Наследник для бандита (СИ)
— Осваивайся. Где находится кухня — знаешь. Если что-то понадобится — дай знать.
— Снова заставишь готовить? — не удержалась я.
— Если хочешь, то можешь занять себя готовкой. Если нет — выпишу шеф-повара тебе по вкусу.
Он говорил это будничным тоном — словно мы были супружеской парой и решали в какой цвет покрасить стены в спальне.
— Мне от тебя ничего не надо.
— Твоя гордость не принесет пользы ни тебе, ни ребенку, зайчонок. Ты должна хорошо питаться. И если сама ты с этим не в состоянии справиться… — он многозначительно замолчал.
— То что? — не выдержала я затянувшейся паузы. — Силой будешь кормить?
— Если понадобится.
— Нравится демонстрировать свою власть? — процедила я, едва сдерживаясь. — Хочешь показать мне мое место?!
— Всего лишь проявляю заботу, — оскалился Волков. — И лучше бы тебе это оценить.
— Иначе заставишь.
Олег вдруг как-то расслабился и… помрачнел.
— Почему с тобой так сложно, а? Почему нельзя перестать строить из себя жертву?
— А может ты просто отказываешься видеть положение дел?
— Считаешь, жертв привозят в такие условия и проявляют заботу?
— То, что ты называешь заботой, я называю лишением права выбора и свободы воли. Ты просто сажаешь меня в клетку!
Он покачал головой и развернулся к выходу. Почему-то я была уверена, что он продолжит меня убеждать в своей правоте, а не сдастся вот так вот. А я ведь еще не все высказала, что думала…
— Как удобно — повернуться спиной и уйти! Что, правда глаза колет?!
Мужчина замер на мгновение, а затем все же обернулся ко мне.
— Тебе надо отдохнуть. И хорошенько подумать. Мое терпение небезгранично. То, что ты в положении, не значит, что можно вести себя, как вздумается. Сегодня я спишу это на стресс, но впредь… — Он посмотрел на меня таким взглядом, что я нервно сглотнула. — Не зли меня, девочка. Я дам тебе все, что нужно — завтра поедем к хорошему врачу, у тебя будет хорошее питание и возможность не рвать себе жилы. Взамен я прошу лишь послушания. Это ведь немного, правда?
Он говорил тихим, вкрадчивым голосом, при этом медленно, но верно приближаясь ко мне. Между нами оставалось меньше полуметра, а у меня от его близости казалось сердце вот-вот выскочит.
— А если… если я тебя разозлю? — заикаясь, спросила я. — Отдашь на потеху своим людям?
— Я никому тебя не отдам, Маша. Просто запомни это и прими, — ответил Волков, наклонившись ко мне. — И сосредоточься на главном.
— Это на чем?
— Выноси этого ребенка.
С минуту он смотрел на меня прожигающим взглядом. И мне казалось, что он сорвется и все же прикоснется ко мне. Заберет желаемое силой. Ведь я отлично видела в его глазах всполохи страсти. Даже похоти. То как тяжело он дышал, как жадно смотрел на мои губы.
Но нет. Он ушел. Тихо прикрыл за собой дверь, оставляя меня с бешено колотящимся сердцем и тяжелыми, непростыми мыслями, от которых мне негде было скрыться…
Вот и поговорили… Не знаю, оправдали ли герои ваши надежды??
— 16 -
Утро снова началось не самым лучшим образом — с унитаза. Я сидела и молилась, чтобы приступ поскорее закончился. В желудке давно ничего не было. Вчера я спустилась вниз только к вечеру. И то скорее потому, что боялась угрозы насильного кормления, чем от настоящего голода. В кухне все было по-прежнему. Тот же неизменно набитый продуктами холодильник, та же посуда. Будто я и не уезжала никуда.
Полвечера пыталась придумать как быть и как убедить Олега, что нам не по пути. Не вышло. Пока все наши разговоры заканчивались для меня плачевно — мужчина выигрывал, подавляя меня своей аурой и своими аргументами, а по-простому возможностями. Противостоять ему я не могла — слишком неравны наши силы… Хотелось бы посоветоваться с той же Василисой, но не решилась. Стыдно было рассказывать все с самого начала, стоило только представить, что я ей позвоню и… Вывалю историю знакомства с отцом моего ребенка.
