Книга песен Бенни Ламента
– Я позвоню своей сестре в Монтгомери. Вы сможете поехать на какое-то время к ней, – запротестовала Глория.
– Мама, наши песни крутят и в Алабаме! Кузина Эйлин дважды слушала «Мне не нужен ни один парень», – напомнил ей Ли Отис.
– Неприятности не загнать обратно в ящик, – снова встрял Арки.
– Из тех сорокапяток, что я тебе дал… что-то осталось? – спросил я Мани. Раз мы ехали в Питтсбург, мне нужно было собрать их как можно больше.
– Только несколько штук, которые я оставил для нас.
– А остальные?
– Я налаживал контакты, Ламент. Все заведения в Гарлеме с музыкальным автоматом или диджеем получили по пластинке, – похвастался Мани.
– И мы сказали им, что все это с одобрения мафиози, – добавил, ухмыльнувшись, Элвин. – Я лично позаботился о том, чтобы все узнали: это продукция Бенни Ламента. Надо было упомянуть еще и Сальваторе Витале. Это имя обладает большой силой.
Глория снова застонала.
– Денег ведь больше не будет, правда? – спросила она меня. – Его больше нет…
Ничего не понимая, я уставился на нее.
– Это он присылал деньги. Ваш отец. Джек Ломенто. Но теперь он мертв… и денег больше не будет.
– Он до сих пор присылал нам деньги? – ахнула Эстер, и Глория опустила голову.
– Я откладывала их, – смущенно призналась она.
– Где они? – прошипела Эстер.
– Эстер, раз уж вы уезжаете, нам эти деньги понадобятся, – заспорила Глория.
– Эстер, – неохотно вмешался я. – Оставьте их. У меня есть средства. Миссис Майн, – обратился я к Глории, – возьмите эти накопления. Поезжайте к своей сестре. Погостите у нее, пока все не устаканится. А мы все отправимся в Питтсбург. Пакуйте сумку! Одну! – сказал я ребятам. – Только сменную одежду. Может, еще по лишней рубашке. И два костюма для выступления. Выберите что-нибудь попроще. Черный. Серый. Добавьте ваши фишки. Шляпу. Очки. Галстук-бабочку. Главное – не костюм, а музыка. А с таким названием, как «Майнфилд», мы не должны выглядеть слишком ярко и весело.
– А что потом? Мы не сможем вернуться сюда, – не угомонился Мани. – Это не вариант.
– Не знаю. Я намерен сделать несколько звонков. У меня появились кое-какие идеи.
– Я вам не доверяю, Ламент.
– Да. Я помню. Ты мне это уже говорил. Я тоже тебе не доверяю, Мани, – прошипел я на нервах. – И, черт подери, я в вас не нуждаюсь. Так что прикуси язык. Или оставайся здесь. Мне все равно.
– Нет, как вам это нравится, а? Решили узурпировать Эстер? А нас бросить здесь? В том дерьме, в которое вы же нас и окунули?
– Мани, перестань! – проворчал Элвин. – Бенни и Эстер – целое шоу. Нас никто не придет смотреть и слушать. Эстер хорошо поет… но ей нужен Бенни. Он всем нам нужен.
Эстер застегнула молнию на своем чемодане и повернулась к Мани:
– Ты не смог бы сделать того, что сделал Бенни. Нас крутят на радио, мы выступаем на разогреве у Рэя Чарльза. Бенни – наш руководитель! Так что заткнись!
– Значит, ты выбираешь его, наша маленькая сестричка? – спросил Мани. – Или ты только что решила для себя, что мы тебе больше не братья?
Эстер вздрогнула, а мои руки сжались в кулаки. Мани Майн был настоящей сволочью.
– Ты с нами, Мани, или не с нами? – тихо спросила Эстер. – Решай! Сейчас!
Мани угрюмо зыркнул на меня. Я спокойно встретил его взгляд, а Глория зашептала слова молитвы. Правда, за кого она молилась, для меня осталось загадкой.
– Когда тебе предоставляется возможность, глупо ей не воспользоваться. Ты можешь не дождаться следующего автобуса, – предупредила Эстер. – Этот автобус трогается!
– Отъезжающий поезд остановить не получится, Мани. Так что лучше сесть в вагон, пока двери открыты, – добавил Элвин собственную метафору. И сделал жест, словно давал гудок. – Эка я завернул? Чем не строчки для лирической песни, а, Бенни? – Элвин снова заулыбался, его хорошее настроение вернулось; казалось, ничто не может выбить этого парня из колеи.
А я чувствовал приступ тошноты.
Ток-шоу Барри Грея
Радио WMCA
Гость: Бенни Ламент
30 декабря 1969 года
– Трудно описать нашим слушателям все, что произошло за невероятно короткий отрезок времени, – продолжает Барри Грей. – Люди заговорили о вас. О вас говорили все. И дело было не в вашей музыке ине в ваших песнях. А в вас. В такой яркой и необычной паре, как Эстер Майн и Бенни Ламент. Ваша история, история Бо Джонсона и история Мод Александер переплелись и взбудоражили людей. Такого внимания не купишь. И мне приятно сознавать, что я тоже приложил к этому руку. Как и радиостанция WMCA. Но правда в том, что вы с Эстер ворвались на сцену внезапно и молниеносно. И стоило вам завладеть вниманием публики, остановить вас уже было невозможно.
– Это был ящик Пандоры, – вставляет Бенни Ламент.
– У вас ведь есть такая песня?
– Тайна раскрыта, все ее знают, люди за нами теперь наблюдают, – напевает Бенни популярные строки. – Мы написали эту песню в машине по пути в Питтсбург. Ее и еще несколько.
– Вы написали ее в машине? – смеется Барри Грей.
– Мы с Эстер постоянно что-что сочиняли. Для нас это был самый приемлемый, лучший способ общения. Мы либо сочиняли и пели, либо спорили и ссорились. Иногда сочиняли и спорили, пели и ссорились одновременно.
– Значит, ваши перебранки были настоящими? А не просто частью шоу?
– У нас всегда все выходило настолько естественно, что нам и в голову не приходило планировать перебранки и взаимные уступки. На самом деле это лишь навредило бы делу. Словесные перепалки держали нас в тонусе и не позволили нам сломаться в тот напряженный период. Мы всегда давали себе четкие установки, но они отнюдь не были незыблемыми. Мы оба оставляли за собой свободу действий и оба пользовались правом менять их, чтобы шоу получалось более увлекательным и зрелищным. А ребята из группы просто научились подстраиваться под нас.
Глава 15
ГраницыМы покинули Нью-Йорк в понедельник. Ранним утром, еще до рассвета. На моем автомобиле. Мани, Ли Отис и Элвин на заднем сиденье. Эстер на пассажирском, рядом со мной. Ударная установка Ли Отиса и остальные инструменты ехали привязанными на крыше, а в багажнике теснились наши чемоданы и сумки. Я взял в дорогу деньги с похорон отца (немалую сумму!) и сбережения из его матраса, и их должно было хватить на запись и распространение альбома. Я не смог снять наличные со своего счета, но при надобности мог выписать чек. Так что о деньгах я не беспокоился. Деньги – всегда головная боль, а от брата Эстер с омонимичным именем Мани голова у нас тоже частенько побаливала, но это было меньшей из всех проблем.