"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Подобная реакция удивила и слегка насторожила племянницу регистора Трениума. После того, как Фабр вполне лояльно отнёсся к ней на слушании в Сенате, подобное показательное дистанцирование показалось довольно странным.
Внутрь дворца вели три оббитые медными листами двери. Две их них оказались закрыты, а возле центральной, распахнутой настежь, прячась в благословенной тени фронтона, стояли уже четверо часовых, которые не обратили на очередных гостей Палатина никакого внимания. Вероятно, они знали в лицо придворную даму первой принцессы? Или всерьёз полагали, что посторонние просто не могут проникнуть за дворцовую ограду?
Виктория Седова в своё время прочла немало криминальных романов, где в том числе описывались системы охраны разного рода олигархов, поэтому столь халатное отношение к безопасности резиденции первого лица государства показалось ей довольно странной. Или эти воины всего лишь почётный караул, своего рода красивая декорация, а настоящие телохранители настолько профессиональны, что их невооружённым взглядом и не разглядишь?
За дверями располагалась обширная прихожая, даже скорее холл, с высоким расписным потолком, балконом, уходящими в стороны коридорами и лестницами, ведущими как вниз, так и наверх. Повсюду стояли вооружённые легионеры с каменно-скучающими лицами под одинаковыми железными шлемами.
Несмотря на гладкий мрамор ступеней, на резные каменные столбики перил, на красочные фрески, на статуи и торчавшие из стен блестящие светильники в виде орлиных лап, внутреннее убранство императорского жилища не показалось девушке роскошным.
Во всяком случае, по сравнению с Эрмитажем, где Виктории Седовой удалось побывать в прошлой жизни, всё выглядело достаточно убого.
Но на госпожу Септису окружающая обстановка произвела настолько неизгладимое впечатление, что она даже рот приоткрыла от удивления.
Миновав комнаты с толпящимися людьми и пройдя по длинным полутёмным коридорам, освещаемым лишь жалкими огоньками редких масляных светильников, родственницы оказались в просторном, залитом солнцем помещении, где их уже ждали.
Шесть богато одетых женщин вольготно расположились вокруг двух круглых столиков, на которых стояли вазы с фруктами, узкогорлый кувшин и несколько стаканов из разноцветного мутного стекла.
Не успела за гостьями закрыться деревянная, покрытая причудливой резьбой дверь, как Ника буквально натолкнулась на жгучий, переполненный неприязнью взгляд.
Кривя в пренебрежительной усмешке аккуратно накрашенные губы, принцесса Медья Тарквина Улла, склонившись к уху соседки, единственной из всех восседавшей в кресле с высокой спинкой, что-то зашептала, косясь на вошедших.
Уже немолодая, но всё ещё довольно красивая женщина, поморщившись, отстранилась. Судя по количеству золота и драгоценных камней в причёске, по властному взгляду искусно подведённых тёмно-серых глаз, а главное — по тому, с каким вниманием и ожиданием смотрят на неё окружающие, девушка поняла, что это и есть её высочество Силла Терквина Поста — первая принцесса, супруга наследника престола Радланской Империи.
— Здравствуйте, госпожа Септиса, — приветливо, но даже не привстав, поздоровалась со старшей гостьей хозяйка встречи и тут же пристально посмотрела на младшую.
— Я очень рада наконец-то встретиться с вами, госпожа Юлиса. Истории о ваших подвигах заставляют завидовать мужчин и внушают гордость женщинам.
— Благодарю за лестные слова, ваше высочество, — учтиво поклонилась Ника. — Я ещё недолго живу в Радле, но уже успела неоднократно убедиться в богатом воображении его жителей. Уверена, в случае со мной они сильно преувеличивают. Я не совершала никаких подвигов, а просто ехала домой.
— Скромность — одна из главнейших добродетелей радланских женщин, — поощрительно улыбнулась первая принцесса, и все собравшиеся согласно закивали. — Надеюсь, вы расскажете нам о своём необыкновенном путешествии и поможете отделить правду от сплетен и домыслов?
— С огромной радостью и удовольствием, — ещё раз поклонилась гостья.
