Танцующие демоны
Довольно оглядел их — хищного вида, массивные, с каменными лицами, с кожей оттенка красной глины и ярко-красными, кипящие дикой жестокостью глазами. Огонь ардары, чистейшей силы!
— Мы вылетаем в Эрб! — последовал мой звучный приказ. — Город окружить. Перекрыть входы. Со мной — ты, Дагха. Када — займись осадой.
— Гья, Джад! — хором прогремели голоса предводителей.
— Будьте готовы к бою. Амана Маюры на орбите. В случае ее приближения, без выяснения намерений, взять сразу в сетки и связать непрерывной атакой. Все ары держать в полной готовности.
— Гья, Джад!
Я наблюдал как в зале быстро выстраивались в две линии воины, образуя собой длинный коридор. Здесь были те, кто принадлежал к высшей касте — хаиды и дароны, в полном боевом облачении — броня, ремни — колахи, силовые браслеты с символами власти и принадлежности к клану.
— В Эрб войдут со мной хаиды. Даронам приказываю взять город в оцепление. На амане тералиты до конца боя берет в управление Када.
Я, довольный как всегда их скорости и исполнительности, оглядел весь командный состав и поднялся с трона. Мои вены просияли адалой. Я почувствовал приятное ощущение скорой битвы и несокрушимая, величественная сила штормовой волной окутала весь тронный зал. Охваченный дикой жаждой, я воззвал к воинам:
— Вааш- Ра, Адалис!
Боевой призыв взорвался громовым мощным ударом и заставил содрогнуться весь Рамнэш.
— Вааш — Ра! — Выкрикнули разом несколько сотен голосов, так что весь огонь в зале всколыхнулся, и заходили ходуном камни.
Я спустился по ступеням. Знал, что мои глаза сейчас дико пылают, а зрачки переливаются всеми оттенками раскаленного металла. Воины как всегда с благоговением преклонили головы. Прежде чем сдвинуться с места, они ждали пока я пройду всю шеренгу из своих свирепых соратников с кровавыми глазами по длинному залу к открытым вратам. За мной, отставая на шаг, последовали Шайдары.
Впереди нас ждал путь по каменному лабиринту, состоящему из сотен коридоров. Мы двигалось к Ложу— где спала амана, зависшая на дне гигантского кратера потухшего вулкана. Привычным путем. Каждый раз. И каждый раз потом обратно. Но уже напоенные кровью.
Повинуясь моей воли, смертоносная процессия множилась.
К параду на ходу присоединялись ниралиты. Бездушные, бесчувственные темноформы… Я равнодушно наблюдал, как они тучами вытекают, словно тягучая паста, из камня — стекают и сочатся со всех сторон прямо чуть ли не под ноги, вскоре приобретая форму, смутно напоминающую человеческую оболочку. Их нитевидные тела скользили бесшумно по стенам и полу черными ленточными сгустками и испаряющимися постепенно за ними тенями.
Я видел внутренним зрением, как в это же время с другой стороны Рамнэша к амане течет река из хатов. Тысячи и тысячи косматых черных голов могучих бойцов.
"Разрушу все! Уничтожу всех за Найэву! Вааш- Ра, Адалис! Дай излить насилие! Дай излить жесткость! Хочу убивать! Рвать на части! Слышать стоны и мольбы! В жилах одна лишь ярость! Вааш — Ра, Адалис! В горле горит жажда крови. Утоли ее! Утоли ее наконец, Шидар Ардагар!" — звучали в моем сознание, пьянящей музыкой, отголоски кровожадных мыслей и нестерпимых желаний моих братьев.
Идет отсчет, остались считанные дни до Перехода. Сдерживать напор соплеменников — задача невообразимо сложная. Даже вулкан заткнуть было бы легче, чем охладить эту бешеную кровавую эйфорию.
Глава 10 Невыносимое приручение{Ная}
В очередной раз я пришла в себя, оказываясь в новом кошмаре.
Я, увы, не умерла.
Лежала я в саднящей полутьме на влажной постели. Холод продирал до костей. Тело ныло. Все болело, будто меня жестоко избили.
Я услышала шум грозы. С силой ударялись дождевые потоки о каменные стены. От этого треска стоял гул в ушах.
Я вспомнила все, что со мной произошло за последние сутки. Клещами сдавили сердце непонимание происходящего, тоска от потери близких и мучительный страх грядущего.
Я приподнялась на локтях, пытаясь разглядеть хоть что-то. Но я была настолько обессиленная, что не могла даже сфокусировать взгляд.
Не зная, что ещё сделать, свернулась калачиком и тихонько завыла.
Ужасные раскаты грома сотрясли помещение. Я укрылась с головой мокрым одеялом. Дрожа продолжала постанывать.
Разные картины вставали перед глазами. Один кошмар страшнее другого. Красноволосый ухмыляющийся демон со звериными горящими глазами. Черная дыра, закрывающая небо и рокочущая так, словно разрываются сотни бомб. Окровавленные тела, обрубки конечностей, отрубленные головы. Вой, крики, скрежет металла, трещание стрел. Гигантские черви с тараканьим брюхом. Мерзкие их белесые, скользкие тела с длинными трубчатыми хвостами.
Меня передёрнуло. Я кожей вспомнила прикосновение этого хвоста. Холодного, вязкого, омерзительного.
Что-то коснулось плеча. Я в ужасе отпрянула в сторону. Выглянула из одеяла, приготовившись проходить очередной круг ада.
Стояла длинная, худая женщина с вещами в руках. Она слегка поклонилась, пряча глаза.
Сумрак теперь разбавлял огонь, собравшийся в клубы тумана в своде зала.
Кровать с колоннами. Все та же, где…Я в страха огляделась. Красноволосого не было нигде.
Посмотрела на женщину.
Она сказала неразборчивое, показывая мне вещи.
Я машинально взяла. Дрожащими руками стала вертеть. Пытаясь разобрать, где тут рукава, верх, низ, где тут что?
Женщина сразу помогла мне. Показала, как одеть, застегнула все застёжки.
И ушла. Вернее отошла далеко от кровати и вдруг села на колени.
Я сначала почувствовала интуитивным чутьем присутствие рядом непонятного, а потом уже резко повернула голову. Неподалеку от стола стоял вчерашний инопланетянин. Целитель с фиолетовыми глазами, озарённый светом. От неожиданности я вскрикнула и схватилась за сердце. Взрыв страха чуть не лишил меня чувств. Его тут точно секунду назад не было.
Я переползла по широкой кровати в самый дальний угол. И для надёжности натянула на себя хорошенько покрывало.
Целитель пересёк зал мягким неторопливым шагом и встал у ложа, пристально глядя на меня.
В висках резко закололо. Я зажала ладонями голову, сильно зажмурилась. Навернулись слезы от распирающей боли. Что он со мной делает?
Уткнувшись в постель и качаясь от боли, в отчаянье я выкрикнула:
— Что это, не надо, прошу! — Заплакала и со стоном выдохнула — пожалуйста, не надо! Умоляю! Мне больно! Очень больно!
Но боль так же резко прекратилась, как и началась.
— Не бойся, я больше не буду так делать, — услышала я переливающийся серебристыми нотами голос.