Вопросы судьбе не задают (СИ)
- И вправду, молодой человек. Собрание кончилось и давайте на сегодня закончим все прения. Если у вас есть вопросы, вы подходите к нам завтра, кабинет вы знаете, и будем поднимать в школе вопрос о создании урока по действиям пилота при вынужденной посадке в разных ситуациях.
И Максим с Ириной развернувшись ушли, оставив молодого комсорга думать, что ему сейчас отвечать на подобные вопросы учлётов, которые точно последуют. Вот была бы инструкция, так ведь нету… .
На утреннем докладе о выступлении Ирины на вчерашнем комсомольском собрании старший политрук сказал одно.
- Как начальник, могу сказать одно, на такие темы как то, что советского лётчика могут сбить без подготовки более выступать не следует. Но … то, что вы сразу же высказались о том, что сбитый лётчик должен сберечь себя и вернуться для того чтобы снова громить врага, это тебя полностью прикрывает от различного толка злопыхателей. Ирина Васильевна, вы лицо и представитель политуправления и нельзя позволять себя поймать на чем-то, о чем как бы, не принято говорить. Хотя … лично я считаю, что про такие вещи лётчику знать нужно. И про то, что готовить людей ко всяким ситуациям на особых занятиях, я вашу инициативу тоже поддержу. Днём будет собрание местного руководства, и я на эту тему выскажусь. Теперь другое, прямо сегодня вы должны поехать в Посёлок Степной, он является запасным и промежуточным аэродромом при проверках на дальность и слепые полёты. Вам предстоит посмотреть, как у них там обстоят дела с агитацией, и какая работа по этой теме ведётся. Ясно?
- Товарищ старший политрук есть вопрос.
- Какой ещё вопрос, беспокойная вы моя?
- Гм, Емельян Иванович, опять на лошадках или … .
- На этот раз вам повезло, через час туда от мастерских отправляются два грузовика БАО и бензовоз. С ними и поедете. Кругом!
Откровенно говоря, Ирине повезло, она ехала в кабине бензовоза, а вот Максиму пришлось ехать в кузове вместе с двумя механиками и парой солдатиков из охраны аэродрома. Места в кабинах обоих грузовиков были отданы двум далеко не худым поварихам. Дорога была скорее не шоссе, как значилась на карте, а простой неплохо заезженной грунтовкой. Места были открытые, скорость водители держали среднюю и главное рано утром прошёл дождик, который основательно прибил дорожную пыль, и та пока не успела высохнуть.
Молодой водитель бензовоза, поначалу здорово дичился меня и в разговоре старался к месту и не к месту лепить товарища младшего лейтенанта, постепенно оттаял, и уже спокойно рассказывал мне про службу, про село из которого его призвали и свою девушку Лену, ожидающую его возвращения со службы. В итоге, время в дороге для Ирины пролетело быстро, и вот на горизонте уже нарисовалась мачта с матрасом, этаким лёгким флюгером, указывающим взлетающим и садящимся лётчикам направление ветра у земли. Вдалеке за аэродромом виднелись крыши домов, там и находился, собственно говоря, сам посёлок.
Мы с Максимом вышли из машин, которые разъехались к складам и бензохранилищу, и предъявив дежурному свои документы отправились представляться местному начальству. А вот, кстати, похоже и оно само. Из небольшого одноэтажного здания на краю поля, с надписью «Диспетчерская», надевая фуражку, навстречу нам вышел капитан. Проверив наши документы, он торжественно заявил.
- Дорогие столичные гости, я очень рад появлению тут у нас новых людей. Я капитан Гарбузенко. Редко к нам кто бывает, редко. А мне вот только что о вас позвонили. Просили содействовать и быть провожатым. К чему я всегда готов. Хотя может сначала, - он показал на другое стоящее поодаль здание с табличкой «Столовая». – Заодно и посмотрите на наши стенды. Новые совсем. Мы их только на днях установили. Два возле диспетчерской стоят, и три у столовой. У курилки тоже есть один. Так что стараемся соответствовать. Садятся иногда у нас самолёты, а тут у нас уже всё имеется.
Максим быстро просёк, что будет лучше сначала посмотреть, что покажет им местное начальство, а уж потом самим гулять и заглядывать, куда не приглашают. И мы дружно отправились к пище блоку. Впрочем, там всё было на должном уровне. И борщ и второе нам положили из общей кастрюли, так что питание народа тут на уровне. Компот оказался даже чуть прохладным, словно его только что вынули из погреба. Пить такой, в стоящую жару было приятно.
Потом мы полюбовались на плакаты в недавно покрашенных стендах, и убедились, что в застеклённой доске для газет висит последний номер «Правды». Короче говоря, по не сильно вытоптанным тропинкам и почти пустой бочке для окурков, внешне на аэродроме всё выглядело отлично. Другое дело, что народу на данном объекте почти никого не было. Охрана, несколько механиков, водители, заправщик, парочка кладовщиков, и диспетчерская с капитаном со связистками-телефонистками, вот и весь штат. Короче говоря, мы расписались в журнале проверок наглядной агитации и узнав, что обратная машина в Качу будет только в восемнадцать часов, отправились прогуляться и осмотреться. На поле в гордом одиночестве стоял будущий ночной бомбардировщик «По – 2». Он был без двигателя, а возле него крутились двое людей, матерно поминающих какого-то Филипыча и делающих что-то с тросами в крыльях. И всё.
Эх, сейчас бы в речке искупаться подумалось Ирине, но чего нет, того нет. Даже для отчета сфотографировать не чего, и голову ничего не идёт.
Максим дошёл до самолёта, о чем-то с народом потолковал и весело подбежал к Ирине.
- Там, за столовой есть колодец и бочка на столбе. У них шкив стоит с черпаками и если походить как белка в колесе, легко можно воды набрать для душа. Может, пойдём, сполоснёмся? Всё равно никого и ничего мы тут не высмотрим. Так хоть удовольствие получим, да и бочка говорят ещё почти полная стоит. Вода с утра уже согрелась, вот тебе тёплая и достанется, а я себе ещё наберу, а?
Ирина оглядела пустое поле, и махнув на всё рукой, согласилась – А айда, душ в такую жару это почти манна небесная. Веди меня мой Иван Сусанин, но знай, заведёшь не туда, в той бочке и утопнешь!
Было уже почти четыре часа дня, когда Максим и Ирина сидели под навесом столовой после душа, как мимо них почти бегом пробежал один из механиков возившийся на поле с самолётом и открыв две довольно большие створки какого-то сарая скрылся внутри. Через минуту другую он выкатил наружу … одноместный вертолёт не вертолёт, но одноместную машину с винтом торчащим к верху как у вертолёта. У неё был хвост, но вот правда винта в нем не было. Видимо хвост служил просто противовесом. Механик же закрыл ворота, уселся на маленькое сиденье, и несколько раз дернул за торчащий сзади рычаг кик-стартера. Вскоре раздалось знакомое чих-пых. Это прогреваясь заработал простой мотоциклетный двигатель. Потрещав пару минут этот полу вертолёт вдруг спокойно, почти без напряга поднялся в воздух и улетел.