Мой жаркий Марокканский роман (СИ)

  
Глава 47
 
Амир Хан
Я не верил своим глазам, что Полина сбежала от меня. Она даже не остановилась, лишь обернулась, а когда увидела – села в автомобиль, и тот, срываясь с места, навсегда увез от меня мою любимую девушку.
— Амир Хан, — взволнованный охранник, который был со Стасиной, нагнал меня, затем помог встать на ноги. Я со злости одернул свою руку, не нуждаясь в их помощи.
— Как?! — зарычал я, не обращая никакого внимания на окружающих зевак. Люди в спешке натыкались на меня, а потом, узнав во мне правителя, обалдевали. Конечно, мое присутствие тут вызывало недоумение на их лицах. А те, кто видел побег Поли, вовсе пустились перемывать косточки, с чего вдруг король погнался за иностранкой. Ведь только утром еще говорилось о свадьбе с дочерью советника.
— Господин, ваша наложница вышла в уборную, — осёкся охранник, когда я округлил свои глаза от того, как мужчина назвал Полину.
— Что? Полина – не наложница, она моя невеста, идиот!!! — зарычал на него, затем сам направился в здание издательства, чтобы расспросить, о чем Стасина говорила. Уверен, девушка просила помощи у них, и явно ею воспользовалась, раз сумела сбежать от двух громил-идиотов.
— Простите, господин, — виновато ответил охранник, следуя за мной.
— Оставайтесь тут, — отдал приказ и скорее рванул через одну ступеньку в административный корпус здания.
Уже все сотрудники были подняты за уши, а девушка-администратор, вся в слезах, что-то объясняла мужчине, стало быть, своему начальнику.
— Мой господин, — завидев меня, пожилой мужчина кинулся ко мне и стал тарахтеть без остановки. Я махнул рукой, чтобы он, наконец, замолчал и дал мне вставить хоть слово. — Мы сочувствуем случившемуся. Сегодня же наш администратор лишитьcя работы.
— Не говорите глупостей, — грубо сказал, и тот мигом замолчал. Его широко раскрытые глаза, полные ужаса, то и дело сканировали меня, словно он пытался понять, с какой целью я пришел сюда. Я пристально посмотрел на девушку, которая утирала слезы со щек белым платочком. Он опустила глаза в пол, боясь быть мною наказанной. — Что Полина просила? — задал вопрос, но получил лишь тишину в ответ. Старик подоспел к своему сотруднику и дернул под локоть, приказывая шепотом, чтобы не молчала, когда король задавал вопросы. Я расслышал, что он пригрозил ей депортацией, и этот факт еще больше смутил меня.
— Она лишь воспользовалась моим компьютером. Посмотрела, какие рейсы шли до Москвы, и забронировала один билет. В один конец, — давясь слезами, администратор все же ответила мне, хоть и получилось у нее это с трудом. Если бы старик не пригрозил, думаю, она бы никогда не выдала тайны. Ох уж эта женская солидарность.
— Спасибо, — поблагодарил ее, и мигом направился на выход. Старик рванул за мной, умоляя о прощении.
— Мой король, если как-то я мог бы искупить вину, вы скажите, — умолял он, лебезя передо мной. Я уже дошел до ждущей меня машины, охранники координировали каждое движение. Главный отдал приказ садиться «по машинам», лишь осталось мне сказать, куда ехать далее.
Придерживаясь за дверцу авто, я обернулся к испуганному владельцу издательства.
— Если мои люди узнают, что вы уволили девушку – пеняйте на себя. Беру личный контроль за вашей деятельностью, — оглушил его новостью, и мужчина пошатнулся на своих двоих. Хлопая недоуменными глазами, он не смог сказать мне ни слова в свою защиту, только лишь кивнул, отступив на пару шагов.
Машина со свистом шин рванула вдогонку за Полиной. Я указал направление, и молил Аллаха, чтобы успел до того, как моя Богиня сядет на самолет. По крайней мере, я должен попытаться успеть остановить ее, и дать мне возможность… шанс, искупить вину за недосказанность. И еще я должен понять, почему вдруг она решила именно сегодня оставить меня.
Я полюбил Полину, как только увидел. Долго останавливал себя и свои чувства, хотел всего лишь вкусить той свободы, которой так веяло от девушки. Я вспомнил тот вечер у шатра на берегу моря. Когда она стояла там одна, и мило общалась со своей матерью. Ее струящееся платье, облегающее тонкую талию, так характерно описывало то, как именно я звал Полину. Она была послана мне богом, чтобы я, наконец, узрел, как сильно изменился с тех пор. Отец не дал мне права выбора, лишь поставил перед фактом, что семья и династия – это долг, превыше всего. И… я хотел только одного – угодить ему, и защитить Шамиля от участи второй жены. Советник переступил все грани дозволенного, когда подослал свою дочь ко мне. Алика находилась в положении, от того самого мужчины, с которым ее запечатлели на фотографиях. Батыр это знал, и пытался омыть позор дочери путем подставы. Возжелал сделать из меня дурака, и потому Алика нагло вела себя, не гнушаясь обнажаться передо мной в моих же покоях. Дрянь и подлая змея, дочь своего отца, который ничем не отличался от девушки.
 
