Девочка на спор (СИ)

В тот же миг чьи-то сильные ладони легли на плечи, отодвигая меня от Макса.
— Парень, тебя разве не ясно послали? Мне повторить?
Иван?!
  
Глава 16
 
— Ты откуда взялся? — малость прифигела я, чуть поворачивая голову. Почему-то смотреть на Ивана было боязно. Я почти уверилась, что эта заноза не попадала в сердце. Прошла совсем рядом, но не задела. А теперь?..
С каких пор меня вообще потянуло в драму?
— Это и есть твоё новое увлечение? — Макс брезгливо поморщился: — Не староват ли дядя? Эй, мужик, клешни убрал с моей невесты! Тебе здесь ничего не обломиться!
Над ухом раздалось знакомое хмыканье, а Иван за талию притянул меня к своему телу. Горячему. Вот почему он всегда такой горячий, что к нему хочется прижиматься?!
— Без тебя разберёмся, парень.
— Разберётесь?! — Макс хохотнул: — Один звонок, дядя — и тебя вышвырнут из её жизни куда-нибудь в Сибирь. Ты просто не понял, с кем связался. Она…
— Макс! — не выдержала я, шагнув ему навстречу. Обнимающий меня Иван заметно напрягся, но отпустил. У-у, холодно как! — Успокойся. Я не твоя невеста, Иван — не моё увлечение. Мы просто были коллегами. Я своя собственная, ясно?!
— София!
— София?.. — недоумённый вопрос. Да, правильно. Просто коллеги. Во-первых, два раза — это не считается, во-вторых, Макс прав, отец вполне может изолировать от меня "неугодного мужчину".
— Он что, тебя обидел?! — Макс вдруг разошёлся не на шутку, обнаружив на моём лице слёзы. Я вообще выглядела не самым лучшим образом. — София, только скажи! Давай я ему врежу, ты только не плачь!
Врежет? Я нервно икнула. Угу, давайте ещё мордобой устроим!
Взгляд у Ивана стал таким опасным, снисходительным, что я быстро стиснула его ладонь.
— Даже не думай! Ты старше и у тебя должны быть мозги!
Чёрт побери, он даже бугаев с пистолетом не испугался, а тут какой-то мальчик-зайчик!
В ответ Макс молча сжал кулаки, и я не выдержала.
— Да вы-вы… делайте, что угодно! Развлекайтесь! А я пошла!
Иван
И ведь пошла! Свой фирменной, медленной и крышесносной походкой. Засмотревшись, я едва не пропустил удар этого Макса. Тело увернулось почти на автомате.
— Эта моя невеста, понял?! Наши отцы давно всё решили, и если ты вмешаешься, старый хрыч, то… — вцепился он в мою куртку. Долго слушать я не стал. Оторвал его птичью лапку от воротника и заломил так, что парень взвыл.
— Слушай, вот с её отцом я и буду разбираться, а ты не отсвечивай, — и наградив пинком под зад, отправил парня аккурат носом в асфальт. Ну в самом деле, не бить же его. Это будет не бой, а избиение младенцев, нахрен.
Надо поговорить с Софией.
Оставив горе-жениха скулить на асфальте, я рванул за ней. Перехватил, забросил на плечо и потащил к машине. К чёрту Волкова, разберусь потом. Изумлённая девочка даже не пискнула, заметно растерявшись.
— Да, я тебе похищаю, — ответил со смешком, усаживая её на кресло Лексуса. Чёрные глазёнки широко распахнулись, но я уже хлопнул дверью и в два прыжка оказался за рулём. Пока она приходила в себя, мы уже мчались к выезду из города.
Три адских дня. Поспать удалось только в самолёте, на обратном пути. Поесть — даже не помню. Кажется, Анри приносил какие-то бутерброды, йогурты… Кусок в горло не лез. Селин, младшую дочь деда и Никки, любила вся семья. У реанимации было не протолкнуться. В ночь на пятницу Селин возвращалась домой из поездки. По рассказам свидетелей, машина потеряла управление и, пробив ограждение, на полном ходу вылетела в реку. Благо, рядом был жилой район, и Селин вытащили местные парни-подростки. Но девушка и без того сильно пострадала. Так получилось, что из французской семьи меня никто не жаловал, кроме жены деда и Селин. Я называл эту весёлую, неуклюжую и всё равно по-французски изящную мадмуазель просто Линка. Девчонка совсем, не старше Софии.
На деда было страшно смотреть. Он уже похоронил старшего сына, а теперь смерть дышала в затылок любимице Лин. Но отпустила. Не забрала. Кризис миновал, а уж дед сделает всё, чтобы спасти любимую дочь.
 
