Рыжик (СИ)
Полк же занимался своими делами. Взлетали и садились самолёты. Как-то раз один из самолётов сел на брюхо. Сильно повредили в бою. Его отволокли к лесу и укрыли. Я ходила, смотрела потом… Как он долетел вообще? Он же в дырках весь! В крыле дыра — голова пролезет! Лётчика же увезли в госпиталь. Ранило его…
Мало исправных самолётов в полку осталось. Двенадцать штук всего. Ну и мой теперь ещё, тринадцатый.
Я ушивала большую для меня форму, потом подшивала её. Потом помылась в бане и наконец переоделась в неё.
Все оценили. Комполка пообещал мне новые сапоги по размеру найти. А особист Петров подарил новую кобуру для пистолета…
Вычистила и смазала все свои пистолеты. Вот интересно мне, почему фрицы летали вместе, а пистолеты у них разные? Парабеллум и, похожий немного на наш ПМ, маузер…
Ну и ладно. Пусть будет так. Мне без разницы.
Опять вызвали к комполка.
Сидит, хмурый, прячет глаза.
— Ты это… Садись давай… Тут такое дело… Ну Серёжа твой… Сбили его… Вишь как вышло-то… Ты поплачь, поплачь…
Ушла к себе. Слёз почти нет. Ну почему гибнут хорошие люди? Проклятые фашисты! НЕНАВИЖУ!!!
Достала пистолеты и ушла в лес… Стреляла… Пока все патроны у меня не кончились…
Потом сидела и плакала. Стало немного полегче.
Посидела, потом потихоньку пошла назад.
Я пока всё ещё живая. Война тоже продолжается…
Глава 10
Давненько же всё-таки я в одной ночнушке не спала! А то всё в одежде, да в одежде. Тело вообще не отдыхало. А теперь мне ещё и нижнее белье выдали впридачу. Но кальсоны я пока убрала. Зато в рубашке очень удобно. Можно даже лифчик не надевать. И длинная она. До бедер мне…
Я чего так рано встала-то сегодня? Привычка такая у меня уже. Поварихи встали, ну и я тоже проснулась. Повалялась, полюбовалась их телесами и тоже встала. Я с ними ещё раньше познакомилась немного. А потом не до разговоров было. И вчера, после стрельбы, тоже пришла, получила немного втык от особиста за стрельбу и, кинув пистолеты в чемодан, легла спать.
Вот сегодня мы и пообщались слегка, пока умывались.
Они меня немножко пожалели. Отец погиб, а тут ещё и жених… Все Сергея считали моим женихом. Ну а потом они ушли на работу. Они наёмные же…
В палатке мы живём вшестером. Три поварихи, одна подавальщица и прачка. Ну и я теперь ещё живу, непонятно кто.
Вот, если разобраться, то мне просто дико, невероятно повезло! Ну вот какая существует вероятность того, что я должна была попасть в полк отца? Один шанс из тысячи. Если вообще не из миллиона! Ведь просто же тупо на восток летела.
И села я именно сюда случайно. Бензин уже заканчивался, увидела подходящее поле, ну и села. И ведь попала прямо в десятку! Невероятно просто повезло… Скажи кому, не поверят… Ну не бывает такого… Вот не бывает и всё…
Это, как стоя спиной к мишени на расстоянии километра, выстрелить и попасть точно в ее центр.
А с другой стороны если посудить? Несколько раз контуженная, избитая, изнасилованная… Отец погиб… Невезучая я абсолютно…
Какая-то жизнь у меня без полутонов получается. Из крайности в крайность кидает…
Пока было время, почистила всё своё оружие. Потом прогулялась немного по расположению. Мой шторьх уже укатили, еле нашла его. Оказывается у него уже есть свой техник. Усатый мужик лет сорока примерно. Зовут его Петрович. Вообще-то он Андрей Петрович, но он сам представился так. Вот он то и показал мне, где тормоза у самолета находятся. А то я чуть не разбила его при посадке. Петрович похвалил его, кстати. Удачный самолетик получился у фрицев. И он же достал мне из него велосипед. С помощью Петровича я отрегулировала велик под себя и поехала на завтрак.
А после завтрака остатки полка построили. Я стою на самом левом фланге. Не военнослужащая потому что я.