 
— Тогда присаживайтесь, — наконец-то предложила хозяйка встречи.
Тут же стоявшие у стены рабыни принесли две табуретки, и тётушка с племянницей смогли удобно расположиться как раз напротив принцесс.
Многочисленные "репетиции" помогли рассказчице сразу же взять верный тон. Слушали её с большим интересом. В соответствующих местах первая принцесса одобрительно кивала, где-то благосклонно улыбалась, часто задавала очень неглупые вопросы, явно желая разобраться в словах путешественницы. И даже изредка одёргивала то и дело влезавшую с ехидными комментариями Медью.
Уделяя основное внимание девушке, Силла умудрялась не забывать и о её старшей спутнице, обменявшись несколькими фразами с супругой регистора Трениума.
Тем не менее, несмотря на кажущуюся приязнь и показную благожелательность принцессы, у Ники нарастало какое-то странное ощущение: то ли очевидной фальшивости происходящего, то ли приближающейся опасности? Возможно, ей это только казалось, а может, в глазах главной слушательницы действительно мелькали тщательно маскируемые искорки враждебности?
Рассказчица, уже успевшая в достаточной степени изучить радланскую "аудиторию", не стала перегружать своё повествование чрезмерными подробностями, сосредоточив внимание на тех моментах, которые выставляли её в наиболее выигрышном свете, и умудрилась закончить свою историю как раз тогда, когда сановная слушательница явно начала скучать.
— И это всё? — спросила Силла со смесью облегчения и разочарования.
— Поверьте, ваше высочество, по большей части моё странствие было довольно скучным, — скромно улыбнулась девушка. — Но если вы желаете, я готова с удовольствием разъяснить всё, что вас интересует.
Благосклонно кивнув, первая принцесса посмотрела на приближенных, и те, словно по команде, начали спрашивать, едва не перебивая друг друга. Поначалу вопросы казались довольно стандартными. Разве, что тон, которым их задавали, был очень разным. Кто-то просто любопытствовал, а кто-то ехидничал с разной степенью откровенности, но до открытого хамства пока не опустился никто. Однако Нику, хорошо запомнившую последний разговор с Вилитом, данное обстоятельство больше настораживало, чем радовало. И её опасения очень скоро подтвердились.
— Госпожа Юлиса, вы же уже не так молоды, — внезапно заговорила одна из наперсниц принцессы. — Всё-таки двадцать лет…
— Мне лишь недавно исполнилось девятнадцать, госпожа, к сожалению, не знаю вашего имени, — беззастенчиво оборвала её девушка, выдавая официальную, озвученную родичам версию, и делая себя моложе на год.
— Меня зовут Нерида Навция Фера, — торопливо представилась собеседница. — Но это всё равно уже солидный возраст для женщины. К девятнадцати годам я уже родила своего второго сына…
— Я рада за вас, госпожа Навция, — Ника вновь попыталась помешать ей продолжить разговор, от которого не ждала для себя ничего хорошего. — Уверена, он вырастет храбрым мужчиной и достойным гражданином Империи.
— Увы, госпожа Юлиса, — прерывисто вздохнула придворная дама. — Мой Пан не прожил и года…
— Мне жаль, госпожа Навция, — поспешила выразить сочувствие гостья. — Боги часто посылают нам суровые испытания, но они же и дарят нам своё расположение. Надеюсь, у других ваших детей со здоровьем всё благополучно?
— Хвала богам, госпожа Юлиса, с ними всё в порядке, — улыбнулась собеседница, гордо заявив. — У меня три сына и дочь.
Однако вместо того, чтобы начать хвастаться успехами отпрысков, настырная баба упрямо продолжила гнуть своё:
— Но дети могли быть и у вас, госпожа Юлиса, если бы отец выдал вас за кого-нибудь из знатных вождей того народа, среди которого прожил большую часть своей жизни. Почему же он не осчастливил себя внуками, госпожа Юлиса?
"Вот батман!" — мысленно выругалась Ника, чувствуя на себе пристальные взгляды всех собравшихся в комнате. Казалось, даже рабыни и то исподтишка поглядывают на неё.