"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Но походка её по-прежнему оставалась спокойной и размеренной, а на лице каким-то чудом держалась лёгкая улыбка.
— Чем же вам так понравилась именно эта скульптура, госпожа Септиса? — с натужным смехом спросила племянница. — Что вы никак не можете от неё отойти?
— Что там? — выдохнула тётушка.
— Плохо, — одними губами ответила девушка, и поправляя накидку, показала краешек жемчужного цветка.
— О боги! — побледнела от ужаса собеседница, а Ника с тревогой заметила в конце аллеи двух мужчин.
Впереди неторопливо и важно вышагивал грузный господин в длинной сиреневой тунике и синем плаще, а за его спиной, смиренно потупив взор, шёл невольник в коричневом хитоне с металлической табличкой на груди.
— Я слышала, скульпторы любят выбивать где-нибудь на статуе своё имя, — чуть громче, чем следовало, произнесла девушка, наклоняясь к пьедесталу.
— Да, да, — энергично закивала супруга регистора Трениума. — Прекрасная работа. Хотелось бы знать, кто это сделал?
Тётушка начала вспоминать знаменитых ваятелей, а племянница, шагнув за каменную нимфу так, чтобы та закрывала её от нескромных взоров любопытствующих свидетелей, с наслаждением выронила завёрнутую в тряпочку драгоценность, ногой поправив траву.
— Увы, здесь ничего нет, — развела она руками.
— Вот оно! — ответила родственница. — На ноге, посмотрите!
Столь странное поведение двух дам не могло не привлечь внимания не в меру упитанного незнакомца.
— Что вы там ищите, госпожа? — спросил он сиплым, отдышливым голосом.
— Да вот очень понравилась эта нимфа-нутпенида, — любезно пояснила Пласда Септиса Денса, с видимым трудом беря себя в руки. — Хочу заказать бюст мужа у этого ваятеля. Если он, конечно, ещё жив.
— Павний Мадес! — наконец смогла разобрать Ника. — Никогда о таком не слышала.
— Ну как же! — вскинул густые брови собеседник. — Я его знаю.
— Вот как! — делано обрадовалась тётушка, направляясь к площадке за аркой. — Кто же он такой?
— Вполне приличный скульптор, — со знанием дела просвещал её толстяк. — Правда, он уже немолод, но у него есть талантливые ученики. Мастерская господина Мадеса в Венариуме за Флуминой, неподалёку от храма Ауры. Его там все знают.
Племянница шла за мирно беседовавшей парочкой и чувствовала, как ветерок неприятно холодит мокрую от пота спину.
Душевно распрощавшись со своим случайным знакомым, супруга регистора Трениума залезла в паланкин, где её ждала родственница, уже успевшая аккуратно разложить развороченные подушечки.
Без сил плюхнувшись на сиденье, Пласда Септиса Денса с шумом выдохнула, и тут же благожелательная улыбка на её лице исчезла, словно надпись мелом на школьной доске, стёртая мокрой губкой.
— О боги! — подняв взгляд к потолку, процедила она сквозь стиснутые зубы. — Что за люди? Как подобное вообще могло случиться? Поверить не могу, что это сделано по приказу первой принцессы! Она же так хорошо нас принимала! Мы же ели за одном столом!
— А откуда тогда у кухонной рабыни могла взяться её шпилька? — криво усмехнулась девушка.
— Не считайте меня дурой, госпожа Юлиса! — зло зыркнув глазами, глухо прорычала тётушка. — Я все прекрасно понимаю! Но это так… мерзко и подло!
— Подождите, госпожа Септиса! — не в силах обуздать бушевавший в крови адреналин, продолжила язвить племянница. — Нас сейчас ещё и обыскивать будут!
— Что?! — очевидно, забыв в запальчивости, где она находится, собеседница попыталась вскочить на ноги, но лишь стукнулась головой о с хрустом разломившуюся планку крыши, да заставила носильщиков сбиться с ноги, от чего, потеряв равновесие, грузно шлёпнулась на подушки.
— Сядьте! — шёпотом рявкнула Ника. — А вы думаете, зачем нам подбросили драгоценности принцессы? Да затем, чтобы их найти! Поэтому успокойтесь и помните, что вы Пласда Септиса Денса — волевая женщина и супруга регистора Трениума!
