Рита - сердце Громовой планеты (СИ)

  
Рита - сердце Громовой планеты 
 
Юлия Меллер
   
Часть 1. Потерявшаяся веда. Глава 1. Ведьма
 
— Красивая женщина всегда умна, потому что ей хватает ума быть красивой! – поучающе процитировала французского прозаика своему отражению Ритулька.
Именно эту цитату она разместила сегодня в интернете на своей страничке и готовилась защищать её от нападок подружек. Они считали, что красота сродни уродству и привлекает ненужное внимание. Ритка точно знала, что девочки врут, и боролась с их лицемерием каждый день.
А сейчас она стояла у зеркала и любовалась собой! Она заслужила эти мгновения удовольствия.
Бабушкин дар ведьмы проснулся? О, да! Выигрыш в моментальной лотерее тому порука!
Остальное волшебство придёт со временем. Бабуля говорила, что у неё сильный дар и надо только подождать, созреть! И вот, созрела ягодка!
Теперь сама природа велела носить ярко-зелёные линзы и быть рыжей! Красота!
Маргарита томно изогнулась, приподнимая юбку и выставляя бедро, потом нахмурилась и изволила гневаться. Как ни встанет у зеркала  −  всяк хороша! Надо было ей раньше покраситься в рыжий, а то с чёрным цветом волос она на гота походила. Вроде стильно, но слишком уж специфично.
Юная красотка ещё немного покривлялась у зеркала, радуясь удачному новому имиджу, как вдруг изображение поплыло.
«Вот оно, началось!» – сладкая мысль о ведьмовских способностях заставила предвкушающе замереть.
Кто другой в страхе отшатнулся бы от зеркала, но не будущая ведьма! Душа Риты жаждала приключений, верила в волшебство и мечтала о подвигах.
Ну, подвиги — это не точная формулировка. Больше мечталось о преклонении и восхищении, правда, за что-то реально сделанное! Маргарита −  девушка неглупая, и хотела бы сделать что-то неординарное, очень нужное всем людям, за что её почитали бы, и она без стеснения гордилась бы этим.
Что-то великое и крайне необходимое оказалось сложно придумать, а вот насчёт остального фантазировалось легко и иногда даже упоительно детально.
Ритка прилипла к зеркалу, которое сейчас показывало едва освещённое редкими факелами подземелье, толстые решётки, тени шевелящихся заключённых.
«О, да! Средневековье! Рыцари и дамы! Красивые наряды, баллады-поэмы, преклонение перед леди!»
Надо бы как-то поколдовать, чтобы увидеть сражение или бал? Но как это сделать, если ты только сегодня ощутила в себе нечто волшебное?
Ритулька ещё девчонкой часто спрашивала у бабушки, надо ли ей учить заклятия или собирать травы, но та неизменно отрицательно качала головой и молила, чтобы Бог миловал внучку. Из-за этого девочка обижалась и даже не ездила к бабуле последние два года. Оканчивала школу; готовилась к поступлению в институт культуры; а иногда хаотично, по настроению, учила разные руны или наговоры; даже начала изучать эльфийский язык, но  надоело; и досадовала на бабушкину осторожность. Сейчас ей было стыдно, всё же бабуля была хорошей, но…
С той стороны зеркала к отражению подползла какая-то замарашка. Её волосы висели грязными паклями, одета… ужас как одета. Глаза у неё были не нормальные, если не сказать прямо – безумные, но очень красивого цвета. Зелёные! Вряд ли линзы, как сейчас у Риты, но такие же яркие. Повезло доходяжке с глазами. Красивые!
— Помоги! – взмолилась грязнуля в зеркале. – Прошу тебя, помоги!
— Э-э, – Маргарита чуть отступила назад, – это ты мне?
Столько мечтала о волшебстве, а в самый ответственный момент стало не по себе. Страх волной пробежал по телу, но Маргоша устыдила себя.
Ну, в самом-то деле, что она не сможет помочь этой убогой? Она же мечтала о подвигах, так почему бы не начать с малого? Ведь во всех книгах пишут, что героям поначалу тоже страшно, но они проявляют отвагу!
Рита настороженно оглядела камеру, в которой сидела замарашка, и уже предвкушала, как поставит на форуме любителей фэнтези задачу подготовить побег из заключения. Они ей накидают идей, а она выберет нужную. Ну, не молодец ли она?
