Финал (СИ)
Наконец, гости успокоились, расселись по местам и замерли. Изначально к алтарю Амалию должен был вести отец, но не сложилось. Двери открылись, там на секунду мелькнул довольный Артем, а через пару мгновений вошла Амалия.
Изначально я к этому относился философски. Надо жениться, значит надо. Событие хорошее, важное, но бурных эмоций я внутри себя по этому поводу не чувствовал. Не из-за Амалии, тут как раз наоборот, а из-за обстоятельств.
Но когда девушка вошла в помещение и показала себя во всей красе, в свадебном платье, белоснежная и прекрасная — что-то внутри меня дрогнуло, в глазах защемило, а губы невольно расползлись в улыбке.
Гости тоже в стороне не остались. Послышались шепотки, как хороша невеста. Амалия произведенным впечатлением осталась довольна и шла через зал спокойно, гордо и с достоинством, от чего я разулыбался ещё больше.
К своему стыду, дальнейшее прошло, как в тумане. Смутно помню, как читал клятву, как слушал слова девушки, как мы обменивались кольцами. В этот момент в голове бились мысли, что я должен расшибиться в лепешку, но защитить, уберечь… Странно, мы уже месяц как ждем ребенка, но только сейчас меня в полной мере накрыло осознание, что вот она — моя семья. Пусть пока маленькая, но какие наши годы? Наверстаем.
То, чего я был лишен в обоих мирах, стало исправляться. В какой-то момент я прослезился, не удержался. Надеюсь, этой слабости никто не заметил.
* * *Странное состояние и мысли о будущем набросились на меня с новой силой, когда мы усталые откинулись на подушки, тяжело дыша. Брачная ночь, что говорится, удалась на славу.
— С тобой всё в порядке? — спросила Амалия спустя пару минут, пододвигаясь ко мне.
— Конечно, смотри, какую я жену урвал.
— Я серьезно, — ткнула она меня кулачком в бок, — Ты у меня мистер серьезность. И за кого я только замуж вышла?
— Сама сказала, что за мистера серьезность, — усмехнулся я.
— Чувствую, что дурачишься, а сам внутри напряженный, как струна. Неужели тебя так свадьба напрягла?
— Не она. Думаю на тему ответственности, наследия и как везде успеть.
— Эдвард, не пытайся унести всё. У тебя есть близкие люди и команда, чтобы нести эту ношу. А теперь ещё и жена красавица-умница, — рассмеялась девушка, — Так что мы со всем справимся. Не ты, а именно мы.
— Хорошо, геройская жена, иди обниму тебя.
Я притянул девушку, что быстро переросло в поцелуй. Амалия сначала отвечала охотно, а потом сдулась.
— Прости, но всё, больше сил нет. Вымотал меня этот день. Не обидишься?
— А должен? — улыбнулся я ей открыто, — Давай спать, — рука легла на её живот, — Тебе много сил надо, отдыхай.
— Не муж, а золото, — меня чмокнули в губы и…
Не прошло и минуты, как Амалия отключилась. И правда утомилась…
* * *Я и сам хотел уснуть, но сон не шёл. Внутри поселился тугой комок напряжения, с которым непонятно, что делать. Я пытался разгадать его причину, но чем больше рационализировал это чувство, тем больше загонялся.
Так продолжалось, пока по моей чувствительности не нанесли удар. Я ощутил, как где-то в небо появляется нечто мощное, могущественное… Это существо показало себя, дало заметить, после чего свернуло ощущение подавляющей силы и… Поплыло вниз, приблизилось к дому и если я правильно оцениваю расстояние, то остановилось на крыше.
При этом я отчетливо ощущал, что за мною наблюдают. Не за кем-то в доме, а именно за мною, отчего по спине пробежал холодок.
Глянув на Амалию, убедился, что та крепко спит, я соскользнул с постели, подхватил вещи и вышел в коридор. Прости дорогая, но с некоторыми проблемами могу разобраться только я.
Зуб даю, что сейчас меня пригласили нетривиальным образом и, кажется, я знаю, кто. Варианта два на самом деле. Или Орлова явилась, или Пасть. Даже не знаю, какой вариант хуже.
Лифт довез меня до последнего этажа, здесь находились подсобные помещения. Дверь оказалась запечатана, но я срезал петли и вошел внутрь. Пока добирался сюда, подготовился, как только мог, создав броню, щит и меч. Мои сильнейшие формы. Чтобы не выдавать себя раньше времени, исказил пространство вокруг.