Обжигая её взглядом, собеседница резко выпрямилась на сиденье, гордо вскинула подбородок, и сжав губы в куриную гузку, уставилась куда-то поверх головы девушки.
Скривившись, та отвернулась и стала отсчитывать шаги рабов, неумолимо приближавших их паланкин к воротам императорской резиденции.
 
На сто двадцать третьем раздался грозный окрик.
— Стойте, опустите носилки!
Глянув на племянницу так, словно та виновата во всём происходящем, тётушка, отодвинув занавеску, с лёгким раздражением спросила:
— В чём дело?
— Выйдите, пожалуйста! — приказал кто-то не терпящим возражения тоном.
— Что случилось, госпожа Септиса? — спросила Ника, которой даже не пришлось разыгрывать беспокойство, голос у неё и без этого дрожал.
— Этот храбрый воин хочет, чтобы мы вышли, — удивлённо вскинула брови родственница. — Но я не понимаю зачем?
— Видимо, у него на это есть какие-то важные причины, госпожа Септиса, — растерянно пожала плечами девушка. — И мы должны выполнить его просьбу.
— Ну, если вы так считаете, госпожа Юлиса, — презрительно скривила губы спутница.
Как Ника и предполагала, их остановили именно у ворот Палатина. Кроме всё тех же легионеров во главе с молодым десятником, здесь присутствовала одна из приближённых первой принцессы. К ней и обратилась за разъяснением супруга регистора Трениума.
— Что всё это значит, госпожа Гермия?
— У её высочества Силлы Тарквины Посты пропала золотая шпилька с жемчугом, — сурово проговорила придворная дама, мрачно глядя на недавних гостей супруги наследника престола.
— Какая жалость! — всплеснула руками Пласда Септиса Денса. — Её высочество, наверное, очень расстроилась? Такая замечательная и несомненно очень дорогая вещь! Но причём здесь мы?
— Исчезновение заколки обнаружилось после вашего ухода, госпожа Септиса! — голос наперсницы Силлы Тарквины Посты звучал сурово и обвиняюще, словно у адвоката на бракоразводном процессе. — Из всех присутствующих только вы в первый раз гостили в покоях её высочества.
— Ну и что? — растерянно хлопнула ресницами собеседница и вдруг уставилась на Гермию широко распахнутыми глазами.
— Так вы…, вы…, - казалось, она не может вымолвить ни слова потому, что буквально задыхается от негодования.
"Переигрывает, — досадливо думала Ника, с нарастающей тревогой наблюдая за разворачивающимся перед ней представлением. — Ой, переигрывает!"
— Так вы считаете, что я, законная жена гражданина Империи и мать его троих детей, могла взять чужую вещь? — выпалила Пласда Септиса Денса, делая вид, будто бы наконец справилась с охватившим её возмущением. — Клянусь Ноной, Артедой и Цитией, ещё никто и никогда не оскорблял меня подобным образом! И где?! В священном Палатине!
— Не нужно кричать, госпожа Септиса! — беззастенчиво перебила её придворная и невозмутимо продолжила. — Я несу ответственность за сохранность имущества первой принцессы. Все, кто любовался её драгоценностями вместе с вами, уже позволили себя обыскать.
Попаданка заметила, что при этих словах десятник легионеров вздрогнул и удивлённо посмотрел на так безапелляционно заявлявшую женщину.
А та вещала как ни в чём не бывало.
— Если у вас ничего нет, госпожа Септиса, то я принесу вам свои глубокие и искренние извинения, после чего вы спокойно отправитесь домой.
— Да не нужны мне ваши извинения! — взвилась супруга регистора Трениума. — Как вообще можно обвинять нас в воровстве? Или Исми лишила вас последних остатков разума?!
— Чего вы ждёте, господин Циратис? — подчёркнуто игнорируя бушующую собеседницу, обратилась наперсница первой принцессы к хмурому, прятавшему глаза начальнику караула. — Прикажите своим людям осмотреть паланкин!
— Эй вы! — молодой десятник рявкнул так, что Пласда Септиса Денса замолчала, подавившись очередным возмущением. — Коут, Намий, Русмос, обыщите носилки!
— Да, десятник! — вразнобой гаркнули бравые солдаты, снимая щиты и дротики.
Окатив Гермию взглядом, полным глубочайшего презрения, тётушка отошла в сторону и демонстративно отвернулась, глядя куда-то в сторону громады дворца поблёскивавшими от набежавших слёз глазами.