Юная почти-ведьма уверенно встала вплотную к зеркалу и не без ноток покровительства спросила:
— Чем тебе помочь?
— Помоги! – затряслась в плаче на той стороне тощая недоросль.
Маргарита поморщилась, разглядев, в какие лохмотья была одета собеседница и насколько она грязна. И всё же, отступать она не собиралась, видя, что соплячка находится в отчаянии. Ещё бы, чай, не во дворце, а в камере сидит! Её счастье, что одна.
— Что тебе нужно? – почти по слогам спросила Рита. Понимает ли та её?
— Ты поможешь?! – раскрыв свои невозможно красивые глазищи, с надеждой посмотрела на неё замарашка.
— Угу, – немного раздражённо бросила Ритка. Ей бы хотелось уже приступить к спасению несчастной по собственному плану, но…
Девчонка отпрыгнула внутрь своей камеры и быстро-быстро забормотала что-то, закрутилась вокруг себя как безумная, хотя почему как? Полусогбенная вертящаяся волчком фигура именно сумасшествием и попахивала.
Маргарита брезгливо скривилась и почувствовала себя уже не так уверенно. Грязнуля неожиданно замерла, медленно подняла руку и указала на неё грязным пальцем с обломанным ногтем, громко выкрикивая:
— Добровольно поможешь?!
Вот честно, всё происходящее уже разонравилось Ритке.
Героические фантазии как-то быстро поблёкли и уже не казались радужными или такими, которым позавидовали бы девчонки. Вспомнились бабушкины сетования на тяжёлые судьбы ведьм. Там же есть тысяча правил и ограничений!
— Поможешь?! – едва сдерживая рыдания, спрашивала зеленоглазая,  и Рита не выдержала её напора, той надежды, что видела она в глазах убогой, кивнула, практически беззвучно прошептав:
— Да.
В тот же миг всё поплыло, закрутилось и красавица Маргарита едва удержалась на ногах. Глаза пришлось прикрыть из-за того, что её замутило, но вроде обошлось.
«Так что этой ненормальной нужно?»
Ритка решительно выдохнула, гордо приподняла подбородок и осторожно открыла один глаз, потом второй.
«Надо быть осторожнее» – билось в её сознании, но тут она увидела своё отражение в зеркале, которое счастливо улыбнулось и помахав рукой, повернулось спиной и исчезло.
«Это как вообще?» – в недоумении приоткрыла она рот. Сама Ритка стояла и не шевелилась, а та, в отражении помахала и…
— О, не-е-е-т! – простонала она, уже понимая, что её облапошили, как самую распоследнюю дурилищу.
И ведь почуяла неладное, и вечно зудящую об осторожности бабку вовремя вспомнила, но нет, как же, надо помогать ближнему!
Прижав руки к груди, она медленно обводила взглядом свою камеру и с ужасом замечала ускользнувшие ранее подробности.
Полусгнившее сено в углу, крошечное окошко-отверстие почти под потолком, а за железными прутьями притаился какой-то полоумный бородач, что тянет к ней руки, шепча: «Иди ко мне, ведьма, я выпью твоей крови и пройду сквозь стены».
Рита отшатнулась от безумца и чуть не попалась в руки другого сокамерника. Огромный мужик с мясистым носом и тошнотворной клочковатой бородой, облизывал губы и противно вытащив толстый язык, похабно шевелил им, намекая на одолевающие его развратные желания.
В ужасе отскочив от извращенца, она встала в центре своей камеры и обняла себя руками. Воздуха не хватало, несмотря на отсутствие в окошке самого окна. Её окутал смрад, удушающий, убивающий, пропитывающий каждую клеточку и невероятно гадкий! А ещё, чем больше глаза привыкали к темноте, тем больше могла разглядеть девушка, куда она попала −  и её начинало трясти. Леди и рыцари, баллады и преклонение развеялись иллюзорной дымкой, столкнувшись с реальностью.
Сколько она так простояла? Час, два, день, неделю?  
В соседних камерах успокоились и пока перестали обращать на неё внимание, а Рита протянула руки перед собою и безотрывно смотрела на них.
 Маленькие кисти с тонкими запястьями и обломанными ногтями были грязными. Не видно под грязью ни бархатистой кожи с лёгким загаром, ни свежего маникюра…