Гражданин (СИ)
Отключать не стал, мало ли, просто прицепил к плечу. Вояка ее тут же просканировал и отрапортовал, что эта самоделка может быть интегрирована в систему, но он не рекомендует, так как может добиться того же эффекта наличными средствами и с лучшим результатом. Он вообще с нейросетью на диво хорошо «спелся» и имеющимися в моей голове знаниями пользуется как своими. Подозреваю, еще и втихую ресурсы мозга использует. Слишком уж умный и инициативный. Хотя, тут скорее наоборот, что-то вроде подсознания Вояку использует. Нет, определенно стоит порадовать дока и подучить медицинские базы.
— Чего сопим? А, контракт, — сообразил затруднения патлатого. — Ладно, это мы поправим. Ты их защищать часом не должен? — Спросил на всякий случай, а то мало ли.
— Нет, — буркнул патлатый и взгляд опустил.
Понятно, за человека и тем более бойца его не считали. Вот и не озадачились… Но тут во мне проснулась паранойя и я, на всякий случай, пальнул в патлатого из стоппера. Правда упасть не дал, подхватил и аккуратно уложил, попутно освободив от рюкзака. Если у него контракт говорить запрещает, так и веры ему быть не может. Вот переоформлю на себя или расторгну, тогда и извинюсь, а пока — так оно надежней.
По уму, как законопослушный гражданин, я должен был вызвать корпсов и сдать гоп-компанию, но помня негативный опыт и зная о связях Представительного, решил не спешить. Сейчас они в худшем случае штрафом отделаются, максимум короткий тюремный контракт получат и за полгода-год его закроют. Те же астероиды погрызут и освободятся. Нет, меня такая справедливость не устраивала. К тому же, в отличие от знакомого квартета, эти явно куда более криминализированы, а значит и кое-какой полезной информацией обладать могут.
Вновь воспользовался помощью ремонтных дронов и перенес тела на корабль. Раздел, связал, рядком уложил и рюкзаком патлатого занялся.
«Какие подготовленные», — хмыкнул, вытряхнув содержимое на стол. Прямо набор юного садиста. Да нет, скорее уж матерого палача. Чего тут только не было, от старых, проверенных тысячелетиями иголок, пилок и прочих щипцов с зажимками, до современного инструментария мастера заплечных дел. Покрутил в руках кольца так называемых «оков боли», способных свести с ума даже человека с полноценной работающей нейросеткой. Взял контейнер с химией. Заглянул в него, хмыкнул. Большая часть содержимого оказалась знакома.
Военные базы, помимо всего прочего, еще и курс экспресс-допроса включают. А остальное наверняка для подавления воли и усиления боли. Мимолетно подумал о доке и необходимости поднять уровень медицинских баз. Следом пришла мысль о медкапсуле. Мотнул головой и дал команду Вояке давить эмоции. Ясно ведь, что не хочу делать задуманное, вот и ищу способ увильнуть.
«Они бы с тобой не церемонились. Набор явно в деле бывал», — сказал себе и потопал к контейнеру. Вместе с обвесом скафа шли не относящиеся к нему напрямую расходники, среди которых имелись аптечки. Их цепляли на шею и поясницу. Для подобных штук в поддоспешнике были специальные посадочные места с липучками.
Пока вытащил их, пока настроил, пришла мысль над антуражем поработать. Прикинул в уме план будущей сцены и занялся ее оформлением. В принципе, чего-то особенного, тем более быстро, сделать не мог, но мне это и не слишком требовалось. Нет ничего страшнее неизвестности, ибо она будит воображение. Вот на этом и решил сыграть.
Освободил спальню от мебели. Техкомплекс быстренько сварил грубый металлический стул с фиксаторами и в том же стиле оформил разделочный стол. Дроны это все притащили и закрепили. Приглушил свет. Оценил. Нормально. Повозился с пищевым синтезатором, хвала поварской базе и продвинутой модели агрегата, «краски» для росписи в духе «логово маньяка» получил. Импровизированную пыточную оформил, вновь осмотрел все в затемненном виде — прекрасно. Не знал бы, так поверил. Поработал с воздушной системой, той ее частью, которая за ароматизацию воздуха отвечала. Идеального результата не добился, но решил не усложнять. В конце концов, у меня тут не конкурс парфюмеров. Немного приторного цветочного запаха добавил, чтобы огрехи замаскировать, тем и удовлетворился.
