Гражданин (СИ)

«Как это ни удивительно, но бой выигран. Осталось войну пережить», — сказал мысленно, бросаясь вооружаться трофеями и баррикадировать вход. Вояка получил задание отослал записи пятисекундной схватки юркорповцам, военным, корпсам и вообще куда только сможет, но успел скинуть только первым, да и то лишь из-за поддерживаемого канала связи. Общаться со следователями без их поддержки не собирался, вот и подготовился заранее.
Швырнул пару столов перед развороченной дверью, хакнул на скорую руку импульсник и, с прихваченной из подсумка спецназовцев гранатой, замер за диваном. Еще подумал: «Какая хорошая глушилка, Вояка аж через поддоспешник связь со всей моей машинерией держит».
Жду, со вторым импульсником вожусь. Первый-то у меня нынче мушкетом стал. Вернее ручной пушкой. Один раз коротну, он весь заряд сбросит и на этом «усё». Останусь с одним стоппером. Долго они что-то на штурм не идут. И в целом не понятно чего ждут. Ха, да тут вообще-то большой дурдом творится, но что-то проявлять активность не тянет. И без того уже явил инициативу, не знаю как расхлебывать.
— Эй! — Крикнули от двери. — Какие требования?
Так вот оно что, хм, а это дает неплохой шанс вывернуться. Смотрел как-то один фильм, так там героя оправдали, потому что он свято верил, будто бы соблюдает контракт. Что ж, возьмем это за основу, так как все равно лучшего на ум не приходит и будем импровизировать.
— Вызывай имперскую полицию! — Ору в ответ. — Только им ваших подельников сдам! — Добавляю во всю мощь голосовых связок.
Наступила долга пауза, потом мне сообщили, что вообще-то они и есть полиция. Имперская. Тоже мне новость, будто не в курсе. Разумеется, в ответ проорал о том, что не верю. Оценил уже их способности к перевоплощению. Аж в количестве трех штук имею счастье наблюдать «имперских полицейских».
— Даже корпсы! С ходу! Не выносят двери! — Решил помочь переговорщику с правильным пониманием ситуации. — И не глушат с порога гражданских! — Сообщил пикантные подробности, о которых он, вероятно, не знал.
— Я капитан Джи Конд! Имперская полиция! Можно войти?! — Прокричал переговорщик.
— Если один! Входи! Если больше! Пристрелю! — Ох и надоело же орать. Тут ведь и расстояние всего ничего, но приходиться поддерживать напряжение, работать на антураж.
Этот Джи Конд оказался смелым малым, мало того, что зашел в простом форменном комбезе, так еще и без оружия. Перелез он через недобаррикаду, на разгром поглядел. Меня взглядом оценил, да как заорет: «Вам удостоверение показать или так верите?!» Вот серьезно, если бы не Вояка, так и подпрыгнул бы из положения «лежа в засаде ожидая врага».
— Капитан, ты чего орешь? — Спросил, поднимаясь со вздохом.
— А… — Смутился он.
— Нервы, понимаю, на, держи, — протянул ему хакнутый импульсник. — Ты его сразу саперам сдай, а то подшаманил чуть, если пальнет, мало не покажется.
— Хорошо, — сказал он, вешая импульсник на плечо.
— Остальное там, — махнул на сложенные у дивана трофеи. — Вот еще, — передал ему свой стоппер.
— Что тут случилось? — Спросил Конд, принимая оружие и вертя его, не зная, куда пристроить.
— Это ты у них спроси, — кивнул на тела спецназовцев, — с чего они дверь вынесли и сходу пальбу открыли. Я только гражданских защищал. Кого смог. Зови уже своих, я пока девушку успокою. То ее зарезать пытаются, то ваши орлы подстрелить, — качнул головой и развернулся, подставляя спину.
Эмма
В мой разум не сразу проник смысл услышанного. Только когда мысленно раз десять повторила «защищал» и «успокою», стало что-то доходить, а потом хищник присел рядом и я снова сжалась. Не знаю, то ли в ожидании удара, то ли просто рефлекторно. «Все хорошо, не волнуйтесь», — сказал он, опустившись рядом и коснулся моего плеча.
— Все уже кончилось, не прячьтесь.
Он говорил и мне становилось легче. Тепло руки на плече и его голос дарили ощущение покоя. Наверно, прошла целая вечность, прежде чем осмелилась убрать руки с головы и взглянуть на него. Осмелилась посмотреть в глаза зверя. Не знаю, что хотела и чего боялась увидеть в них, но нашла лишь заботу, искренне участие и, где-то в глубине темной бездны зрачков, в отблеске стали мелькнули боль и тоска. Такие всеобъемлющие, что все мои беды показались ничтожной ерундой. Детскими глупостями.
 
