Невинная для братьев (СИ)

ВСЁ!
Пора!
Толкаю спящую Фриду, и мы быстро покидаем убежище.
Уже близ границы, которую Фрида будет пересекать с Гомесом, девчонка начинает паниковать:
— Стой, а ты что не со мной? — озадачивается, когда усаживая её в другой внедорожник, даю указания по переправке.
— Я приеду, — заверяю в порыве, прекрасно осознавая, что обманываю. — Конечно, приеду, не успеешь соскучиться…
— Я уже, — заверяет Фрида, с яростным кивком и цепляется в меня, как клещ. — Не бросай…
— Фрида, — придержав за плечи, твержу сурово, чтобы не смела перечить или убеждать в обратном. — Так нужно. Я должен поговорить с Леоном. Если этого не сделаю, он будет преследовать… Он не даст нам жизни…
О Ди и ультиматуме не говорил.
Фриде не стоит об этом знать. Если… боюсь, ни одно моё веское слово уже её не остановит!
— Значит из-за меня, — сглатывает сухим горлом, — ты будешь рисковать? А что если он тебя… убьёт?!..
— Не смей так думать! — отрезаю категорично, прекрасно понимая, насколько Фрида права. — Просто нельзя уйти, не решив с ним разногласий! Леон беспринципен в мести, он нас так просто не отпусти. Прошу, — надоедает разговор. Тем более, я начинаю сдавать позиции под натиском слёз девчонки, мольбы во взгляде, истерики в жестах. — НЕ думай, что со мной. Тебе тоже не сладко придётся. Границу пересечь ещё то мероприятие, — решаю съехать на другую тему. — Продержись! Доверься Энрике, и уже завтра будешь свободна.
— А ты? — вторит с нажимом Фрида.
— Об этом не думай, я не твоя забота…
— А Ди? — продолжает упираться девчонка.
— И Ди тоже, — ещё раз отрезаю сурово, но на имени «сестры» голос предательски виляет. — Я всё делаю сам, Фрида. Молю, не глупи, и… будешь свободна! — порываюсь её обнять и поцеловать, чтобы заткнуть, но останавливаюсь. Нельзя! И так уже трясёт. — Я рад, что смог тебя освободить, Фрида, — ни капли не кривлю душой.
Хлопаю дверцей и постукиваю по ней, отправляя Гомеса в путь.
Машина гудит с надрывом. Отступаю, но дверца вновь распахивается и из тачки выпрыгивает девчонка:
— Лео, — её голосок надламывается.
Фрида
Бросаюсь к нему, ныряя в объятия, до остроты ощущая что это конец!
— Молю, скажи, что всё будет…
— Хорошо, — с рьяным кивком заверяет Лео. — Не бойся, всё будет отлично! — нежно поглаживает мою спину. — Ты для меня спасение, Фрида. И не смей думать иначе! Ты — моя свобода, а это дорого стоит!
— Не пущу, — мотаю головой. — Не пущу, — это постыдно… так проявлять слабость, но цепляюсь в него, точно кальмар. По лицу вновь текут жгучие слёзы.
— Моя маленькая птичка, — шумно дышит в макушку Лео. — Моя девочка, — бормочет, чередуя шепот с поцелуями. — Моя невинная малышка, — горячие губы уже скользят по лбу…
Задираю голову, подставляя свои… выискивая, вымаливая поцелуи, прекрасно понимая: “Это Всё! Конец!!!”
И он целует. Сначала мягко, нежно… Обжигает коротко, но с чувством, а потом наращивает темп. Целует жадно, углубляет ласку до сумасшествия, и я висну на нём, комкая в кулаках ткань тёмной футболки.
— Мне пора, — обрывает поцелуй Доу и грубовато отпихивает меня: — Счастье тебе…
— Нет, нет, Лео, — причитаю, опять к нему подступая. — Я не отпущу.
— Пустишь… — кивает уверенно и твёрдо. — Иначе нельзя! — отворачивается, всем видом показывая, что разговор окончен. И ему пора…
— Но ты сказал, что я могу выбрать… — кидаю в спину. Это во мне не только паника звучит, но и глас обезумевшего от отчаянья сердца. Доу отдаляется… идёт, не оборачивается, и я решаюсь на больше признание: — Я тебя выбираю! Хочу тебя!!! И быть с тобой…
Лео замирает так резко, словно в стену втыкается.
— Фрида… — на сдавленном выдохе.
— Я с тобой, — кидаюсь к нему, обгоняю и вынуждаю смотреть мне в лицо. — Я пойду с тобой…
— Не дури, — рычит Лео. На долю секунды мерещатся слёзы в его тёмных глазах, но нет… лишь недовольный блеск: — Сказал, НЕТ! Значит, нет!
 
— Но мне некуда ехать, — блею тихо, с горечью осознавая, что он не уступит.
— Вот и займись поиском, — кивает на тачку, — там вещи для тебя: одежда, продукты на первое время и деньги. К моему возвращению должна обустроить нам… жильё… Я договорюсь с Леоном. Я ему брат. Пусть не родной, но брат… В конце-концов заплачу…
— И это сработает? — цепляюсь за мнимую возможность освободиться от монстра.
— Думаю, да, — слишком поспешно кивает Лео, всё больше укрепляя меня в сомнении.
— Но почему тогда меня…
— Прекрати, Фрида. Понимаешь ведь, мне лучше одному. Если он тебя заполучит, этого я не переживу… Птичка моя. Ты мой мир! — лбом утыкается в мой, гипнотизируя наполненными болью от предстоящей разлуки глазами. — И я сделаю всё, чтобы ты жила. Я обещал тебе свободу, молю, лети…
Целует меня опять, явно прощаясь…
И я отпускаю. Руки соскальзывают с его широких плеч. Слезы затмевают взгляд… Я обязана его отпустить, потому что он дал всё, что обещал… и даже больше!
Отворачиваюсь, чтобы не смотреть, как он уходит. Чтобы не видеть его спину и поникшие плечи. Не хочу быть той, кто рыдает, сидя на пыльной дороге к свободе. Не хочу быть той, кто не понимает, что ТАК НУЖНО.
Целует меня опять, явно прощаясь…
И я отпускаю. Руки соскальзывают с его широких плеч. Слезы затмевают взгляд… Я обязана его отпустить, потому что он дал всё, что обещал… и даже больше!
Отворачиваюсь, чтобы не смотреть, как он уходит. Чтобы не видеть его спину и поникшие плечи. Не хочу быть той, кто рыдает, сидя на пыльной дороге к свободе. Не хочу быть той, кто не понимает, что ТАК НУЖНО.
Спасена.
Спасена!
Спасена?
Понимаю, что это начало моей свободной жизни. Что кошмар закончится, когда сяду в автомобиль. Что какие-то сутки, и я буду на родине. Что тиран останется позади, и, быть может, меня никогда не найдёт.
Это шанс…
Спасение…
Теперь я свободна.
Свободна!
Свободна?..
Но уже ногой в машине, реагирую на… такой неправильный оглушительный звук выстрела за спиной. Оттуда, куда шёл Лео!
И ещё не осознав, ещё толком не посмотрев туда, где только что была ЕГО спина, понимаю, что чьё бы сердце не оказалось под ударом, моё — разбито!
КОНЕЦ