Но от существа, что дожидалось меня, скрываться не имело смысла. Пасть, а это была именно она, ждала меня на крыше. Здесь бушевал ветер, но ни один волос на её искусственной головке не дернулся. То, что голова искусственная, созданная магией я не сомневался. Магическим зрением это тело ощущалось, как сгусток абсолютной черноты, словно в пространстве кляксу нарисовали. Что интересно, в этот раз Пасть явилась в новом обличие девочки лет двенадцати, которая смотрела на меня с любопытством.
От чего становилось вдвойне жутко. Мелькнула мысль, что умереть в первый день свадьбы глупо и обидно.
— Привет, Эдвард, — сказала она звонким голосом, будто передо мною и правда маленький ребенок, — Как твои дела?
— Да неплохо вроде. Чем обязан?
Я давно не пересекался с прямым воплощением божества, но никогда про него не забывал. Лишь тихо радовался, что оно не лезет в мою жизнь и занимается какими-то своими, неизвестными делами.
— Соскучилась, — заявило это… дитя, — Знаешь, ты один из самых интересных людей, за которыми я наблюдала. Почти… В списке первой сотни.
Девочка захихикала, прижимая ладони к лицу. Что это, черт возьми, за херня?! Эмоции, детская игривость? Напади Пасть и попытайся разрушить здание под нами — я бы ни капли не удивился. Но то, что происходило сейчас — напрочь ломало шаблон.
— А твои дела как? — не нашел я лучше, чем отразить вопрос.
— Знаешь… Неплохо, — улыбнулась она.
Речь гораздо чище, чем раньше. Чем бы Пасть не занималась, она сделала большой скачок в лингвистике.
— Мир изменился, — продолжила она говорить, — Так, как я хотела. Теперь это моя площадка.
— Площадка?
— Да, для игр. Я вас, людей, раньше недооценивала. Считала паразитами, способными лишь поглощать мою силу. Но я ошиблась, — из неё буквально сочилась наивность, да так искренне, что я на мгновение забыл, что передо мной дьявол в обличии ребенка, — Я думала, люди погибнут или подчинятся мне, но нашлись те, кто смог выжить и противостоять. Уди-ви-те-ль-но, — пропела она.
— Почему ты в теле ребенка?
— А чем оно тебе не нравится? Я узнала про такое понятие, как возраст. Ваша человеческая жизнь так скоротечна… Как вы живете? Не отвечай — это риторический вопрос. — милостиво махнула она рукой. — По вашим меркам, я бессмертное существо. По своим — мой путь только начался. Десятки тысяч лет понадобились, чтобы осознать себя. Понимаешь ли ты меня, Эдвард Клоз?
— Не особо, — честно ответил я, давно перестав понимать, что происходит.
— Тебе и не нужно. Ты мой любимчик. Как и София. Вы такие упорные, к чему-то стремитесь. Я устала ждать, когда ваши пути снова пересекутся.
— Хочешь, чтобы мы подрались?
— Да! — жадно ответила она.
— Зачем тебе это?
— Интерес. За вашими короткими жизнями интересно наблюдать, милый Эдвард. Видишь ли, осознав себя в полной мере, я обнаружила, что одна. Тысячи лет одиночества, когда не с кем поговорить. Пришлось изучить ваш язык, чтобы открыть новый для себя мир. Вы люди очень странные. Столько всего придумали…
— Чего ты хочешь? Что тебе нужно? — я едва удержался, чтобы не выкрикнуть эти слова.
Это как оказаться абсолютно беззащитным, рядом с безумным человеком. Твои руки пусты, а он держит ружье, размахивая им перед твоим лицом. Нелогичное, дикое и несуразное поведение пугало больше, чем любая открытая агрессия.
— Держи себя в руках, — строго ответила Пасть, — Иначе расстроишь меня.
— И всё же, что тебе надо?
— Хочу, чтобы ты сошелся с малышкой Софией. Хочу узнать, кто из вас сильнее.
— Зачем?
— Ты начинаешь раздражать меня, Эдвард, — надула она губы. — Моё терпение на исходе.
И что с ней делать?
— Пожалуй, надо преподать тебе урок. Ты так усердно борешься против меня, научился изгонять мрак, — рассмеялась она звонким смехом, — Не осознав, что в этом нет смысла. Что ты теперь будешь закрывать, милый Эдвард? Как будешь бороться против меня, если нет больше Пастей в мире? Я повсюду-у, — протянула она, — Ты против меня бессилен. Но упорно продолжаешь трепыхаться, чем и интересен. — маленькая девочка откровенно забавлялась, — Бой! Хочу бой! Устрой мне его или я тебя заставлю! А пока… Чтобы ты не забывал про свою слабость…