«Мало ли какие у меня причуды. Мы, маньяки, народ своеобразный», — сказал бесчувственным телам, перетащенным в гардеробную. Собственно, ради нее все и затевалось. Через ее двери будут прекрасно слышны вопли, а в процессе вытаскивания очередной жертвы смогу подкормить воображение оставшихся впечатляющими картинами пыточной.
Чтобы избежать неожиданностей, снабдил пленников кляпами и колодками-фиксаторами, сделанными все тем же ремкомплексом. Так оно и натуральней и с гарантией. Теперь они ни языка откусить не смогут, ни еще как самоубиться. Заодно и увидят все в момент открытия дверей, не имея возможности отвернуться, да и мне не придется лишний раз рисковать. Сплошные плюсы.
«Ладно, пора начинать», — решил прикладыая аптечку к шее первого пленника. Патлатого из зрителей спектакля исключил. Оставил лежать в связанном виде у стены смежного отсека. На эту же стену и глушилку подвесил. Ее зелененький огонек придал изюминку декорациям, а несколько давящая на мозги психоделическая музыка завершила антураж.
Первой жертвой стал телохранитель Представительного. Разумеется, он не стал колоться, да я, в общем-то, и не настаивал. Все что мне от него требовалось — вопли боли. Потому его и выбрал, что не опасался за последствия. Как-никак, а военная подготовка гарантировала сохранение психики и здоровья при тех методах, которые к нему применял. Проорался он до хрипа, да и прилег отдохнуть, вырубленный стоппером.
Сразу его на разделочный стол положил, чтобы время не терять. Снять с него «оковы боли», оформить заготовленной бутафорией из пищевого синтезатора, накрыть небрежно простыночкой в пятнах, включить кондиционирование и отправился за Представительным.
— Нет-нет, не надо! — Затрепыхался он, лишенный кляпа и вытащенный из гардероба.
— Да, громче, кричи, моли меня, — прохрипел в ответ, старательно изображая то ли экстаз, то ли оргазм. В общем, старался как мог изобразить психопата.
— Я заплачу! Заплачу! — Он вопил и извивался, пока я фиксировал его в кресле.
— И заплатишь, и расскажешь, — пообещал ему, приблизившись нос к носу и старательно тараща глаза. Он замер и затрясся. Я обиженно надул губы и отошел к разделочному столу. — Но сначала покричишь, — сказал, взяв в руки «оковы боли».
— И-и-и-и! — завизжал Представительный, прикипев к ним взглядом.
Тьфу. Зачем, спрашивается, с воздушной системой возился и стул теплой водичкой поливал? Артель напрасный труд. Знал бы, что он мне тут натур продукт выдаст и ароматизирует все, не стал бы тратить время.
Совсем его от страха переклинило. Пришлось на него «оковы боли» надеть и через нее в реальность вернуть. Так сказать, выбил клин клином. Только он визжать перестал, так сразу и зачастил, спеша исповедоваться во всех грехах разом.
Сидел, слушал, боролся с желанием нажать и не отпускать кнопку на пульте оков. Доигрался в маньяка. Умудрился настоящего встретить. Даже двух. Представительный, пользуясь своим, скорее все же статусом, а не должностью, агитатора профсоюза, имел доступ к делам шахтеров. Выбирал он семейные пары с детьми. Строил из себя добрячка, под видом помощи и за скромный процент, по большому секрету, сообщал им координаты богатых залежей. Ему верили, летели, и попадались в лапы телохранителя. Тот в волю развлекался с жертвами, потом ставил им подчиняющий имплант и своим ходом отправлял к пиратам. Если все проходило нормально, парочка получала на счет вознаграждение, если нет, довольствовалась удовлетворением садистских наклонностей. Точнее телохранитель довольствовался, а Представительному приходилось ждать.
Он, собственно, патлатого и завел, чтобы тот ему доступ в закрытый ангар обеспечивал. Раньше-то Представительный вынужден был у ворот караулить. Ждал, когда в детской капсуле ресурс закончится и она ребенка разбудит. Встречал у дверей и обещал отвести к родителям. Что он с ними дальше делал знать не хотел, и без того воображение богатое, но отданная Вояке команда на подавление эмоций вышла боком. Выслушал все в подробностях. Эта тварь мне еще и архивы показать порывалась, воспоминания сбросить, орала, что мне точно понравится. Хорошо видать маньяка изобразил. Натурально.