Не тревожь моё небо (СИ)

Как и обещал, Брайан приезжает к Кингу домой ровно через полчаса со своим рюкзаком, который доверху забит моей одеждой. Поскольку мой несносный братец «незаконным» образом покинул дом, он наскоро прощается со мной и Александром и обратно уезжает, надеясь, что его отсутствие никто не заметил.
— Переодевайся, а затем спускайся на кухню. Быстро поедим, а затем сразу поедем. Дорога займёт почти десять часов.
Я киваю и поднимаюсь наверх. Быстро приняв душ, я, обмотавшись гостевым полотенцем, подхожу к рюкзаку, чтобы выбрать подходящую одежду. Конечно, когда среди кучи вещей я нахожу несколько комплектов нижнего белья, я немного смущаюсь, ведь мне даже думать не хочется о том, как Брайан рылся в шкафу, где лежат мои трусы и бюстгальтеры. Но когда я замечаю ярко-красный лифчик, смущение сменяет улыбка. Брайан, идиот… Купальник-то мне зачем в середине ноября? Засунув обратно ненужные вещи, я надеваю спортивные серые штаны и белую майку, поверх которой накидываю бледно-розовую просторную рубашку. Обувшись и сделав на голове небрежный пучок, я спускаюсь на первый этаж. И стоит мне зайти на кухню, как я замираю в дверном проёме, наблюдая за тем, как Кинг нарезает фрукты. По всей видимости, ужин готовил он самостоятельно, так как блюда на столе выглядят не привычно идеально, а малость неаккуратно. Какая-либо сервировка на столе отсутствует, потому я, подойдя к парню, спрашиваю, где хранятся вилки и ножи. Он пальцем указывает на нужный ящик и продолжает орудовать ножом.
— Ты сам готовил что ли? — я спрашиваю, когда мы приступаем к еде. Изначально, я не планировала что-либо есть, но мне становится любопытно какова на вкус еда, которую приготовил сам Александр.
— Не такая уж еда и паршивая, — он недовольно бурчит.
— Про вкус я ничего не говорила.
— Тогда почему ничего не ешь? — отложив приборы в сторону и сделав глоток крепкого кофе, Кинг с серьёзным видом смотрит на меня. Как-никак, он заметил, что в основном я пью сок и ковыряюсь вилкой в тарелке.
— Я ем, — я отвечаю и без особого удовольствия пережёвываю небольшой кусочек сёмги. Несмотря на то что это первый раз, когда я ем за последние три дня, аппетита совершенно нет. К тому же, если я съем хотя бы ещё один кусочек жареной рыбы, меня стошнит. Мой желудок ещё не готов к тяжелой пище, поэтому дальше я ем исключительно фруктовый салат, в то время как брюнет наблюдает за мной исподтишка.
— Пожалуйста, поешь. Ты выглядишь ужасно истощенной и нездорово худой, — внезапно он говорит, отчего я на мгновение замираю, а после опускаю взгляд на своё запястье. Я и в самом деле сильно похудела за последние дни, что пагубно сказалось как на моём внешнем виде, так и на общем самочувствие. Однако… — Истощение и саморазрушение — не лучшей способ отомстить, ты так не думаешь? — он продолжает, а затем пододвигает ко мне миску с салатом из курицы. — Пожалуйста.
— Меня тошнит от еды, — я пытаюсь объясниться, но он непреклонен.
— Я не прошу съесть всё подчистую. Просто поешь немного, ведь одними фруктами ты не наешься.
— Хорошо, — я отвечаю, в конце концов, сдавшись под напором его заботы, и накладываю себе в тарелку салат под всё такой же тревожный взгляд Александра. Однако моего искреннего желания исполнить просьбу Кинга и нормально поесть недостаточно, дабы отречься от душащей меня тошноты. Я съедаю не больше двух ложек, после чего отодвигая тарелку в сторону, тем самым давая понять, что я больше не могу. Александра же это возмущает до глубины души, и он, ничего мне не ответив, встаёт из-за стола и куда-то уходит всего на минуту.
— Только посмей мне сейчас сказать, что это ты тоже не хочешь, — он строго говорит, когда ставит передо мной небольшое ведерко моего любимого мороженого.
— Спасибо, — я с признательной улыбкой ему отвечаю и берусь за чайную ложку.
— Слава богу, — он с облегчением выдыхает, когда замечает с каким подлинным пристрастием я поглощаю мороженое.