Так что пыталась обойтись своими силами. Но видимо опыта у меня было все же маловато.
Когда в очередной раз меня отпустила после спазмов, села на пол, прислонившись к двери. Закрыла глаза, пытаясь побороть начинающийся приступ. И потому пропустила момент, когда открылась дверь в ванную.
— Маша! — Услышала я, а затем меня резко подняли наверх, отчего снова замутило и я едва успела вырваться, чтобы развернуться к раковине. Пока меня скручивало, до меня не сразу дошло, что кто-то держал мне волосы, которые теперь не лезли в лицо.
— Что ты здесь делаешь? — спросила, поняв кто именно это был. Меньше всего хотелось показаться перед Волковым в таком виде.
— Поездка к врачу, помнишь? Ты слишком долго не спускалась.
— Уходи, — бросила я, пытаясь умыться. — Я никуда не поеду.
— Тебе надо к врачу. И это не обсуждается.
— Ты что не видишь, что я не могу никуда ехать! — вскинулась я, отталкивая Олега. — Отстань! Хватит!
На удивление Волков послушался. Отпустил меня, даже отступил. Я с опаской посмотрела на него, ожидая увидеть недовольство или неприязнь. Все-таки я тут в таком виде, но… Нет. Будто мужчину и не смущало вовсе происходящее. На лице промелькнула лишь обеспокоенность.
А потом и он вовсе ушел из комнаты. И я выдохнула с облегчением. Взглянув в зеркало, лишь горько усмехнулась. Выглядела я так себе — бледная, с кругами под глазами. Да еще и блюющая. Да уж. Куда мне до этой белобрысой красотки.
Умывшись, добрела до постели и, закутавшись в одеяло, задремала.
А разбудили меня голоса. Сонно моргнув, постаралась приподняться, чтобы посмотреть, что происходит. Но меня снова начало мутить, пришлось откинуться обратно на подушку. В комнате был Волков и еще какой-то седовласый мужчина.
— Маша, добрый день. Меня зовут Валентин Иванович Евсеев.
— Здравствуйте, — пробормотала я, опасливо взглянув на хозяина дома.
— Валентин Иванович будет вести твою беременность, — ответил тот на невысказанный вопрос.
— Вы плохо себя чувствуете? Тошнота? Слабость?
— Да, тошнит сильно, — призналась я.
— Хорошо. Тогда давайте вы сначала ответите на несколько моих вопросов, а затем я вас осмотрю и назначу кое-что, чтобы облегчить токсикоз. Вы главное не волнуйтесь, все поправимо.
Я заметила, как на словах осмотр напрягся Олег, и… И тоже напряглась. Потому что делать это под его тяжелым взглядом не хотела однозначно.
— Мы можем остаться наедине? — спросила я.
— Нет! — тут же припечатал Волков.
— Тогда мне не нужен врач, — тихо сказала, закрывая глаза. Врач что-то негромко произнес мужчине и спустя пару минут тот все же ушел. А я, наконец, выдохнула. Меня не должно было волновать как я выгляжу перед Олегом. Но мне почему-то было очень важным не показывать свою слабость и уязвимость. А еще по-женски было обидно за свой внешний вид. Немного. Совсем чуть-чуть. Но об этом я старалась не думать.
Врач оказался очень приятным и внимательным специалистом. Даже несмотря на то, что он был мужчиной, я практически не испытывала смущения. И после общения с ним появилась надежда, что мне все же станет полегче. Оставив назначения, Валентин Иванович ушел, а я снова задремала. Сквозь сон слышала какую-то возню, но проснуться не получалось. Организм словно сопротивлялся, и я снова уснула.
А когда проснулась, то поняла, что в комнате я была не одна — в одном из кресел сидела женщина…
— 17 -
— Вы кто? — хрипло спросила я, судорожно соображая как так вышло, что в моей комнате оказался кто-то посторонний.
— Ой, вы уже проснулись. Меня Кристина зовут. Можно просто Крис. Я буду вашей сиделкой, — тут же засуетилась незнакомка.