— Давайте я вам помогу, — предложил он, убирая руку с моего плеча и протягивая ладонь.
Честно попыталась встать, оперлась на его руку, напрягла мышцы, но смогла лишь на попе подпрыгнуть, да спиной столешницу толкнуть. Она скрипнула по полу и от этого резкого звука меня скрутило. Тело само, безотчетно, попыталось свернуться в клубок, но он не дал мне закрыться. Подхватил, поднял и прижал к себе. Обнял, не давая спине согнуться и погладил по голове. Я снова вновь себя под одеялом в доме-берлоге почувствовала, но…
Только на этот раз в ней не было пустоты. Не было страха. Не мерещился в каждой тени притаившийся монстр. Все они сбежали. Трусливо убрались, поджав хвосты. Почуяли…
— Вот выпей… — Раздался голос рядом и тут же умолк.
Я повернула голову, выглянула краем глаза из норки, и увидела побледневшего мужчину в форме имперской полиции. Наверно это и есть капитан.
— Спасибо.
Зверь взял высокий круглый стакан с чем-то коричневым. Понюхал и лишь после этого отстранил меня от своей груди.
— Это тфил, его надо пить маленькими глотками и сразу весь, — сказал он и передал принесенное полицейским.
— Хорошо, — покорно согласилась и, чуть ли не вися на поддерживающей меня руке, взяла стакан в ладони.
Поднесла к губам и принялась пить. Вначале напиток показался горьким и противным, но это ощущение быстро прошло, появилась сладость, а потом и кислинка. Закончился тфил и вовсе вкусом клубничного мороженного. Не сразу его узнала, но вспомнила по прогулкам с родителями в парке. Надо же, мне ведь тогда годика четыре было. Или больше? Ой, а ведь я уже не трясусь. И ноги не подгибаются.
— Вы все правильно сделали, — едва заметно улыбнулся он кончиками губ.
— Спасибо, — несмело ответила ему.
— Нас ждут, — он чуть качнул головой в сторону полицейских, и только сейчас я как бы увидела разом все вокруг. Словно до этого мне шоры на глаза надели.
В разгромленном зале оказалось полно полицейских. Они что-то меряли, ходили, делали, но все это было где-то там, далеко за невидимым кругом, по ту сторону отгородившего нас барьера.
— Да, конечно, — сглотнула вдруг вставший в горле комок и кивнула.
Он отвел меня к столику с седым полицейским и выдвинул стул. Помог сесть, ободряюще улыбнулся и ушел на другой конец зала. Сел там на против капитана и…
— Кхе-кхе, — вернул меня в реальность полицейский. — Со своим молодым человеком вы пообщаетесь позже, — сказал он, а я ощутила жар на лице, почувствовала, как запылали уши и залепетала какую-то чушь, принявшись оправдываться, но старик лишь пожал плечами и попросил представиться под протокол.
Странный у нас вышел разговор. Было такое ощущение, что его не интересуют мои ответы. Может и так. После формальностей он сразу попросил воспоминания сбросить и потом только уточняющие вопросы задал. Да и те как-то рассеянно мямлил и сразу глазами стекленел. В общем, быстро мы управились.
— Вопросов больше нет, вы свободны, — сказал старик.
Почувствовала себя каким-то бесполезным мешком, который с облегчением сбросили в придорожную канаву. Седой полицейский встал, быстро кивнул, вроде как попрощался и к барной стойке ушел. Может с официанткой поговорить? Бармена-то мимо нас на носилках пронесли. А может и вовсе решил воспользоваться моментом и что-нибудь из ассортимента прихватить? Да нет, это я уже совсем. Наверное все же с официанткой. Хотя, много ли она видела? Все, хватит дурацких мыслей. Раз свободна значит…
 
Вот тут-то и додумалась на себя посмотреть и, ужаснувшись увиденного, поспешила в дамскую комнату. Насколько смогла, привела в порядок комбез, умылась, худо-бедно растрепанные волосы пригладила и задумалась — что дальше-то делать?