Вынесли Знамя, командир толкнул речь! Помянул добрым словом и моего отца тоже. Сказал, что скоро нас отправят в тыл, на переформирование. Получим пополнение, то, сё и опять на фронт.
Услышав такие новости, я скисла. Если лётный состав в ЗАП отправят, то персонал остаётся на месте или в другие части его переводят. Хреново…
Не сразу и поняла, что меня вызывают. Пока не получила локтем в бок от соседа.
Постаралась промаршировать к командиру. Вскинула руку к пилотке, а что говорить-то и не знаю. Я ж не военнослужащая. Фиг его знает, как надо представляться.
Командир сам мне пришел на помощь.
— Ну что, лётчик, готова к присяге?
Он сказал ЛЁТЧИК???
Улыбка сама растянула мои губы!
— Так точно! Готова!
А потом было чтение Присяги! Мне выдали красноармейскую книжку и чистые голубые петлицы.
Вот я и в Армии! Точнее в ВВС…
Ну а потом начался персональный ад для Марии Стирлец!
Полк воевал, а я учила уставы, краткий курс ВКПб, устройство самолёта…
До хрена чего я учила. И ещё я ЛЕТАЛА!
Меня учили летать. Изучила свой шторьх почти так же, как и Петрович.
Уставалаа!!!
Засыпала, не успев коснуться подушки.
Как-то вот оформили же меня в армию. Хотя по возрасту я не подхожу. И не сыном, то есть дочерью, полка. А как положено, с принятием Присяги. На какие рычаги надавил Иван Никифорович или какие аргументы привёл, я без понятия…
Хотя я читал ещё в той жизни, что летал во время войны один мальчишка. В 14 лет летал. Вроде как Аркадий Каманин. А мне вообще уже шестнадцать скоро…
Местные полковые комсомольцы немножко попытали меня на верность принципам партии Ленина-Сталина и приняли в свои ряды.
Завели новую учётную карточку. И озадачили комсомольским поручением. Помогать в выпуске «Боевого листка»…
Только вот когда? У меня времени «на поспать» уже не хватает…
Насчёт ЗАПа я ошиблась. Просто в тыл нас немного отвели и там получили пополнение.
Я летела в тыл на своем шторьхе, везла всё своё. Петровича тоже везла. Он же мой механик? Точнее, механик моего шторьха с красными звездами и номером 13. Я сама этот номер себе выпросила.
В тылу для меня мало что отличалось от фронта. Меня гоняли все! И командир, и особист, и Петрович.
… И вот наконец я получила удостоверение пилота и два треугольника на петлицы. По одному в каждую. А заодно и втык от командира, за то, что хожу без оружия. Папин пистолет теперь официально мой и я обязана его носить.
На робкую попытку возразить, типа патронов у меня нет, он затащил меня к оружейнику и сказал ему выдать. Там даже немецкие патроны были! Я теперь опять вооружена! И опасна!
А мой Петрович, кстати, старшина. Старше меня по званию. Целых четыре треугольника. Натуральная пила на петлицах!
Ну а потом командир взял меня в город. К сапожнику. Почему-то он тоже еврей, как и Соломон. Вот кстати… Пока сапожник с меня мерку снимал, спросила про парикмахера. По его совету потом и посетила. Еврейская мафия, но дело своё знают. Хорошо постригли.
Постепенно в полк прибывало пополнение. Лётчики из тыловых областей. Звания у них от сержантов до капитанов. Ко мне они несколько раз пытались подкатить. Но я их всех отшивала. Пока вроде помогало. Одному сильно наглому лейтенанту, зажавшему меня в углу и начавшему распускать руки, старослужащие набили морду. Извиняться потом приходил… Шикарный такой у него фингал!
Старого состава лётчиков осталось всего шесть человек, без комполка и меня. Все остальные или в госпиталях, или вообще погибли. Меньше чем за месяц кадровый полк сгорел.
Наш то ещё хорошо повоевал, по сравнению с другими. Других-то и на неделю не хватало.
Нам пригоняли новые самолёты. Полк постепенно возвращался в рабочее состояние.
Я, оказывается, очень даже неплохо умею рисовать! Как-то сидела, думала, как оформить листок и машинально чиркала карандашом… Глянула, а у меня получился вполне узнаваемый портрет комполка… Немного похоже на шарж, но это был именно дядя Ваня…