Я мысленно подгонял водителя, чтобы он немного ускорил ход машины. Но как нарочно мы попали в самый пик, скопление машин застопорило движение. Я злился до безумия, ругался вслух. А потом велел выезжать на встречную полосу с сигнальными огнями. Никогда прежде не делал подобного, уважая личное время своего народа, но сегодня… я надеюсь, они простят мой выпад.
— Господин, самолет через двадцать минут начнет принимать пассажиров, — осведомил меня встревоженный мужчина, обернувшись ко мне лицом. Он сидел на переднем пассажирском сидении. Я начал беситься, потому что все шло против меня.
— Пусть Тахир попробует дозвониться до администрации авиалиний. Пусть задержат девушку, — отдал приказ, а сам уже полез в карман за своим мобильником.
— Хорошо, — согласно кивнул мужчина, и начал передавать информацию моему помощнику. Тахира я оставил за старшего в своем доме. Чтобы он разобрался с толпой, которую Батыр привез за собой, а потом нагло смотался, оставляя мне разбираться самому с его позором. Алика первой уехала, даже не дождалась своего отца. Полагаю, она больше никогда не появится в Марокко. Тот шейх, с которым девушка крутила любовь – отказался от их ребенка, ему не нужны дети от шлюхи. Я созвонился с мужчиной, и попросил подумать прежде всего о судьбе их нерожденного дитя, ведь малыш не виноват в том, что судьба распорядилась таким образом. Если обнаружится, что Алика намеренно забеременела от мужчины, то ее будет ждать суд, а также она навсегда лишиться своего ребенка после его рождения. Таковы законы.
— Ну же, поторапливайся, — не выдержал я, и похлопал по плечу водителя. Мужчина кивнул и тут же поддал мощности двигателю, в упор нажав на педаль газа. Машины кинулись в рассыпную, завидев нас издалека. Кто-то начал сигналить и мигать фарами, чтобы мы уменьшили скорость и съехали с полосы встречного движения, остальные сами перестраивались, уступая дорогу сумасшедшим.
Мой мобильник зазвонил, и на определите высветился номер Тахира.
— Слушаю, — рявкнул, а сам уставился в окно, пытаясь обуздать свои гнев и тревогу. Сжав кулак до боли, ногти впились в кожу ладони, усмиряя пыл. Я мысленно сосчитал до десяти, потому что во всем, что сейчас происходило – моя вина. Я упустил из виду беспокойство моей девушки, не заметил, что Полина была чем-то расстроена. У нас даже времени не было по-человечески обсудить и обговорить будущее. Я хочу на ней жениться – и так будет. Она полюбила меня… смогла, она подарила мне себя, хотя обещала никогда не открывать своего сердца.
— Амир, Полина задержана, — с облегчение выдохнул он, и я тоже. Нотки утешения мигом наполнили душу, хотя что-то все же гложило меня изнутри. Как будто кошки скребли своими когтями и разрывали каждый нерв, который, итак, был напряжен, словно натянутые струны гитары. — Девушка подавлена и ничего не говорит администраторам. Единственное, она попросила предоставить ей личного адвоката, без него она не скажет ни слова.
 
— Пошли к ней одного из нашего штата, — немедленно заявил, почувствовав горечь во рту. Зачем Полине нужен адвокат, неужели она окончательно желала разорвать нашу связь?