перед таким выбором!
Схватив альбом, я уселась в кресло и принялась перебирать выпавшие на стол листы. Наверняка Оуэн что-то упустил. Должен быть и другой выход…
  
ГЛАВА 16
 
— Помните, пыльца Флауса (в простонародье «Желторотика») обладает снотворным эффектом. Настолько сильным, что в большом количестве она может вызвать летальный исход.
Райли, заложив руки за спину, важно прохаживался между рядами. Его жидкие рыжие волосы были заплетены в тощую косичку и переброшены на плечо.
Мы с Дэвидом переглянулись.
— Наверное, лучше я? — неуверенно предположил он.
— Не имею ничего против, — заверила я и потянулась к лежащему на столе платку.
Дэвид последовал моему примеру. Энтузиазма на его лице не прибавилось ни на грамм. Возможно, он уже жалел, что встал со мной в пару.
Впрочем, это была его идея, так что винить ему стоило только себя.
— Помните, от результатов лабораторной зависит ваш итоговой балл за семестр, — важно проговорил Райли, проходя мимо меня.
Он выразительно поднял вверх указательный палец с перебинтованной костяшкой — результатом недавнего урока у первокурсников. Кажется, не всем с первого раза удалось усмирить Зуб Дракона — своенравное магическое растение.
Дэвид поправил платок, повязанный на лицо и защищающий нос, и, вздохнув, склонился над Желторотиком. Задание лабораторной работы состояло в том, чтобы собрать достаточное количество алой пыльцы, которая использовалась лекарями в целебных целях. В теории звучало безобидно, но на практике…
— Оу! — воскликнул Дэвид и, отскочив, потряс рукой. — Он обжег меня!
— Лепестки Флауса пропитаны веществом, раздражающим человеческую кожу, — явно с удовольствием просветил Райли. — Если бы вы читали домашний параграф, знали бы об этом.
На ладони Дэвида разрастался огромный багровый ожог. Взглянув на побледневшее красивое лицо парня, я подняла с пола уроненный пинцет.
— Ладно, мой черед. Держи этого Флауса…
— Мэтр Райли! — раздалась с другого конца классной комнаты. — А почему вы не выдали нам перчаток?
— Потому что в полевых условиях вы вряд ли сможете их раздобыть, — с ноткой злорадства пояснил тот. — В конце концов, учитесь пользоваться тем, что у вас есть.
Дин, сидевший за партой наискосок, выразительно покрутил пальцем у виска и склонился к уху соседа.
 
Ручаюсь, он шепнул что-то вроде «спятивший маньяк!».
Райли и правда иногда заносило, но я к этому успела привыкнуть и даже считала его периодическое вредительство очаровательной особенностью.
Хотя, конечно, лучше бы он надевал носки разного цвета или чудил как-то иначе.