Ночью пришлось разбираться с делами. Естественно, пока меня не было, начался кавардак. Но устраивать ревизию я буду завтра. Сегодня… Честно говоря, сегодня мне хотелось взять Софию под мышку и спать часов надцать. Чтобы забыться, сбросить этот удушающий страх как старую кожу.
— Куда мы едем? — флегматично спросила София, пристёгивая ремень безопасности. Я покосился на узкую юбку и мысленно дал себе по морде. На дорогу смотри, косоглазый!
— Ко мне домой, — произнёс, не вдаваясь в подробности, — как дела? Прости, что не предупредил — пришлось быстро ехать. Я только Волкову позвонить и успел. Он передал?
София странно усмехнулась.
— Передал. Что-то случилось… с твоей тётей, правильно?
Я кивнул, не отвлекаясь от дороги. Вряд ли Софии нужны подробности, так, вопрос из вежливости. Но я ошибся.
— Ты не хочешь рассказать мне? Или всё настолько плохо?
— Уже не смертельно, — я устало улыбнулся, — моя тётя попала в аварию, съехала в реку на полной скорости. Еле спасли. Её зовут Селин, она своеобразная, но милая девочка. Семья… тяжело бы перенесла её смерть. И я… тоже.
— Подожди-подожди, — с явной хрипотцой в голосе перебила София, — это сколько лет твоей тёте?
— Она на два старше тебя, Линка поздний ребёнок деда, а мой отец был его первенцем. Дед рано остался вдовцом и в середине восьмидесятых женился на француженке Никки. У них трое детей, Селин — самая последняя. Самое забавное, что брак деда с Никки изначально был договорной, прадед хотел французское гражданство для сына. А дед влюбился и каким-то чудом уехал на совсем.
— А твой отец почему не уехал? — удивилась девочка. Снайпер, блин, а не девочка. Из всех вопросов она задала самый неудобный.
— Почему же. Он уехал. Даже имя сменил на французское. Я никогда его не видел. Живым, в смысле. Он умер тринадцать лет назад.
— То есть…
Я оборвал её — мягко, но непреклонно:
— София, я не хочу говорить на эту тему, — и начинать не стоило, но нет же — потянуло рассказывать про Лин, про деда! — Просто долгая история.
— Так я вроде не спешу, — хохотнула девочка, — меня же похитили. Можно сказать, обеспечили лишним временем. Получается, твой отец бросил маму, когда она забеременела? Я правильно поняла?
— Нет — значит, нет, — отрезал, внутренне закипая.
… Дед долго извинялся, когда мы встретились. Он ничего не знал. Ни о беременной подруге, с которой начиналось "всё серьёзно", ни обо мне. У Поля замаячила новая, совсем другая жизнь в Париже — и он без лишних сомнений уехал. Уже после его смерти дед нашёл письма матери, которые Полю передавал их общий друг. Прочитав о внуке, дед вложил немало денег в мои поиски. Когда он приехал в Питер, я лишь спросил: "Зачем?". Дед тогда насупился, опустил взгляд и произнёс, что если он воспитал недостойного сына, то должен расплачиваться за его грехи.
Естественно, для порядочного французского семейства бастард Поля стал шоком. Меня невзлюбили все, кроме доброй Никки и Лин. Может, это было слабостью, но я тянулся к деду. Он не пытался откупиться от меня, тратил гораздо более ценный ресурс — время. На разговоры о прошлом, о бизнесе… да обо всём на свете. Из-за матери у меня никогда не было друзей, а тут… Волк, Заяц, а потом дед. Порой мне кажется, что я действительно прожил две жизни — до института и после.
Вдавил педаль газа на полную. Всё равно трасса пустая, а мне бы отвлечься.
 
— Намёк понятен, молчу, — вздохнула София, бросая взгляд на спидометр. Спохватившись, я сбавил скорость.
— А чем ты занималась? Как работа? — спросил, дабы перевести тему. — Кстати, запиши мне свой номер, чтобы я найти тебя мог.
Девушка только покачала головой.
— Сомневаюсь, что это нужно. Я возвращаюсь в Москву, Иван. Через неделю, возможно раньше. Тебе следовало уточнить прежде, чем меня похищать.