После того как Александр собрал нужные ему в поездке вещи, мы покидаем дом в семь часов вечера и усаживаемся в недалеко припаркованный автомобиль. Так как нам предстоит долгая поездка, Кинг предлагает мне занять заднее сиденье и поспать там до самого приезда в город, но я отказываюсь. Во-первых, я проспала целые сутки, потому при всём желании нагнать на себя сон я не сумею. А во-вторых, какой долгой не была бы поездка, мне никогда не удавалось заснуть в машине. Я предпочитаю слушать приятную музыку в наушниках, при этом уставившись взглядом в окно. Брюнет это понимает, поэтому даёт мне плед и подушку, которые до этого лежали на заднем сиденье, и мы отправляемся в путь. Жаль, что с вещами Брайан не привёз мне мои наушники, поэтому я вынуждена слушать плейлист Александра, который оказывается не таким уж ужасным. Я поджимаю под себя ноги и укутываюсь в тёплый серый плед, при этом отвернувшись от парня, так как я не приверженник дорожных бесед. Кинг также не изъявляет желание поболтать со мной, поэтому я ухожу в себя. И вновь меня парализует одна лишь мысль, что бабушка допускала то, что я днями ничего не ела и голодала. К тому же… меня долгое время гложут воспоминания того, что она всегда выглядела опрятно и чисто, впрочем как и её одежда, которая казалась мне новой, в отличие от моей. Мои одноклассники часто насмехались надо мной из-за моего внешнего вида…
Нет, не хочу сейчас об этом даже думать. К чему все эти терзания, если через несколько мучительно-долгих часов всё встанет на свои места. Если никакие деньги Ричард не высылал на моё содержание, тогда мне незачем сейчас ставить под сомнение каждое слово и действие моей бабушки. Поэтому, чтобы вновь не накрутить себя до такой степени, как в прошлый раз, я решаю мысленно составить распорядок завтрашнего дня. Поскольку в документах, которые мне отправил Ричард, есть адрес квартиры, я решаю по приезду в город сразу наведаться к жильцам, чтобы задать им пару вопросов. Но в первую очередь, конечно же, нужно будет найти приличный отель и заселиться в нём. Краем глаза посмотрев на Александра, который внимательно следит за дорогой, я решаю, что обязательно расплачусь с ним за эту поездку, как только мы вернёмся в Нью-Йорк. Но не успеваю я отвернуться к окну, как я встречаюсь с ним взглядом. Он будто словил меня за подглядыванием, поэтому я сразу же опуская взгляд на свои колени. Несколько минут в салоне автомобиля царит молчание, а музыка, как назло, играет тихо и едва уловимо, что создаёт ужасно неловкую атмосферу вокруг.
— Ты беременна? — резко, неожиданно и с сердечным замиранием Александр спрашивает у меня, а я, не веря своим ушам, перевожу на него удивлённые глаза.
— А сам как думаешь? — после недолгой паузы я в ответ задаю ему вопрос. Как до такого вообще можно было додуматься? С моим-то образом жизни у меня просто нулевая вероятность стать матерью. — Неужели лишние килограммы разглядел?
— Я серьёзно, Нила, — Кинг явно начинает психовать из-за того, что я не даю ему точный ответ. Забавно наблюдать за тем как он нервничает, не зная, что на то нет никаких причин. — Если ты беременна, тебя нужно вести к грёбаному доктору, а не в соседний штат.
— Ты действительно думаешь, что я залетела? — я с неким удивлением спрашиваю у него, поскольку мне казалось, что по одному лишь выражению моего лица можно понять, что я просто издеваюсь. — Да от кого я могла забеременеть? — я с изумлением восклицаю, поскольку ему должно быть известно, что я не состою ни с кем в отношениях. А причесть меня к тем девушкам, которые могут переспать с первым встречным, попросту невозможно.
— Ну, с Коулманом ты неплохо поладила, — сквозь зубы шипит парень, явно припоминая то, как Вильям передал мне мою кофту прямо на его глазах.
— Серьёзно? — я устало на него смотрю и голосом, абсолютно лишенным эмоций, спрашиваю. Хотела бы я ему сказать, что я с Вильямом всего несколько раз виделась, но это не так. Да, мы иногда пересекаемся и болтаем в школе, но это уже чересчур — нарекать парня отцом моего несуществующего ребёнка. — Нет, я не беременна. И оставь ты Вильяма уже в покое. Да, он облажался, но…